Знак Единорога. Рука Оберона
Шрифт:
– Нет, я не смогу.
Я пожал плечами:
– Делай как знаешь, Билл, но только не стесняйся и возьми за услуги, сколько положено.
– Хорошо. Остаток я внесу на твой счет.
– Ладно. Спасибо. О, кстати, пока не забыл… будь добр, загляни в тумбочку, там должна лежать колода карт. Я сам дотянуться не могу, а мне они скоро понадобятся.
– Конечно, о чем речь…
Билл наклонился и выдвинул ящик.
– Тут большой коричневый пакет, – сообщил он. – Наверное, туда сложили все, что у тебя было в карманах.
– Открой его, пожалуйста, и посмотри.
– Да, тут есть колода карт, – сказал Билл, залезая рукой в пакет. – Надо же, какая красивая упаковка! Можно заглянуть?
– Я…
Что я мог сказать?
Билл открыл футляр.
– Красотища… – пробормотал он восхищенно. – Что-то вроде Таро. Старинные, да?
– Да.
– Какие холодные… Я таких никогда не видел. Ой, послушай, да ведь это ты! А разодет-то, ну прямо рыцарь какой-то! Они для чего, карты эти?
– Для одной жутко сложной игры, – отговорился я.
– Но если тут изображен ты, как же они могут быть старинными?
– Я не говорил, что это я. Это ты сказал.
– Ну да… Тут изображен твой предок?
– Что-то вроде того.
– А вот это красотка! И рыженькая тоже ничего себе…
– Да, пожалуй…
Билл сложил карты и убрал в коробку. Отдал мне.
– И единорог симпатичный… Мне, наверное, нельзя было трогать, да?
– Да нет, ничего страшного.
Билл вздохнул, откинулся на спинку стула, заложил руки за голову.
– Странный ты все-таки, – проговорил он задумчиво. – Есть в тебе что-то непонятное, Карл, сверх всей этой твоей секретной службы или как там ее, – а непонятное всегда интриговало меня. Я никогда не сталкивался так близко с настоящими тайнами.
– По-твоему, холодная колода Таро – это тайна? – усмехнулся я.
– Да нет, – смутился Билл. – Это так, просто для атмосферы… Дело, конечно, не мое – ну то, чем ты занимался в последние годы, но последний случай совсем из ряда вон.
– То есть?
– После того как я вчера доставил тебя сюда и отвез Алису домой, я вернулся к твоему дому – думал, может, на месте разберусь, что с тобой стряслось. Снег тогда уже перестал, потом начал падать снова, но твой след был хорошо виден. Он тянулся по двору и вокруг дома, от фасада. – Я кивнул. – Вот только не было никаких других следов, которые вели бы к дому, – ничего подтверждающего твое прибытие. И, кстати сказать, никаких других следов вообще, которые могли бы принадлежать твоему противнику.
Я усмехнулся:
– Что, думаешь, я сам себя пырнул?
– Нет, нет, конечно. В доме никакого оружия не было. Я пошел по кровавому следу и попал в спальню, к твоей кровати. У меня с собой только фонарик был, но от того, что я там увидел, у меня голова кругом пошла. Такое впечатление, что ты появился прямо там, на кровати, истекая кровью, а потом уполз оттуда.
– Что, конечно, невозможно.
– Но следов-то больше не было никаких, вот дело-то в чем!
– Может, снегом замело?
– А твой след остался? – Билл покачал головой. – Нет, не получается. Просто отметь себе, что ответ на этот вопрос мне тоже интересно узнать, среди прочего.
– Постараюсь не забыть, – сказал я.
– Хорошо, – кивнул Билл. – Только у меня странное чувство… Может быть, я тебя никогда больше не увижу. Знаешь, я себя ощущаю второстепенным актером в мелодраме, который томится за кулисами, толком не зная, что происходит на сцене.
– Прекрасно понимаю, – сказал я. – Сам иногда хочу содрать шкуру с автора этой пьесы. А ты попробуй посмотреть на дело иначе: таинственные истории редко оказываются такими, какими их себе представляешь. Как правило, все оказывается просто и пошло, когда правда раскрывается, остаются одни мотивы – примитивнее некуда. Гадать и пребывать в иллюзиях порой намного приятнее.
Билл улыбнулся:
– Ты говоришь как всегда. И все-таки бывали случаи, когда ты начинал проговариваться. Несколько раз…
– Что это мы со следов на меня перескочили? – оборвал я Билла. – А я как раз вспомнил: просто я пришел в дом тем же путем, что и выбирался оттуда. И, наверное, когда полз, стер следы, что вели к дому.
– Неплохо, – кивнул Билл. – И нападавший проник в дом точно так же?
– Наверное.
– Замечательно, – сказал Билл. – Ты знаешь толк в разумных сомнениях. Но я за отсутствием доказательств все равно чую нечто потустороннее.
– Потустороннее? Брось! Странное – куда ни шло. Вопрос интерпретации.
– Или семантики. Ты полицейский отчет об аварии читал?
– Нет. А ты?
– Ага. Что, если там найдется кое-что более чем странное? Ты тогда оставишь за мной слово «потустороннее»?
– Идет.
– И ответишь на один вопрос?
– Не знаю, смотря что за вопрос.
– Вопрос простой. Ответить можешь «да» или «нет».
– Ладно, договорились. Ну, так что там было, в отчете?
– Там записано, что после сообщения об аварии к месту происшествия была послана дежурная машина. На месте происшествия полицейские увидели странно одетого человека – он оказывал тебе первую помощь. Незнакомец утверждал, что вытащил тебя из свалившейся в озеро машины. Было похоже на то – он тоже промок до нитки. Мужчина среднего роста, худой, рыжеволосый, в одежде зеленого цвета. Один из полицейских отметил, что он напомнил ему кого-то из героев фильма про Робин Гуда. Назвать себя отказался, не захотел проследовать в полицейский участок и сделать какое-либо заявление. Когда полицейские стали настаивать, чтобы незнакомец поехал с ними, он громко свистнул, и откуда ни возьмись появилась белая лошадь. Тогда он вскочил на нее верхом и ускакал. Больше его не видели.
Я рассмеялся. Стало больно, но сдержаться было невозможно.
– Будь я проклят… – проговорил я, морщась от боли. – Все обретает смысл.
Билл несколько мгновений смотрел на меня в упор.
– Правда? – спросил он наконец.
– Да, – кивнул я. – Похоже на то. Пожалуй, стоило получить удар ножом и вернуться ради всего, что я сегодня узнал.
– Странный порядок ты приводишь… – произнес Билл и потер подбородок.
– Да, – согласился я. – Зато во всем, чего я раньше не знал, порядок восстанавливается. Одно это стоит моего признания, хотя оно и ненамеренное.
– Это все из-за того парня на белой лошади?
– Отчасти, отчасти… Билл, скоро я отсюда исчезну.
– Скоро не получится.
– Все равно… Те бумаги, про которые ты говорил… Лучше, чтобы я их подписал сегодня.
– Ладно, заеду во второй половине дня, привезу. Только… мне бы не хотелось, чтобы ты каких-нибудь глупостей натворил.
– Уверяю тебя, с каждой минутой я все более осторожен.
– Надеюсь, – вздохнул Билл, защелкнул замочек портфеля и встал. – Ну, отдыхай. С доктором я все улажу и обязательно завезу бумаги.