Чтение онлайн

«На материк детей отправили!» – самый крутой и достойный ответ на вопрос «как дела», который родители колымских детей могли произнести в разговорах. Синегорье, Талая, Мяунджа, Палатка, Карамкен, Омсукчан, Магадан, Финиш, Утёсный, Стекольный, Армань, Сусуман – из этих волшебных мест колымские дети на лето летели к бабушкам и дедушкам, чтобы поесть абрикосов, вишни, черешни и дынь с арбузами.

Дети Колымы… Когда они попадали в огороды и сады своих бабушек, то ели всё – зелёное и несозревшее, большое и маленькое, с косточками и без. Всё было вкусно и полезно. А бабушки и дедушки переживали – не дай Бог навредить внукам! Но маленьким закалённым колымчанам было всё равно, спелое оно или нет: главное – наличие плода на дереве. Эта прожорливая колымская саранча опустошала сады своих дедушек и бабушек в неконтролируемой погоне за снабжением своего растущего организма витамином це, и аргумент, что всё ещё зелёное и неспелое, на детей не действовал. Поэтому бабушки и дедушки на материке просили своих детей привозить им внуков тогда, когда хоть что-то поспеет.

***

Так как Юра лично знал и Тактарова, и Жижикина, он ни секунды не сомневался, что это те парни, которые нужны. И грима не надо. Мужики. Настоящие. Хорошая физическая подготовка. Бойцы. Бруталы ещё те. В картине много сцен рукопашных схваток, каскадёрские трюки. Кино мужское – драки, стрельба, огонь, скалы, заброшенные шахты, пещеры. В общем, здоровье тут понадобится. А эти два актёра так им и пышут. Плюс парни и в Голливуде работали. Узнаваемость присутствует, а это важно. Режиссёр поддержал. Главное – успеть с ними договориться по графику и остальным моментам.

Женскими ролями занимается агент – естественно, кроме ролей для Ольги Тумайкиной и Яны Поплавской. Больше всего съёмочных сцен будет, конечно, в Магадане и области, поэтому творческий союз с местным драматическим театром – это правильное решение, выгодное обеим сторонам. Орлинский надеялся, что колымские актёры согласятся поработать на съёмках фильма.

Где-то за полтора часа до приземления Юра маленько прикемарил, режиссёр тоже. Все, кто летел в Магадан (естественно, кроме Орлинского), летели туда первый раз и как люди творческие поскорее мечтали увидеть всё то, о чем им говорил продюсер. А он обещал им совсем другую реальность, нежели на Большой земле.

«Други мои! Мы летим не просто на Колыму! Мы летим на другую планету. Там всё по-другому. Вы это почувствуете. Всё увидите, всё услышите!» – сказал им Орлинский, когда ехали в аэропорт.

Во Внуково температура воздуха была почти весенняя – минус два градуса. В Магадане на ближайшую неделю синоптики обещали хорошую погоду – максимум минус пятнадцать градусов. Такая температура не пугала, но все утеплились, как надо. Оператор Кирилл и фотограф Никита для своих дорогостоящих аппаратов даже специальную «одежду» взяли, чтобы электронику не поморозить.

Когда заходили на посадку над сопками, было начало двенадцатого дня. Светло и, конечно, красиво, как в сказке. Мурад Нурыевич сидел возле иллюминатора, смотрел на сопки и облака и чему-то улыбался.

Не обманул ты, Юра – красота! Пейзаж исключительный!

Надо будет из самолёта снять. И с самолёта, и с вертолёта, и с воздушного шара обязательно снимем. Да так, что дух захватит! Поэтому и пригласил вас, Мурад Нурыевич, чтобы эту красоту на большом экране все увидели. Сейчас зима, а весна, лето, осень – это вообще волшебная пора! По сопкам полазим, ягоду поедим, порыбачим, у костерка посидим всей командой, песни под гитару попоём. А? Как вам?

Юра, вначале работа. А потом – всё остальное! – Режиссёр опять посмотрел в иллюминатор.

Согласен!

Орлинский поднял руки над головой и потянулся до хруста. На лице играла бодрая и счастливая улыбка. Он всегда становился счастливым, когда видел эти сопки. Это было его место силы.

Из салона самолёта творческая группа вышла в числе последних. У трапа ждал микроавтобус, воздух был сухой, морозный, дышалось легко. Выехав с территории аэропорта, припарковались на фоне плаката «Добро пожаловать на Колыму – золотое сердце России!»

Мурад Нурыевич с Кириллом и Никитой пошли получать багаж. У Орлинского был с собой рюкзак с ноутбуком и одеждой – на неделю пара джинсов, три кофты, футболки, сменная обувь, ну и конечно, другие необходимые атрибуты мужественного командированного.

Орлинский познакомился с водителем. Парень лет тридцати пяти, зовут Женя, откомандирован в расположение творческой группы в качестве водителя по городу Магадану. Велено доставить вновь прибывших в гостиницу «Магадан». Там группу встретит девушка по имени Людмила, она поможет разместиться и расскажет, где и что находится.

Бодрые и весёлые члены экспедиции вместе с багажом погрузились в микроавтобус. Всю дорогу из Сокола до Магадана по Колымскому тракту все, кроме Орлинского, задавали вопросы Жене-водителю. Он с удовольствием и подробно отвечал. Юра молчал. Он просто смотрел на дорогу, снег и сопки, небо в облаках. Детство не то чтобы вспомнилось, а будто вернулось – со звуками и ароматами, со снегом и морозным воздухом. В салоне фоном тихо звучала красивая музыка. «Энигма», – узнал Юра. «Блаженство», – улыбнулся Орлинский. Обернувшись к коллегам, он громко спросил:

Ну что, ребята? Класс?

Эмоциональный ответ последовал незамедлительно. Хотя могли и не отвечать – по глазам всё было видно. Им нравится, и они в предвкушении.

Оформление в гостиницу не заняло много времени. Номера всем достались на одном этаже – на третьем. Встретившая их Людмила, активная молодая девушка из управления культуры Магаданской области, через час предложила встретиться в ресторане, пообедать и обсудить план дальнейших действий. Этого часа хватило, чтобы принять душ, переодеться и немного поваляться на заправленной кровати после почти восьмичасового воздушного путешествия.

Ровно через час все прибывшие и ответственная Людмила сидели за одним большим круглым столом. Единогласно решили начать с заказа, чтобы во время трапезы обсудить и согласовать дальнейший план действий. Стол был потрясающим. Рыбная нарезка, красная икра, наваристая тройная уха, оленина, брусничный соус, морс и крепкий чёрный чай с пирожными. Ели так, что аж за ушами трещало. Потом Людмила сообщила гостям, куда, когда и на чём едем. До отлёта шесть дней, график жёсткий. Многое надо увидеть, отснять, продумать, разведать и определить локации для съёмки, потому как весной времени на это не будет. Сегодня по плану – сам Магадан, православный храм рядом с гостиницей, администрация области, бухта Нагаева, где стоит памятник Владимиру Высоцкому. Кроме того, надо успеть к Маске Скорби и вечером – в драматический театр.

Ну что, по коням? – предложил Мурад Нурыевич. Все согласились и дружно отправились на посадку в автобус.

Жень, давай сразу в Нагаевскую к Высоцкому, – Людмила села рядом с водителем.

Ехали недолго. Остановились почти у самого памятника. Владимир Семёнович стоял к приехавшим спиной и смотрел вдаль, на Охотское море. Вид на бухту был потрясающий. Никита с Кириллом сразу расчехлили оборудование и припали к видоискателям. Мурад Нурыевич пошёл к Высоцкому. Из динамиков, установленных в помещении рядом с памятником, звенела гитара и голос Владимира Семеновича спрашивал: «Ты не видел Нагаевской бухты?..» Бесконечное холодное море – и он стоит на самом краешке земли. Режиссёр стал рядом, Орлинский с другой стороны. Вот так стояли втроём, смотрели вдаль.