Чтение онлайн

Будто бы оно похоже на клубок величиной с гору – намертво запутанный, полный колючек и обглоданных костей, старый, как подлунный мир, и Шныря угораздило зацепиться за нитку, торчащую из этого клубка. Брось флягу – и нитка отцепится, но фляга-то нужна для Кема, который иначе может помереть без воды… Шнырь полз еле-еле, из последних сил, но все-таки полз.

Шеро Крелдон, конечно же, знал о приготовлениях коллег, но махнул на это рукой. Куда больше его занимала операция по возвращению капиталов Королевского банка. А коллеги во главе с Аджимонгом пусть порадуются, от нас не убудет. Положение главы Светлейшей Ложи и, фактически, главы государства ко многому обязывает, в том числе приходится терпеть некоторые мелкие неудобства. Впрочем, Орвехт подозревал, что насчет масштабов грядущего «сюрприза» Шеро все-таки не в курсе, иначе не был бы столь снисходителен. Зато его любимый тортик обещает стать «истинным кулинарным шедевром», как и посулил Аджимонг.

Коллеги-пространственники заверили, что «невод» будет готов завтра ближе к ночи или, крайний срок, послезавтра к утру. После спасения денег и слитков канал с алендийской стороны будет запечатан, так что «неустановленным злоумышленникам» придется выбираться оттуда другим путем.

Официально считалось, что под удар попали некие не идентифицированные авантюристы, соблазнившиеся легкой поживой. Никаких имен, боги упасите: делаем вид, что мы ни о чем не догадываемся. Что ж, коллегам не привыкать играть в такие игры – еще и года не прошло, как живем без Накопителей.

В особняк на улице Черных Вишен доставили приглашение князю Ляраны на званый ужин в королевском дворце по случаю дня рождения Верховного Мага Светлейшей Ложи – все честь по чести. Его светлость отсутствует? Если до завтра изволит вернуться в Аленду, будем рады видеть его на торжестве.

Гарантий, данных Тейзургу, Ложа формально не нарушала: ну кто бы мог подумать, что это он болтается с подозрительными целями по Треуголью, переодетый в женское платье? И нельзя утверждать, что маги Ложи нанесли по злоумышленникам смертельные удары – другое дело, что в канале заворота возникает своего рода резонанс, многократно умножающий силу первичного импульса: для простого смертного ничего страшного, но для мага чревато плачевными последствиями.

Резиденция Ложи занимала дворец, конфискованный у опального семейства данг Рузевальд. Фасад украшали мозаичные корабли, по обе стороны парадного крыльца резвились мраморные дельфины с мраморными же глобусами: Рузевальды держали торговую флотилию. Поскольку во время смуты они выбрали не ту сторону, флотилия отошла государству. Зато дельфины и глобусы не пострадали от шаклемонговских погромщиков.

Наискосок, через перекресток, располагался ресторан «Скрипичный ключ», вдобавок рядом с ним, на первом этаже доходного дома с остатками лепной роскоши, недавно открылись две чайных. Место нынче прибыльное, надо же функционерам Ложи где-то пить-есть.

В кабинетах «Скрипичного ключа» окопался Аджимонг со своими приспешниками, поэтому Суно завернул в одну из чайных. Здесь хватало посетителей в мантиях Ложи – таких же, как он, не выспавшихся: одни всю ночь занимались украшательством и репетициями, другие принимали участие в плетении «невода», который требовал изрядных затрат силы, а те, кому больше всех не повезло, поучаствовали и в том, и в другом.

Орвехт устроился возле окна. Раньше в этом помещении была школьная лавка, во время смуты ее предсказуемо разгромили. Запах типографской краски, чернил и новеньких карандашей до сих пор витал в воздухе, смешиваясь с ароматами чая, булочек, горячего шоколада и жареных колбасок.

– Иногда мне жить не хочется, – произнес за соседним столиком знакомый жалобный голос. – Посмотрюсь в зеркало, и кажется, что я или слишком толстая, или слишком худая… Как ты думаешь?

– А по-моему, ты в самый раз, – сонно возразил другой голос, тоже знакомый.

Грено Гричелдон этой ночью отдавал силу на «невод», ему бы сейчас домой и в постель, пока на репетицию не затащили. Впрочем, усмехнулся про себя Суно, как раз его-то не затащат: побоятся, что «сглазит» мероприятие. Свою лепту он уже внес, но усугубить никогда не поздно.

– И еще вспоминаю, как меня тогда эти схватили, – убито продолжила Флаченда. – Если бы не Хеледика… И ужасно думать о том, что вдруг где-нибудь на свете вот именно сейчас что-нибудь такое же происходит…

– На свете много чего происходит, – возразил молодой маг. – И плохого, и хорошего. Почем знаешь, вдруг кто-то где-то вот именно сейчас вышел на развилку, пока мы с тобой пьем чай? И если у него хватит твердости дойти до конца, что-то в мире для всех переменится к лучшему…

– Грено!..

– Дурной Глаз, ты опять?!..

– Грено, следи за языком!..

– Грено ничего плохого не сказал! – рявкнул Орвехт, перекрывая раздавшиеся с разных сторон возгласы. – Надлежало бы, коллеги, сначала прислушаться, о чем идет речь!

Осознавшие свою ошибку коллеги начали оправдываться, что они-де после бессонной ночи, и это же Дурной Глаз, он уже брякнул не то насчет тортика для Верховного Мага, от него только и жди неприятностей… Гричелдон и бобовая ведьма поскорее сбежали из чайной. Заступившийся за них Суно, покончив с запеченными в тесте колбасками, тоже отправился домой: вздремнуть два-три часа, а потом снова за работу, и вечером непременно заглянуть к Зинте в лечебницу.

Следить за временем можно по солнечным лучам, проникающим в этот каменный мешок через расщелины наверху, но их преломляют и дробят сиянские зеркала, искажая картину. Вроде бы около полудня. Дирвен ушел, пообещав напоследок Эдмару: «И никуда ты, сволочь, отсюда не денешься!»

– Насчет того, что не денусь – спорное утверждение.

Это было сказано уже после того, как они остались вдвоем – значит, адресовано Хантре. Он с трудом повернул голову. На то, чтобы принять сидячее положение, сил не хватило: то ли результат воздействия ошейника, то ли последствия перепавших от Ложи ударов. Скорее, причина в ошейнике, потому что Тейзург, в отличие от него, даже встать сумел.

Он был обнажен – стройный силуэт в зыбком золотистом полумраке, спутанные волосы падают на плечи, и даже при таком освещении видно, что весь в синяках и в крови. Сделал несколько нетвердых шагов по направлению к Хантре.

– Сейчас открою Врата – и у Дирвена останутся одни ностальгические воспоминания…

Он и впрямь попытался открыть Врата Хиалы, и у него это почти получилось, но сил не хватило.

– М-м, придется здесь задержаться, а я-то надеялся…

Доковылял до тюфяка у стены и со стоном на нем растянулся.

– Как тебе удалось настолько восстановиться? – хрипло спросил Хантре.

– Попробуй угадать. Может, у меня могущества побольше, чем у тебя? А может, что-нибудь еще… Ты разве не заметил?

– Нет… Но если скажешь, как ты это делаешь, я тоже попробую.

– Это не твой способ. Так что можешь строить догадки, чтобы скоротать время.

По крайней мере, раздавленным он не выглядел. Сейчас не выглядел, но пока здесь был Дирвен, казалось, что он полностью сломлен. Морочил голову. Надо признать, Хантре на его месте так не смог бы.