Чтение онлайн

– Да, брат Юрий, - кивнул тот, - проводи заблудшие души до пристани. Вместе с вот этими отцами.

Сбоку материализовались два крепких монаха, и один сделал приглашающий жест - пошли.

– Ну ладно, ты нас попомнишь, батя, - прошипел игумену один из бандитов.
– Айда к светлой жизни, пацаны.

У небольшой пристани, где покачивался катер, вся группа остановилась, и у рыжего в руке блеснул кастет.

– Так че, падла, - сплюнул под ноги к Огневу,- ща побаза…

Договорить не успел.

Зубодробительный удар в челюсть сбросил парня в катер, а через несколько секунд монахи бережно опустили туда тела еще двух.

– Плывите отроки с миром, - набожно перекрестились они и с интересом уставились на Огнева.

– Хорошо ты его вразумил брат, - кивнул Огневу на катер первый, с русой бородой и усами.

– Да и вы остальных неплохо, - пробурчал Юрий и перекрестился.

– А вот и сатанинское оружие - вертя в руках вороненый «ТТ», - изрек второй, безбородый и профессионально выщелкнул из него обойму.
– Полная.

– Эй, вы, беспредельщики, - выплевывая в воду кровь и выбитые зубы, просипел из катера старший из братков.
– Отдайте пушку.

– Бог подаст, - смиренно произнес безбородый, и оружие булькнуло в воду.

Когда катер взревев мотором унесся в море, все трое долго смотрели ему в след и молчали.

– Как вы думаете, вернутся?
– покосился на монахов Огнев.

– Если вернутся, порешу, - жестко произнес бородатый. И возведя глаза к небу, осенил себя крестом, - прости Господи.

Кроме всевозможных хозяйственных работ в обители, монахи и послушники занимались рыбной ловлей. Она была серьезным подспорьем к скудному монастырскому столу, и он имел несколько карбасов.

Огневу нравились бывать в море, и вскоре он стал заядлым рыбарем.

 В один из таких дней, в начале июня, когда над аргипелагом властвовал полярный день, монастырский карбас занимался ловлей трески у острова Анзер.

 Улов был богатым, и монахи тихо радовались.

– Сподобил Господь, - добродушно гудел рослый отец Алексий, выбирая из сети и швыряя в лодку очередную серебристую рыбину.

– Да, сурьезный, - поддакнул ему седенький старец в потрепанной рясе, подтягивая вместе с Огневым и еще одним послушником сеть к борту сеть к борту.

– Ну, все, шабаш - взглянув на гору рыбы, махнул широким рукавом сидящий на румпеле отец Егорий.
– Ставим парус и идем назад.

Спустя пять минут, увенчанное белоснежным крылом суденышко, рассекая носом морскую гладь, плавно заскользило вдоль берега.

– Красота какая, - восхитился сидящий в носу Юрий.

Перед его взором, в белой кромке прибоя, золотилась узкая песчаная коса, чуть выше, причудливые, из черного базальта и красного гранита каменные террасы, а над ними, в серебристом свете, отсвечивали ультрамарином кроны вековых сосен.

Да, благодать Господня, - откликнулся сидящий на средней банке [3] отец Алексий и широко перекрестился на синеющую над островом гору.

– Анзер место благословенное, - сказал Огневу седенький старец.
– Находящееся под особым покровительством Божией Матери. Здесь, на протяжении многих веков жили и трудились во славу Господа иноки - пустынножители. Они строили скиты и дороги, осушали болота под сенокосы и пастбища, прокладывали каналы и возводили пристани.

А гора, которую ты лицезреешь, зовется Вербокольская, там и поныне живут иноки.

Когда спустя час карбас причалил к пристани, там стоял прогулочный теплоход, у трапа которого скучал одинокий вахтенный

– Никак туристы, - переглянулись монахи.
– Приехали на экскурсию.

Экскурсии на Соловки летом случались часто, были немноголюдными и особого беспокойства обители не приносили.

 Когда нагрузившись рогожными мешками и корзинами с рыбой артель ступила на подворье, на нем, у церкви Благовещения, тесной группой стояли туристы и внимательно слушали экскурсовода.

Мельком обозрев мирских гостей, рыбари проследовали в Поваренный корпус, спустились вниз по крутой, с вытертыми ногами лестнице и поместили весь улов в выложенное льдом хранилище.

– Брат Юрий, - обратился к Огневу принимавший рыбу монах.
– Зайди в покои к отцу Иосифу. Он тебя спрашивал.

– Хорошо, отец Амвросий, - утер потный лоб Огнев.
– Сейчас зайду.

Наскоро умывшись и приведя себя в порядок, он вскоре был у настоятеля.

– Входи брат Юрий, - кивнул клобуком [4] сидящий за столом отец Иосиф, когда постучав в дверь, Огнев возник в проеме.
– К тебе гости.

Здорово, прапор, - раздался сбоку знакомый бас и со стоящего у окна ряда стульев, - монолитно встал Душман. Рядом с ним, переминаясь с ноги на ногу, растянул рот в улыбке Зингер.

– Здравствуйте, - удивленно обвел глазами парней Огнев.
– Какими судьбами?

– Да вот, заехали тебя навестить, - переглянулись те.
– И отец Иосиф не против.

– Да, я не против, - чуть улыбнулся игумен.
– До завтрашнего утра брат Юрий ты свободен.

– Благодарю вас, святой отец, - склонил голову Юрий.
– Мы можем идти?

– Идите, - качнулся клобук.
– Когда есть настоящие друзья это хорошо.

– Юрка, черт, да ты настоящим попом стал!
– весело прокаркал Зингер, когда вся тройка вышла на подворье.
– Ряса, борода и морда постная.

– Ладно, Витька, кончай базар, - одернул его Душман.
– Тут тебе не театр, а святое место.

– Дак это ж я так, к слову, - развел руками Зингер.
– И, можно сказать, от радости.

– А вы ребята вроде изменились, - тепло оглядел парней Огнев.
– Вроде стали какие-то не такие. Кстати, как вы меня нашли?

– Так ты ж сказал, что двинешь на Соловки, - положил Душман тяжелую руку на плечо Огневу.
– Ну а дальше все было просто.

– Ага, - кивнул жестким ежиком Зингер.
– Прилетели на самолете в Архангельск, а оттуда на пароходе сюда. И сразу к вашему патриарху.

– Наместнику, Витя,- поправил его Душман.
– Патриарх сидит в Москве.

– Да какая на хрен разница, - махнул рукой Зингер.
– Короче к вашему «бугру».

– Интересный, кстати дядька, - задумчиво произнес Душман.
– Со мной давно так душевно не говорили.