Чтение онлайн

Кажется, пока диалога у нас не складывается. Ладно. Время лечит. Кстати, насчёт этого. Быть может, стоит привлечь Кожина? Он раскалывает людей на раз два, а висящий в баке сектант вполне может пролить свет на произошедшее. Нападение Аль-Абаса и попытка взять меня живым (не стоит забывать те любопытные капсулы инъекторов) — шаг интересный. Таинственный Магистр от меня, похоже, отставать не собирается. Правда, пока всё это выглядело скорее как перевод ресурсов с его стороны. Сколько он людей потерял в попытках залезть на мои земли? Сколько потерял во время сражения в Ивангороде? А вылазка в Ярославль?

Каждый «бессмертный» — это ценный актив. Разбрасываться преданными людьми крайне неразумно. Здесь же и вовсе целый арканист в бульоне барахтается. Весьма важная птица.

Помахав беснующемуся геоманту рукой, я двинулся наверх.

К вечеру пришла информация, что акции «Мануфактур Онегина» обвалились в несколько раз. А уже ночью машина, гружёная частью налички, отбитой у людей Мухина, отправилась в оговорённое место. Я наблюдал за встречей госпожи Мухиной и Спиннера со стороны. Мои люди расположились на соседней улице, готовые вмешаться в случае необходимости. Женщина, довольно миловидная, прибыла на дорогом «Ландыше» белого цвета. И выглядела чрезмерно роскошно для ночной встречи и в текущих обстоятельствах — шубка, безумное количество драгоценностей и золотой мундштук. Она, с безупречной причёской, с идеальным макияжем и изумительными манерами оказалась в компании сутулого барона, но и бровью не повела. Юристы как со стороны Спиннера, так и с её — склонились над бумагами. Разорённый аристократ старательно сдерживал злорадную улыбку, а Евгения делала вид, что оказалась здесь случайно и вообще с её стороны сам факт присутствия — максимальное одолжение.

Цена её компании за сутки упала в три раза, а из-за срочности выкупа коэффициент вырос ещё вдвое. Прекрасная сделка, куда ни крути. Ресторан, в котором проходила встреча, сверкал огнями и блистал охраной. Однако не попадал в зону действия местного Конструкта, что и являлось ключевым пунктом для выбора такого заведения.

Я находился в квартале от этого места, слушая приятный голос певички, извивающейся под пианино. Мой столик находился в помещении для особо важных гостей, и дверь ко мне преграждал Капелюш. Снегов пока ещё не пришёл в себя, хоть и порывался заступать на работу. Турбин утром перебрался из обители монахинь домой, однако тоже до конца не восстановился. Хорошо, что вообще живой остался.

— Как тебе? — спроси Кожин, поигрывая вином в бокале и не сводящий взгляда с певички.

— Бездарно, — приговорил я талант девушки, следя за Спиннером через камеру наблюдения в ресторане.

— Ты излишне жесток, мой друг. В каждом человеке есть талант. Надо просто его разглядеть! — хрономант облизнулся. Песня закончилась, в зале послышались редкие овации, и тут Олег вскочил, хлопая изо всех сил. — Вот посмотри, какая линия талии!

— Браво! Браво! — прокричал он девушке. Та поймала его взгляд и послала воздушный поцелуй в ответ.

— Я так понимаю, обратно еду один? — хмыкнул я.

— Очень на это надеюсь. Но я недолго, Миша! — отмахнулся Кожин, посмотрел на часы.

Юристы в соседнем ресторане сдвинули бумаги своим подопечным. Евгения Мухина подписала акты не глядя, ленивым росчерком. Спиннер же, из последних сил сдерживающийся, взял ручку дрожащей рукой и поставил корявую подпись.

Я подал сигнал, и в зал вошёл высокий мужчина в костюме и с двумя спортивными сумками в руках. Он миновал охрану, остановленную жестом Евгении, подошёл к столу и поставил на него свою ношу.

Мухина уставилась в окно, пока её человек пересчитывал деньги. Наконец, тот перестал пропускать пачки через машинку и тихо произнёс:

— Всё в порядке, ваше благородие!

Евгения никак не отреагировала на эти слова, глядя в окно. Спиннер забрал документы, поклонился с ехидной улыбкой женщине и направился к выходу.

— Машина, — раздался на общей волне встревоженный голос Волгина. — Две. Без номеров. Остановились у парадного входа. Ваше сиятельство, по-моему, у нас проблемы.

— Выдвигайтесь, — сказал я и поднялся. Кожин сокрушённо вздохнул, но последовал за мной.

— Не расстраивайся, возможно, будет драка.

Олег широко улыбнулся:

— Вечно ты обещаешь!

— В машине Мухин. Который Артём! Они заходят! Семь человек. Четверо с оружием. Барон не успел уйти! Захожу? — голос Волгина звучал сухо и по-деловому.

— Один не лезь. Жди остальных у входа. Якимов, вы далеко?

— Подъезжаем.

Когда мы оказались у входа в ресторан, то водителей двух машин уже заблокировали мои люди. Оба лежали на асфальте лицом в землю. Лабубин шмыгал носом, переводя ствол то на одного, то на другого. Из ресторана торопливо выскакивали люди, сразу переходя на бег. Я двинулся к дверям. Дорогу мне попытался преградить плечистый амбал в костюме и с наушником в ухе.

— Закрыто на спецобслуживание, — глухо сообщил он мне. Я увидел, что барон Спиннер лежит на полу, а Евгения Мухина, потеряв весь свой шарм, стоит на коленях перед братом. Причёска деловой дамы сбилась, а мундштук валялся в нескольких метрах от неё, сломанный пополам.

Я сделал короткий жест, и бугай с хрипом упал на колени. Кожин ударил его кулаком в живот, а затем приложил ребром ладони по шее. В зале ресторана пахло порохом. Я насчитал несколько окровавленных тел, рядом с которыми валялось оружие. По всей видимости, люди Евгении.

— Доброй ночи, господа! Я бы хотел заказать столик на пятерых, — громко сказал я, входя в помещение. Спиннер пошевелился, из разбитого носа текла кровь. Артём Мухин, держащий в руках документы барона, с недоумением повернулся ко мне. В его очках блеснуло отражение хрустальной люстры.

— Граф Баженов? — сказал он.

Один из его людей вскинул оружие, но тут же передо мной возник водный щит Капелюша, а каждый из моих сопровождающих явил силы аспекта.

— Угомоните своих людей, господин Мухин, — сказал я, делая шаг вперёд. Артём пожевал губами, торопливо оглянулся. Трое из его людей даром не обладали, а вот оставшиеся двое с магией, определённо, дружили. Один из них продемонстрировал зелёный перстень, с задумчивой улыбкой на бледном лице. Второй быстрым движением выхватил клинки и закрутил их в смертельной мельнице, и одновременно демонстративно зевнул.

Мои гвардейцы максимум достигали мастера. Ну, за исключением Кожина. Который встал в боксёрскую стойку и встряхнул руки, мотнув головой:

— Ваше сиятельство, позвольте мне! Прошу вас!

— Опустите оружие, — приказал Мухин своим и добавил. — Нетипичное для вас место, граф.

— Говорят, здесь подают чудесные драники, — прищурился я. — Очень хотел отведать.

— Вы выбрали плохое место и плохое время, — покачал головой Артём. Он лихорадочно соображал, прикидывая силы.

— Отнюдь, мне кажется, я здесь в самый раз. Хотя за чистоту этому заведению я поставлю единицу, — не сводил я с него взгляда. — Ну и безопасность тут тоже не на высоте.

— Чего вам надо, граф? — облизнулся Артём. Его боец с двумя сумками в руках переступил с ноги на ногу, не понимая, что делать.

Его сестра посмотрела на меня умоляющим взглядом. Из-под стола выглянули юристы как её, так и Спиннера, они прижимались друг к другу, как котята.

— У меня создаётся впечатление, что здесь происходит преступление. Можете назвать это интуицией, Артём Семёнович.

Он огляделся, посмотрел на трупы.

— Это не ваше дело. Это внутреннее дело семьи. Я прошу вас удалиться. По-хорошему прошу.