Чтение онлайн

– Вроде того. Толкай!..

Это было сродни чуду. Прокатившись вниз метров двести, мотор заработал как часы. Огорошенный Федюня лишь глупо хлопал ресницами.

– Ну, понял? – спросил Глеб.

– Что?

– Нас не выпустят из Чернигова, пока мы не слазаем в это проклятое подземелье.

– Уедем… поездом! – запальчиво воскликнул Федюня, который вдруг испугался неизвестно чего. – Н-ни за к-какие шиши!.. Не полезу! Золото – это зло. – Его тело сотрясала крупная дрожь.

– Вот и я об этом. Наконец до тебя дошло. Только и с поезда нас снимут. Я в этом уверен. Уж не знаю, что тут за силы задействованы, но они явно превосходят наше воображение. Так что, как говорят братья-украинцы, «не тратьте кум силы, спускайтесь на дно». Иного выхода я не вижу.

Федюня молчал. Какое-то безразличие охватило Соколкова, и он прикрыл глаза. Темнота казалась ему тихим и спокойным убежищем, где можно было спрятаться от чего-то страшного, неотвратимого, надвигающегося на Федюню как тот танк, под который его заставляли ложиться на войсковых учениях. Под гусеницами танка хлипкий окопчик осыпался сухими комьями земли, и скукожившийся в нем Соколков мысленно прощался с жизнью.

– Завтра! – решительно сказал Глеб, когда они вернулись в гостиницу. – Сегодня уже поздно. Начнем с утра.

Конечно, лезть в подземелье можно было в любое время суток. Но у Глеба было кое-что другое на уме…

Вечером опять дежурила Анна Никитична. Дождавшись, пока постояльцы гостиницы улягутся спать, Глеб спустился на первый этаж (Федюню он решил с собой не брать), зашел в ее комнатку и начал деловито разворачивать пакет, в котором находилась бутылка хорошего импортного вермута, коробка конфет и апельсины.

Анна Никитична лукаво улыбнулась, полезла в шкафчик и достала оттуда начатую бутылку коньяка.

– Я думаю, что вино предназначено мне, – сказала она.

– Вы угадали, – улыбнулся в ответ Глеб. – Если честно, вермут я не очень…

– Тогда я буду угощаться вермутом – у меня, кстати, и лед есть в морозилке, а вы – коньяком.

Глеб пил коньяк мелкими глотками, молол языком и ненавязчиво наблюдал за Анной Никитичной. Она явно понимала, что постоялец пришел к ней не просто побеседовать, чтобы скоротать время, – между ними была чересчур уж большая разница в возрасте. Мало того, как показалось Глебу, Анна Никитична догадывается, что привело его к ней.

И он не стал затягивать паузу. Когда Анна Никитична сварила кофе и они пропустили по второй рюмке, Глеб сказал, как отрубил:

– Думаю, у вас есть какая-то защита от той нечисти, которая бродит по гостинице.

– Все-таки вы поверили в существование призрака…

– Я в него верил и раньше. Но у моего напарника не столь крепкая нервная система, как у меня, поэтому нужно было его успокоить. К сожалению, это мне не удалось. Так как насчет защиты? Только не говорите мне, что не понимаете, о чем идет речь!

– Понимаю, понимаю… – Анна Никитична посерьезнела. – А как вы догадались?

– Я вообще человек догадливый.

– Это не ответ.

– Хорошо, скажу честно. Я чую это. Уж не знаю, каким образом. И потом, даже ваша работа в археологическом управлении вряд ли помогла бы вам при встрече с тем странным мистическим явлением, которое нам довелось наблюдать. Это, знаете ли, сильно действует на нервную систему. А на женскую – тем более.

– Все верно. И сейчас боюсь. Но в меру, я бы так сказала. Он избегает меня. Я же со своей стороны стараюсь по ночам не ходить по коридорам без нужды. А защита у меня простая. Вот…

Анна Никитична потянула за тонкий кожаный гайтан, который был не виден из-за воротника кофточки, и вытащила наружу маленький квадратный мешочек размером примерно пять на пять сантиметров из домотканого полотна. Он был вышит черными и красными нитками и чем-то туго набит.

– Это оберег, – сказала она. – Его дал мне один старик.

Тут Глеба осенило, и он быстро спросил:

– Уж не дед ли Нечай?

Анна Никитична не просто удивилась; она была изумлена до предела.

– Откуда вы знаете его?! – воскликнула Анна Никитична.

– Этот странный тип что-то слишком часто начал путаться под ногами, – угрюмо буркнул Глеб. – Не имел чести с ним познакомиться. Но наслышан.

«А может, знаком? – вспомнил он “запорожца” с Пряжки. – Вдруг дед Нечай и торговец – одно и то же лицо? Возможно, хотя не факт. Нет, все это бред! Нечай умер восемь лет назад, как утверждает его соседка. А нынче покойники гуляют по земле только в американских фильмах-страшилках».

– Я надеялся, вы подскажете, как нам соорудить защиту от всякой черниговской нечисти, но теперь вижу, что моим надеждам сбыться не суждено, – произнес Тихомиров-младший.

– Вы все-таки решили попытать счастья… – с плохо скрытым осуждением молвила Анна Никитична. – Но хоть под землю не лезьте. Это очень опасно! Тем более что Он почему-то начал нервничать.

– Создается такое впечатление, что вы находитесь в постоянном контакте с призраком и Он докладывает вам о своих заботах, – насмешливо заметил Глеб.

– Раньше Он появлялся редко, а теперь – через день. Что-то его сильно беспокоит.

– Матерь Божья! – воскликнул Глеб и схватился за голову. – О чем мы говорим?! Послушав нас со стороны, можно сделать вывод, что мы или чокнутые, или уфологи, что почти одно и то же.

Анна Никитична промолчала. Видно было, что она взволнована и смотрела на молодого человека, как ему показалось, с состраданием.

– Что ж, – сказал Глеб, – коли так, пойду я… Завтра предстоит трудный день, нужно выспаться.

«Какой там сон! – подумал он тут же. – После коньяка и кофе… Что ж, посижу, подумаю, пораскину мозгами. Гляди, что и забрезжит в моем смущенном сознании».

– Вам не нужна защита, – вдруг сказала Анна Никитична. – Она у вас уже есть.

– Вы о чем? – удивился Глеб.

– О ваших амулетах. Они гораздо сильнее моего оберега.

Сказать, что Тихомиров-младший был удивлен, значит, ничего не сказать. Он был потрясен. Откуда Анна Никитична узнала про амулеты?! Они были спрятаны под рубахой. Глеб посмотрел прямо в глаза Анне Никитичне и почувствовал, что проваливается куда-то в пустоту – на него смотрела космическая бездна.

Усилием воли сохранив присутствие духа, Глеб опустил взгляд и тряхнул головой. «Карету мне, карету!.. – мысленно воскликнул он словами литературного героя; и тут же добавил, уже на современный лад: – Надо сваливать. Эта бабка-ёшка не так проста, как кажется. Или у меня уже ум за разум заходит…»