Чтение онлайн

– Получается, это не Тени, – с некоторым сомнением сказала Нэи.

– Это не все, – продолжал Осколок Тьмы. – Я видел сегодня, как один из них уходил туда, – он указал в сторону деревни. – Только один. Пока я тебя звал, он вернулся.

– Может, беженцы? – предположила девушка. – Из объединенного города, их много сейчас. Выбирают место, где остановиться. Или кто-нибудь из иного мира…

– Ну… этого я не знаю, – обращенный грустно покачал головой. – Я даже про объединенный город впервые слышу.

Нэинри настороженно смотрела в сторону леса. Огоньки начали отдаляться, становились все более маленькими и слабыми, исчезая среди черных стволов деревьев. В то же время девушка обратила внимание на то, что огни движутся в хаотическом порядке – будь это Тени, они бы перемещались парами.

– Надо сказать Селле, – проговорила девушка.

– Расскажешь ей завтра, хорошо? – попросил ее Осколок Тьмы.

Девушка медленно кивнула и добавила:

– Вместе расскажем.

– Нет, – обращенный покачал головой. – Я ухожу сегодня. Сейчас. Поэтому я позвал тебя, а не Селлу. Она бы попыталась меня остановить, а ты не станешь.

Зеленый взгляд был направлен в пол. Пальцы нервно мяли потрепанную ткань плаща, того самого, в котором он явился в их дом в дождливую ночь. Тогда было непонятно, какого плащ цвета, но после того как его постирали, он оказался серым.

– С чего ты взял, что я не стану тебя останавливать? – удивилась Нэи.

– Ты меня ненавидишь.

Осколок Тьмы перевел взгляд и посмотрел на нее в упор, второй раз за ночь и второй раз за все его пребывание в доме – обычно при разговоре он старался отводить взгляд.

– Боишься, – продолжал он. – Хочешь, чтобы меня здесь не было. У вас неприятности из-за меня в деревне.

Нэи нахмурилась, но отрицать ничего не стала. Большая часть того, что сказал обращенный, была правдой, кроме разве что слов про ненависть. Ненависть – слишком сильное слово, а девушка испытывала скорее раздражение или неприязнь.

– Не отвечай, – проговорил обращенный, вглядываясь в лес. – Я пойду туда, где эти огни. Если мне удастся узнать, что там такое, я постараюсь предупредить вас – и это меньшее, чем я могу вас отблагодарить…

"…если же не будет никакой опасности, мы больше не встретимся", – закончила рассказ Нэи.

Дело происходило утром, когда Аскель и Селла уже проснулись. Женщина и девушка сидели на Нэиной кровати, а мальчик наблюдал за ними, свесившись с печи.

– Что, прямо так и сказал? – недоверчиво переспросил овен. – Он вообще-то был не то чтобы разговорчивый…

Аскель задумчиво отковыривал побелку с печки. Селла сидела к мальчику спиной и действо прекратить не могла. Побелка сыпалась на пол светло-серыми крошками и оседала в пыли.

– И ты позволила ему уйти? – прикрикнула на Нэи женщина. – Не разбудила меня!

– Но ему ведь надо искать его имя, разве нет? – попыталась оправдаться девушка. – Он может исчезнуть… Я думала, так будет лучше.

– Лучше, как же, – женщина недовольно тряхнула головой. – Надо бы и самой сходить в лес, разведать, что там за огни такие…

Нэи подумала, что Селла злится скорее от того, что никто не спросил ее совета, прежде чем принимать решение, чем от того, что Осколок Тьмы ушел. Все же большая часть общественного давления в данном случае падала именно на ее плечи, и женщина, должно быть, тоже совсем не против освободиться от этой ноши.

– Да и вообще, он ведь змееносец, – продолжала девушка. – От них всякое можно ждать…

– Нэи! – Селла удивленно на нее воззрилась.

Девушка видела, как на переносице женщины собираются складочки морщин – предвестницы гнева.

– Ты слушаешь эти россказни! – Аскель встрепенулся на печке и удивленно распахнул глаза.

В их небесной голубизне темной пленкой разлилась обида.

– А про меня ты тоже думаешь, что они правы, да? Что я злой и вспыльчивый? Они так говорят про овнов!

– Ты ведь злишься сейчас, – пожала плечами девушка. – И закипаешь тоже быстро.

– Да ты! Да я! Да как же…! – Аскель попытался вскочить на печке, но ударился головой о потолок и снова сел, растерянно потирая ушибленный затылок.

– А что? – девушка повернулась в сторону Селлы, чувствуя, как раздражение, копившееся последние дни, неудержимой волной выплескивается наружу. – Я не виновата, что Аскель не родился попозже или пораньше. Или что сама родилась на две дюжины дней раньше, чем было надо! Что родителям не хватило ума правильно выбрать срок! Что ты разрешаешь у нас дома оставаться кому попало! Если б все было не так, мы бы жили как все нормальные люди!

– А мы, по-твоему, живем ненормально?! – Селла поднялась во весь свой могучий рост и угрожающе на нее надвинулась.

Нэи не испугалась. Она чувствовала, как злые слезы начинают застилать глаза и тоже вскочила.

– Да! Да! Именно! Ненормально! Тебе и Аскелю нравится протестовать – вы и протестуйте! А я хочу, чтобы люди меня любили!

Селла ничего не могла сказать, она только стояла и открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег. Нэинри вдруг разрыдалась, не выдержав, выбежала в сени. До нее донесся крик брата:

– Нэи! Стой!

Потом она уже ничего не слышала. Закрыв ладонью лицо и всхлипывая, Нэи в два прыжка преодолела ступени и побежала. Сапоги скользили в мокрой от росы траве. Ей хотелось оказаться где угодно, только подальше от дома. В лес она, правда, не сунулась: никакая истерика и никакое возмущение не стоят собственной жизни, это девушка осознавала прекрасно. Поэтому она ушла в деревню, где ей все же не угрожало ничего серьезнее брошенной шишки.

Она шла по песчаной дороге, на которой колесами телег были выдолблены две колеи. Шла и шмыгала носом, вытирая синим рукавом рубашки мокрое от слез лицо. Нэинри редко злилась или серьезно расстраивалась, но если такое случалось, то это состояние обычно бывало долгим, приставучим, как репей, и тягучим, как болотная трясина.

– Эй, ты, – позвали ее откуда-то сбоку.

Нэи обернулась и увидела Шиль – девушку с красивыми темно-каштановыми волосами и грубоватым лицом, вечно нагловато улыбающуюся. Брови у нее росли клочками – говорили, она случайно поднесла лицо к огню слишком близко и спалила их. Шиль являлась скорпионом, как и Селла, и была старше Нэи на два или три года и принадлежала к тем, кто относился к ней и брату более-менее нейтрально. Сейчас Шиль жевала нар, овальный, весь в маленьких шишечках плод накхары, похожий на голубую картофелину, и с интересом смотрела на Нэи из-за своего забора.