Зона особого влияния
Шрифт:
— Еще чего не хватало?! — возмутился Петька. — Может, скажешь, что она ест людей?!
— И оборотней тоже, — пробурчал Горыныч. — Давайте с-с-пать!
— А она красивая? — не унимался Петька.
— Для кого как. Ты что, с-с-казок про бабу Ягу не с-с-лыш-шал? С-с-пи, а то я с-с-ам тебя с-с-ъем, хоть и противно! — Горыныч перевернулся на другой бок, отчего вздрогнула земля и захрапел, сотрясая ветки ближайших деревьев.
Утро "порадовало" нас легким заморозком. Осень тактично вступала в свои права.
Горыныч долго разминал крылья, поеживаясь от неприятных ощущений.
— Если так долго будет продолжатьс-с-я, — заявил он, — то я впаду в с-с-пячку! Ненавижу холод!
— Как Ненилушку искать будем? — осведомился деловой Игорь.
— Полетим, — коротко ответил Горыныч. — Я должен почувс-с-твовать ее прис-с-утствие.
Сборы были недолгими. Большинство запасов мы слопали вечером, поэтому рюкзаки заметно полегчали.
Мы натянули куртки, мысленно сочувствуя Горынычу, который мог согреться только у костра или в полете, и взгромоздились на жесткую спину дракона.
Горыныч неуклюже разбежался, испоганив всю поляну, и воспарил, брыкаясь в воздухе, как моль под аплодисменты.
Мы мужественно перенесли тряску, потирая ушибленные части тела и не произнося ни одного слова упрека.
К полудню, наш дракон притомился. Сделав круг над лесом, он запросился на посадку.
Почти коснувшись земли, он вздрогнул, отчего нас основательно тряхнуло, а затем взмыл вверх.
— Я ее наш-ш-ел! — сообщил Горыныч, пока мы принимали более удобные позы на жесткой спине.
— Где? — прокричал Игорь, пытаясь справиться с потоком воздуха, возникшим при попытке дракона притормозить.
— Здес-с-ь! — дракон заломил крутой вираж и, выровняв полет, опустился посреди густого леса, ломая ветки и тараня стволы.
Когда мы, еле дыша, сползли с драконьей спины, то оглянувшись, могли лицезреть широкую просеку, проделанную стараниями Горыныча.
— Говори! — потребовала темпераментная Лариска. — Где Ненилушка?!
— Где-то здес-с-ь, — дракон медленно повел головой, тщательно принюхиваясь.
— Ты что, — возмутилась я, — не можешь определить, где она?!
— Могу! — заявил Горыныч, — только не с-с-разу, — неуверенно добавил он. — Она мерцает!
— Что значит "мерцает"? — возмутился Петька. — Она же не лампочка!
— Это значит, что ее местонахождение постоянно меняется, — пояснил Игорь. — У тебя с ней есть телепатическая связь? — спросил он у Горыныча.
— Нет. Это другое. Просто я ее чувс-с-твую. Она нас-с заметила, но не хочет вс-с-тречатьс-с-я.
— Это еще почему?! — влез Петька. — Рылом не вышли?
— Ты дурак, волчонок! — обиделся за Ненилушку Горыныч. — Она не знает, что вы хотите, поэтому предпочитает уйти. Нужно проявить нас-с-тойчивос-с-ть!
Избушка возникла неожиданно. Призрачные "ноги" топтались на месте, порываясь бежать. Дверей не было, только бревенчатая стена. Я сразу вспомнила сказку и машинально произнесла:
— Избушка-избушка, стань к лесу задом ко мне передом!
Волшебный домик вздохнул, заскрежетал, словно несмазанными шарнирами, и повернулся.
В проеме открытых дверей возник силуэт старухи — крючковатый нос жадно принюхивался, маленькие злобные глазки сверлили нас, как буравчики, косматые лохмы наползали на глаза, мешая хозяйке видеть, тонкие бесцветные губы скривила неприветливая улыбка. Лохмотья, в которые было обличено тщедушное горбатое туловище, вызывали омерзение, граничащее с жалостью.
— Какая красивая! — вдруг вырвалось у Игоря.
Я посмотрела на него, как на сумасшедшего.
Игорь, словно зачарованный смотрел на старуху. По его лицу разлилось блаженно отрешенное выражение.
— Посмотрите! — прошептал он, не отрывая восхищенного взгляда от старухи, — вы видели такую красоту?
— С-стоять! — Горыныч перехватил мою руку, готовую стукнуть Злотникова по башке.
— Он что, дебил? — с надеждой спросила я.
— Он рехнулся! — уверенно подвела итог Лариска.
— Он прос-с-то видит ее ис-с-тинное лицо, — пояснил Горыныч. — Это не каждому дано. Она — Яс-с-я Звездная!
— И что? — влез Петька. — Пусть у нее хоть пять звездочек, это ничего не меняет! Она страшная, как атомная война!
— Если ты не уймеш-ш-ься, — Горыныч многозначительно взглянул на оборотня, — то навсегда ос-с-танеш-ш-ься в Зоне, причем в виде обглоданного трупа! Я тебе обещ-щ-аю! — он поморщился. — С-с-ам лично займусь, хоть это против моих принципов!
— Здравствуй, Яга Виевна! — преодолев страх и омерзение произнесла я, подойдя ближе.
— Здравствуй, коль не шутишь, — проскрипела старуха. — Чего надо?
— Ненилуш-ш-ка, — голос дракона слегка дрожал, — ты это, того…
— Да ты никак за них поручиться решил? — старая карга усмехнулась, отчего наружу вылезли кривые зубы.
— А что? Хорош-ш-ие ребята, — Горыныч взял себя в руки. — Тебя ис-с-кали долго.
— А чего меня искать? Кто хочет — тот найдет! Я не прячусь. — Старуха повернулась в профиль и, на какую-то долю секунды, мелькнуло красивое лицо молодой женщины.
Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от наваждения.
— Входите, коль пришли, — пригласила Яга и скрылась в избушке.
Мы с опаской вошли за ней, оставив Горыныча снаружи.
Перешагнув порог, мы оказались на берегу небольшого озера, образованного водопадом, стекающим с живописной скалы.
Вокруг был лес, но другой — очень добрый и светлый. Среди берез, только что выпустивших еще липкие листочки, мелькали силуэты дриад, над цветами порхали маленькие сильфы, во всю пели птицы и была весна.
По каменистой тропе Яга дошла до водопада и набрав воды в старческие ладони, умылась.
Черты ее лица изменились — морщины исчезли, глаза засияли молодостью, в улыбке мелькнули ровные белоснежные зубы. Перед нами стояла темноволосая красавица с гордым лицом. Она действительно была красива, так красива, что заломило зубы от восхищения. На нее хотелось смотреть и смотреть бесконечно.
— Ну что, так и будем смотреть? — лукаво блеснули васильковые глаза. — Рассказывайте, зачем искали?