Чтение онлайн

Рис. Ариг-бука.

Весной 1250 г., когда Хубилай приехал в Кайпин, по сообщениям источников, многие князья обратились к нему с просьбами возглавить Монгольскую империю. Наконец он уступил, и 5 мая спешно созванный в Кайпине курилтай провозгласил его великим ханом. Это были необычные выборы, поскольку во всех предыдущих случаях каган избирался на собраниях, проводившихся в Монголии или Средней Азии. Поэтому, как и следовало ожидать, их легитимность не раз ставилась под сомнение. Однако, приняв решение вступить в борьбу со, своим младшим братом, Хубилай сделал первый шаг к трону самой могущественной на тот момент империи в мире, а через несколько лет оспаривать его легитимность уже никто не решится.

Избрание Хубилая на курилтае в мае 1260 г. было оспорено. Ариг-Бука первым опротестовал законность выборов, но его примеру последовали и другие. Аура иллегитимности окутывала правление Хубилая до самой его смерти, побуждая некоторых китайских и монгольских вождей идти на попытки свергнуть его с престола великого хана и императора Китая. Главными его противниками были монголы-консерваторы, с неодобрением воспринимавшие его очевидную склонность к китайщине, и коренные китайцы, ненавидевшие иноземную власть. Какие бы действия он ни предпринимал, они неизбежно отдаляли от него какую-либо из этих двух групп. Ни одну из них нельзя было полностью ублаготворить, и обе они, раздраженные тем или иным решением Хубилая, могли выставить неправомочность его избрания в качестве повода для восстания. Столкнувшись с этой опасностью, Хубилай не оставлял стремления утвердить свою легитимность. Вероятно, именно желание добиться всеобщего признания со стороны китайских и монгольских подданных стояло за некоторыми его военными походами более позднего времени. Мы подробно рассмотрим историю избрания Хубилая, так как впоследствии ее не раз будут использовать его противники.

В июне 1260 г. Ариг-Бука был провозглашен великим ханом. Теперь великими ханами были формально признаны оба главных претендента — Ариг-Бука и Хубилай, притязания которых поддерживали противоборствующие группировки Чингизидов, хотя преимуществом, по-видимому, владел Аруг-Бука, который пользовался поддержкой трех ветвей правящей династии. На его стороне выступил Берке, ставший ханом Золотой Орды с 1257 г., после недолгих периодов правления сына и внука Бату. К этому решению его отчасти подтолкнули враждебные отношения, установившиеся у Берке с союзником и братом Хубилая Хулагу. Берке перешел в ислам, а мусульмане считали Хулагу своим врагом. И Берке, и Хулагу претендовали на владение территорией современного Азербайджана, и эти территориальные споры, естественно, только подогревали взаимную враждебность. По этим причинам они оказались в разных лагерях и при выборах великого хана. Кроме того, Ариг-Бука заключил союз с улусом Чагатая в Средней Азии, хан которого, Алгу, был одним из тех, кто энергично побуждал Ариг-Буку заявить свои права на престол. К сторонникам претендента присоединились и многие представители дома покойного великого хана Мункэ. Главным приверженцем Хубилая, на помощь которого он действительно мог рассчитывать, был ильхан Персии Хулагу, однако тот оказался в крайне сложном положении.

Получив известие о смерти Мункэ, Хулагу решил вернуться в родные монгольские степи. Он только что одержал одну из самых важных побед в своей жизни, захватив с помощью царя Хетума и его армянских войск город Алеппо (25 января 1260 г.). По данным армянских источников, Хетум, правитель христианского государства, окруженного мусульманскими и про-мусульманскими державами, поставил в монгольское войско, осадившее сирийский город, 40000 пехоты и 12000 конницы. Армянский царь больше опасался мусульман, чем монголов. Несомненно, на решение Хетума оказать помощь монголам повлиял и тот факт, что Хулагу был женат на христианке. Одержав эту победу, Хулагу счел, что достаточно обезопасил свои ближневосточные владения, чтобы отправиться в Монголию на курилтай по случаю выборов великого хана. Он поручил своему заместителю Кит-Буке захватить Дамаск и оставшуюся часть Сирии. Казалось, монгольскому наступлению невозможно противостоять, и Хулагу решил, что его войска под началом Кит-Буки могут обойтись без его личного присутствия.

Однако эти расчеты оказались ошибочными. Мамлюки, правившие в Египте (и сначала бывшие тюрками-рабами, служившими в египетском войске, но в XIII в. захватившие власть), вскоре узнали, что Хулагу ушел на восток, оставив лишь малочисленное прикрытие под командованием Кит-Буки. Бейбарс, один из мамлюкских военачальников, понял, что им предоставляется прекрасная возможность разгромить ослабленное монгольское войско и тем самым развеять ореол непобедимости монголов, одновременно повысив уверенность мусульманского мира в своих силах. Бейбарс и мамлюкский султан Кутуз отправились в поход на север, чтобы сразиться с армией Кит-Буки. 6 сентября 1260 г. противники сошлись в исторической битве при Айн-Джалуте в Галилее. Монгольские войска, насчитывавшие примерно 10000 воинов, потерпели сокрушительное поражение. Мамлюки использовали тактику ложного отступления, часто с успехом применявшуюся самими монголами.

Вступив в бой, через несколько часов мамлюки стали отходить, и монголы в уверенности, что обратили врага в бегство, бросились в погоню и попали в ловушку. Преследуя отступающий мамлюкский отряд, они внезапно заметили, что со всех сторон окружены мамлюками. К концу дня монгольская армия была уничтожена, а Кит-Бука захвачен в плен и обезглавлен. Наступление монголов наконец было остановлено.

Получив известие о поражении при Айн-Джалуте, Хулагу спешно двинулся обратно, чтобы отомстить мусульманам, но оказался втянут в столкновение с Золотой Ордой. Он встретил серьезного противника в лице Берке, правителя захваченной монголами России, который под впечатлением от победы мамлюков над войсками ильхана объявил войну Хулагу.

Между тем, поскольку руки Хулагу были связаны войной с золотоордынцами, Хубилай остался с врагами один на один. Будучи вынужден полагаться только на собственные силы, он прежде всего позаботился о том, чтобы оправдать свои притязания на престол и очернить своего младшего брата, изобразив его неправомочным узурпатором. Несомненно, под влиянием своих китайских советников, он изложил свое видение событий в истинно китайском духе. Через месяц после восшествия на престол он выпустил манифест (на самом деле составленный его советником Ван Э), в котором стремился представить себя в роли наследника древних китайских императоров. Он признавал, что, несмотря на, военную мощь монголов, в искусстве управления они не столь преуспели. Для объединения китайского народа и предотвращения бесчинств, которые несет армия Ариг-Буки, необходим мудрый правитель. Эту функцию принимает на себя Хубилай, отмечая, что он всегда выступал защитником добродетели и справедливости и не раз помогал простому народу. Он обещал снизить налоги и облегчить бремя, лежащее на плечах китайцев. Он подчеркивал, что первейшей его задачей будет накормить голодных, но также упирал на то, что он будет править в соответствии с традициями, установленными его предшественниками, тем самым явно обращаясь к сердцам своих китайских подданных. Манифест завершался призывом ко всем воинам и простым жителям, как в его владениях, так,и за их пределами, действовать в интересах империи. Это обращение практически ничем не отличалось от привычных воззваний китайских императоров.

Он призывал своих китайских подданных помочь ему объединить Китай, но этот призыв был выдержан в совершенно китайском ключе. Через несколько дней после обнародования манифеста он принял китайский девиз правления Чжунтун (срединное правление), подобно типичному китайскому императору. Кроме того, он создал правительственные учреждения, либо напоминавшие, либо повторявшие традиционные китайские институты. Чжуншу шэн (секретариаты) и Сюаньвэй сы (управления по умиротворению), которые в количестве десяти штук были учреждены в его владениях, лишь немногим отличались от структур, существовавших в Китае при династии Сун и ранее. Хубилай ясно давал понять, что он принимает все атрибуты и сам стиль правления китайских императоров.

Хотя Хубилаю удалось завоевать симпатии множества китайцев в Северном Китае, его усилия не увенчались успехом в Южной Сун. В действительности, китайская династия воспользовалась трудным положением, в котором оказался Хубилай не севере, чтобы вернуть под свою власть земли, ранее захваченные монголами. Первый министр империи Сун Цзя Сыдао приказал войскам напасть на малочисленные отряды, оставленные Хубилаем на недавно завоеванных владениях. Они изгнали монголов и вернули эти земли под власть императора. Цзя намеренно завысил важность этой победы, введя в заблуждение императорский двор и укрепив решимость не идти на компромисс с «северными варварами». Как бы то ни было, Хубилай отреагировал достаточно вяло. Его армии были задействованы в войне с Ариг-Букой, и поэтому он не имел возможности снарядить карательный поход против Сун. Напротив, 21 мая 1260 г. он направил к императорскому двору посольство во главе с Хао Цзином, одним из своих советников-конфуцианцев, с которым поехали Хэ Юань и Лю Жэньцзе, чтобы уладить конфликт дипломатическим путем. Ответ Цзя Сыдао был предсказуем, хотя и неблагоразумен: он задержал Хао Цзина и всех остальных послов. Однако это наглядное свидетельство враждебности со стороны Сун могло только пробудить в Хубилае стремление отомстить обидчикам. Так в конечном счете и случилось. Однако в данный момент внимание Хубилая было приковано к войне с Ариг-Букой.

Стратегия Хубилая заключалась в том, чтобы не дать Ариг-Буке воспользоваться ресурсами земледельческих владений. Опираясь на базу в Каракоруме, Ариг-Бука должен был обеспечить поставку продовольствия для своей армии, а Хубилай стремился отрезать его от центров снабжения. Одним из таких центров была страна уйгуров с главным городом Бешбалыком. Монгольский правитель Бешбалыка, сын Угэдэя и двоюродный брат Хубилая Хадан поддерживал Хубилая. К 1262 г. Хадан одержал верх над сторонниками Ариг-Буки. Кроме того, он защищал от вторжений войск Ариг-Буки территорию древнего Тангутского царства в северо-западном Китае. Его отряды захватили Ганьсу, тем самым преградив Ариг-Буке доступ к ресурсам этой области.

Армия самого Хубилая стала лагерем в Яне (близ современного Пекина, позднее сюда Хубилай перенес свою столицу в Северном Китае), третьем возможном центре снабжения каракорумских монголов. Ариг-Бука сохранил под своей властью лишь одну область — долину Енисея к северо-западу от Каракорума. Исследования советских ученых показывают, что в верховьях Енисея земледельцы выращивали пшеницу, просо и ячмень, а ремесленники производили для монголов бытовые изделия, оружие и сельскохозяйственные орудия. Именно эта область поставляла Ариг-Буке необходимые припасы.