Чтение онлайн

«Вдох глубокий, руки шире, не спешите, три-четыре!» – взбодрил бард.

Режиссёр подошел к оператору и фотографу. Работа началась. Общий план – просто неповторимый, надо всё отснять, заметить, прочувствовать и найти нужные точки для съёмки. Ощутить атмосферу. Тут режиссёру мешать не нужно. Он сам увидит то, чего не заметит человек без профессиональных навыков. Поэтому Орлинский просто молчал, вдыхал морозный воздух и слушал песни любимого с детства Высоцкого.

Когда стемнело, поехали в драматический театр. По нему группе провели экскурсию, рассказали об истории создания, об актёрах и спектаклях, о том, кто из известных деятелей культуры посещал театр. Приняли решение по помещению для съёмок. На этом первый рабочий день на Колыме завершился.

Разница во времени давала о себе знать. Устали, очень устали. Спать особо не хотелось, но надо. Поэтому приехали в гостиницу, сразу поужинали, выпили по соточке коньяку и в номера спать. Подъём завтра в семь утра, завтрак в восемь нольноль, в восемь тридцать – в путь к мысу Нюкля.

На следующее утро на Нюклю выдвинулись пораньше. Была пурга, но погода меняется очень быстро, и к рассвету стало тепло и тихо. Минус восемь градусов, работать – одно удовольствие. Главным впечатлением стал спуск к морю, к мемориальной доске, посвященной Юрию Билибину и его экспедиции – первопроходцам, открывшим самый золотоносный район страны.

На пятый день пребывания в Магадане Орлинский остался в отеле. Ему нужно было решить несколько административных вопросов, связанных с будущими съёмками, и поэтому на плановый выезд режиссёр с оператором и фотографом выехали без Юры в компании Людмилы. Было назначено несколько встреч, и Орлинский, захватив ноутбук, свой волшебный блокнот и авторучку, присел в самом конце зала ресторана, возле окна, и занялся рутиной – подведением предварительных итогов поездки, расчётами, прикидками и ещё много чем, что нужно сделать, чтобы всё сложилось удачно.

Предстояла первая встреча – с главой крупной золотопромышленной компании. Они уже были знакомы, и встреча обещала быть доброй и плодотворной. Предварительно они уже общались, и сейчас нужно было, чтобы Алексей Алексеевич, владелец одной из самых крупных частных золотодобывающих артелей, оказал содействие и разрешил съёмки на его объектах. Некоторые из них были уникальными и на экране должны будут появиться впервые.

Юра, привет! Рад видеть! – Диканьцев пожал руку Орлинскому.

Привет, Алексеич!

Они сели друг напротив друга. Им принесли пузатый фарфоровый чайник с чаем.

Юра, давай, может, чего посерьёзней чая? А?

Нет, Алексеич. Я бы с удовольствием выпил с тобой, ты же знаешь, и не по одному стаканчику! Но впереди ещё переговоры, встречи. Работа. Вот завтра можно будет. Я на Карамкен еду, если дома будешь – на обратном пути заеду к тебе на Палатку да посидим…

Договорились! Слушай, Юр, а на Карамкене-то чего делать? Там же ни хрена не осталось. Даже указатель сняли, что был такой посёлок. Ни одного строения, кроме руин ГОКа, от котельной один остов. Входы в штольни и те завалили. Спасатели недавно двух любителей приключений трое суток искали, нашли еле живых. Детский сад «Золотой ключик» и школу, куда ты ходил, давно по кирпичику разобрали после того, как посёлок расселили. Да чего я тебе рассказываю – ты же там в прошлом году был, всё сам видел. – Диканьцев отхлебнул чая.

Да был, но, по-моему, там ещё стояли стены гаража геологоразведки.

Уже нет стен – разобрали. Хороший кирпич, советский! Не пропадать же добру – вот я дал команду. Ты меня знаешь, всё в дело. На Палатке буду строить детский центр, там пригодится. Ты когда обратно?

Послезавтра, но двадцать шестого прилечу – в администрации будет совещание у губернатора по поводу съёмок. Вот с тобой хотел кое-что обсудить да проконсультироваться по некоторым вопросам. Давай, всегда готов помочь! Ты только, Юра, сделай кино доброе и хорошее. Весёлое, что ли… А то уже тошно: в книгах негатив, в новостях – или про морозы, или про медведей, которые на людей нападают. Ну а эти блогеры да журналисты – вообще отдельная тема. Приедут. Встречаем, как родных. Улыбаются, икры поедят, водки попьют, в море выйдут, на вертолёте полетают, все красоты посмотрят, с людьми пообщаются на приисках. Счастливые! Всё им нравится: и природа, и воздух, и люди. Полный восторг, глаза горят. С видеокамерами везде, всё что хочешь снимай. Подарков им в дорогу надарят – балычка, да икорки, да сувениров. В общем, как обычно гостей встречаем и провожаем, по-нашему, по-колымски. Садятся, довольные, в самолёт – и в Москву. Вроде всё понравилось! А потом в интернете, во всех соцсетях, страна смотрит то же самое: «ужас, страх, смерть, мороз, лагеря, комары, наводнения, пьянство, криминал». Как будто этот блогер, пока летит в самолёте, забывает, где был и что видел. И начинается старая песня: про Колыму – один негатив. Ни стыда, ни совести…

Алексеич, ты меня знаешь, я Север люблю и он меня принял, тут мои друзья, детство тут прошло, в первый класс пошёл. Самые теплые воспоминания. Пришло время сказать Колыме спасибо. Сделаем кино, в котором все красоты покажем. Привлечём СМИ федеральные, блогеров тех же, друзей-журналистов попрошу помочь. Хватит народ Колымой пугать. Пусть едут и посмотрят сами на эти красоты. Хоть зимой, хоть летом. Так что, Алексей Алексеевич дорогой, будем стараться. Ты, надеюсь, тоже навстречу нам пойдёшь. А?

Уже иду! Идея мне давно нравится, ты же сам её лет шесть назад мне озвучивал. Про «Золото Карамкена», про документальный фильм – ты, по-моему, «Планета Колыма» хотел его назвать. А сценарий ты написал? Нет? А название фильма? Его же ты придумал…

Угадал сценарист с названием! – улыбнулся Юра. – Главное – начали дело делать.

Орлинский и Диканьцев говорили ещё минут двадцать, потом тепло попрощались. Юра посмотрел на часы: до новой встречи – ещё десять минут. «Успею сбегать в номер и взять зарядку для телефона», – подумал Орлинский. Он встал из-за стола и направился к выходу из ресторана. Проходя мимо симпатичной девушки-администратора, улыбнулся:

Не скучайте, скоро буду!

Ждём вас! – улыбнулась она в ответ.

***

Юра поднялся на третий этаж, подошел к двери своего номера, и не успел открыть дверь, как услышал за спиной бодрый голос:

Здравствуйте, Юрий Николаевич, рад вас видеть!

Он обернулся. И, честно говоря, удивился: за его спиной с широкой улыбкой стоял консьерж из его дома в Москве, Влад, которого он видел почти неделю назад, когда проходил мимо него. И вот надо же – встреча!

Ого, вот так встреча! Привет, Влад, привет! Чёрный свитер, чёрные брюки и ботинки… Только чёрных очков не хватает. И, судя по тому, что ты не удивился моему появлению, ты был готов к нашей встрече и она не случайна. Дел у нас с тобой общих нет – значит, ты из какой-то специфической конторы, которой что-то надо от скромного журналиста. Я прав?

Так точно, Юрий Николаевич! Сегодня утром прибыл для встречи с вами по важному делу. Завтра вылетаю обратно. На смену выходить – я ж официально консьерж, – улыбнулся Влад.

Ну, проходите, гости дорогие! – Юрий жестом пригласил неожиданного гостя в номер. – Только, Влад, у меня встреча с одним важным человеком по проекту. Времени у нас – минут десять.

Юрий Николаевич, не переживайте, он не придёт. Максим Сергеевич в курсе, что вы заняты, просил передать вам привет и сказал, что для съёмок будет готов предоставить вам два плавающих вездехода, с механиками-водителями и топливозаправщиком.

Вот это я понимаю! Слушай, Влад, бросай службу консьержем и иди к нам в масс-медиа. Может, в ресторан спустимся? А то у меня там на столе ноутбук и телефон остались. Заодно и встречу обмоем, – полушутя предложил Юрий.

Разрешите, я тут вас подожду. А вы сходите. Нас не должны видеть вместе. Ого… Понял. Присаживайся, телевизор включи и чайник.

Орлинский быстро спустился в ресторан, забрал ноутбук и почти бегом вернулся обратно, по дороге сделав короткий звонок по телефону своему давнему другу.