Чтение онлайн

— Благодарю, Вениамин Андреевич. Однако я делал то, что должен был сделать любой на моём месте.

— И всё же это сделали вы, а не кто-то ещё! — гордо продолжал молодой граф. — Как официальный владелец земель, прежде принадлежавших моему отцу, я заверяю вас, что готов оказать вам любую помощь по любому вопросу. Большая честь жить рядом с Собирателем Земель! Вы всегда можете рассчитывать на Игнатьевых! Я произношу эти слова прилюдно и клянусь честью, что не посрамлю имя своего рода.

Я быстро вызвал справку по делам соседей, там вроде бы была делёжка наследства и несколько человек, претендующих на оставшееся после гибели предыдущего хозяина. Хм… Действительно, парень признан законным наследником. Куча собственности в Москве ушла брату, производства в Смоленской области отошли сестре. А Богданы остались за Вениамином.

— Это большая честь, Вениамин Андреевич. Особенно, исходя из того, что мы не были дружны с вашим отцом.

— Мой отец был непростым человеком. Я на него непохож, — поджал губы юный граф. — Не судите меня по делам его, умоляю.

Мы пожали друг другу руки.

— Я очень хотел бы быть полезен в вашей войне, — тихо и искренне сказал Игнатьев.

— Думаю, у всех ныне живущих такой шанс будет.

Я увидел, что подъехала машина, из которой выбрался Капелюш. Водник радостно улыбнулся и помахал рукой. С другой стороны автомобиля вышел Турбин, как всегда, спокойный и собранный. Оба в длинных плащах, оба в костюмах. Проклятье, я обрадовался их возвращению. Будто старых друзей увидел.

— Простите, Вениамин Андреевич, но мне пора.

— Конечно — конечно, — отступил молодой граф. — Я не мог поймать вас несколько дней. Знаю, какой у вас напряжённый график. И позвольте мне сказать, что именно так и должен жить настоящий дворянин. В деле, а не в праздности!

За руль «Метеора» сел Турбин. Капелюш разместился на переднем пассажирском сидении, а мы со Снеговым, которому явно было тесно даже в просторном автомобиле бизнес-класса, устроились сзади.

Вездеход охраны двинулся сразу за нами. Наш небольшой кортеж проехал по холму, затем спустился на шоссе, ведущее к Малорите, и уже совсем скоро мчался по трассе. Когда автомобиль выехал за пределы Конструкта — мир вокруг стал чуточку тусклее и опаснее. Да и моя охрана незаметно подобралась. Взгляды стали острее.

Чёрный внедорожник сопровождения, с зелёным клинком на капоте, мчался за нами, и лица гвардейцев были преисполнены решимостью. Мы словно на войну ехали.

Когда дорога миновала развязку на Малориту, Турбин надавил на газ и могучий «Метеор» зарычал, разгоняясь. Несколько минут мы летели мимо пожухлых осенних полей с редкими лесополосами. Я задумчиво ковырялся в предложениях, накиданных Мариной и заявками от жителей. В моих краях не хватало заведений хорошего общепита. Кроме «Логова друга» и посидеть негде, а туристам нужен выбор. Нужны разные кухни, разные стили, разные уровни по цене. Поэтому запросы от местных на ведение такого рода дел у меня шли в приоритете. Но пока конкурентами Князевой была только пирожковая.

Не самый лучший вариант для богатого ценителя искусства, приехавшего посмотреть выставку в провинцию. Если такому негде покушать и негде поспать, то он ведь и не поедет никуда.

Увы, среди заявок ничего такого не обнаружилось. Может быть, самому организовать? Заодно рабочими местами обеспечить людей.

— Стоять, — раздалась команда Снегова, однако Турбин уже ударил по тормозам. «Метеор» накренился, завизжали покрышки по асфальту, но, к чести водителя, юзом автомобиль не пошёл. Остановился, урча мощным двигателем.

Сразу за поворотом дорога оказалась перекрыта внедорожниками, перед которыми стояли люди. Особняком выделялся грузный человек в красном длинном пальто. Как только мы остановились, он поднял руку, давай приказ своим, и, опираясь на трость, пошёл к нам навстречу, сопровождаемый двумя спутниками.

— О чём я и говорил, — сказал Снегов. — Андрюха, разворачивайся и вывози его сиятельство!

Он открыл дверь, на ходу продолжая:

— Я отвлеку!

— Нет, — тихо сказал я, и витязь услышал. Нахмурился, застыв на месте:

— Ваше сиятельство, это…

— Это Мухин. Если бы он хотел меня убить, то к нам просто прилетело бы из кустов что-нибудь смертоносное.

Я открыл дверцу и вышел на холодную улицу. Поёжился от ветра и запахнул полы пальто, поднял воротник, защищаясь от ледяных порывов, и зашагал навстречу к Мухину. Лысый грузный мужчина с каменным лицом и обвисшими щеками, смотрел на меня без улыбки. Рядом с ним вышагивал уже знакомый мне рыжий Назаров, щерящийся, словно пёс. Женщину слева от Мухина я прежде не видел.

Мои гвардейцы с оружием наизготовку выскочили из машины сопровождения, и я заметил, как мелькнула фигура Кабального, нырнувшего в пожухлый кустарник у дороги. Винить его в трусости я не мог. Кто на что учился.

— Не стрелять, — приказал я. Рядом со мной оказался Снегов. Ни слова не говоря, он шагал чуть правее и позади меня, и из рукавов его пальто появились острые метровые лезвия. Где только прятал.

Паулина наблюдала за залом, положив ладони на перила ограждения. Она любила это место, из которого, благодаря освещению, её фигура была не видна, а люди, собравшиеся на ужин, как на ладони.

Нога почти не болела. Ах, как она намучилась с этим после аварии. Собранная по кусочкам и не оказавшаяся инвалидом только благодаря Баженову. Если бы не Миша, задействовавший тогда свои связи…

К горлу неожиданно подкатил комок. Почему всё так хорошо начиналось и пришло к такому результату?

— У вас всё нормально? — тихо спросила Тень. Охранница была рядом и заметила изменившееся лицо Паулины.

— Да-да, моя дорогая Наденька, всё замечательно, — широко улыбнулась ей Князева и вернулась к залу. Взгляд коснулся стойки, у которой сгорбился Олежка Иконописец. Пока ещё не буянил, но скоро начнёт швыряться пророчествами. Несколько ребят с лесопилки громко хохотали за центральным столом, и один уже заигрывал с Машенькой. Та принимала его знаки внимания с удовольствием. Работу свою девочка любила.

Больше никого Паулина не знала. Людей приезжало очень много. Дома строились постоянно. В жилом квартале к северу отсюда даже пробки по утрам бывали. Многие ещё ездили на работу в Малориту, а кое-кто даже в Кобрин или Брест. Баженов старался, обеспечивал рабочие места поблизости, но прошло так много времени.

— Что ты думаешь, о нашем сиятельстве? — вдруг спросила Паулина. Тень нахмурилась и смутилась.

— Он тебе нравится? — заинтересовано повернулась к охраннице Князева. — Он всем нравится.

— Это не относится к моей работе, — глухо нашла ответ девушка. Красивая, стройная, но совсем не женственная, с мужской грубостью. Пару дней назад она чуть не сломала руку приставшему к ней посетителю.

— Он всем нравится. В нём есть какой-то природный магнит. В глазах его гораздо больше, чем в глазах других мужчин. Будто бы он собрал плюсы молодости и опыт зрелости, — задумчиво продолжила Паулина. — Никогда не видела ничего такого.

— Вы… Его любите? — неуклюже спросила Тень.