ЖАНРЫ

Зверь Лютый. Книга 19. Расстрижонка
Шрифт:

На столе... не густо. Вижу студень с чесночной заправкой, две миски с квашеной капустой, кислые щи, миска каши гречневой и миска - пшёнки, рыба печёная на блюде. У детей - молоко в кружках, у взрослых - квас. Спиртного... и не видать, и не слыхать. И на столе, и на запах.

Запах... есть. У окон и дверей стоят половцы. Охрана княжеская? От них пахнет... факеншит! Чем может пахнуть от степняка?!
– Конём, конечно. А совсем не степью, как вы подумали.

Кроме сидящих за столом, ещё куча народа стоит. Стольники у каждого едока за спиной. Пара чашников - квас наливать, пара старших слуг - стольник с кравчим - со стороны надзирают и обозревают. У стенки пара... ярыжек жмутся, ещё трое в монашеских одеяниях - служки. Ну и мы тоже... место занимаем.

Ну что, Ванюша, огляделся? Теперь давай песни играть да мозги завивать.

***

– - Здоровья тебе, княже, и долгих лет. И всей честной госпОде.

Поклон сдержанный, кивок головой глубокий, спина прямая, но плечами поклон обозначил, шапка снята, рука к сердцу. Поклон не сильно младшего, но - старшему. Уважение с почтением без подчинения. Почти равный, но без претензий. Низкопоклонство - чисто ну очень тонким намёком.

Я бы ещё, для выражения приязни, кудрями тряхнул, да нечем.

О-хо-хо.... Эти средневековые этикеты... Я в них - как свинья в апельсинах. Против Андрея, который все эти... манёвры повидал и в греческом варианте, и в половецком, и в святорусском, и в... Одна надежда, что он мои промахи простит, сделает вид, что не заметил. А не сделает вид - так я пошлю. Я дело делать пришёл, а не коленца выкаблучивать.

– - И тебе здоровья. Воевода Всеволжский. По добру ли дошли?

Снова куча оттенков, которых я не понимаю, куда смотреть, что думать - неизвестно.

Да, факеншит же! Мне по пытошным застенкам гулять - привычнее, чем на государевом приёме речь держать!

Застолье пребывает в полной нейтралке. Зацепление мозговых шестерёнок... Наверняка - полным ходом. Но без внешних признаков. Никто не рискует не только высказать своё мнение - хоть бы обозначить отношение к происходящему.

Хозяин к гостю как? Дружественно или враждебно? Гостю улыбаться надо или скалиться?

Приём идёт в малой трапезной. Значит: Ванька - не государь, даже не посол серьёзной державы типа княжества Рязанского. Приём идёт утром, что есть указание на низкий, мелкий статус встречи - серьёзные люди приходят к обеду. Нету кучи атрибутов, слуг, вещей, словесных оборотов, свидетельствующих о важности гостя.

Но за столом - все мужчины княжеской семьи. Что уже само по себе... Но нет женщин и детей - не по-родственному. За столом епископ и важные воеводы. Но далеко не все. Окольников, к примеру - ни одного.

Всем известно уже и про вчерашний наш с Андреем визит к Манохе, и на пристань с невиданной лодочкой, и про мои разборки у Лазаря на дворе. Да за одно последнее - за убийство людей вольных!
– любой должен уже в кандалах перед судом стоять! А я стою вольно и в трапезной.

За стол не зовут. Но и собак не спускают.

У меня такое чувство, что я здесь для Андрея так, повод для чего-то. Что он играет какую-то свою, ко мне мало относящуюся игру. Игры. Несколько сразу. И понять это я смогу, если смогу, только частично и сильно потом.

Ну и фиг с ним. Наше дело - откатать обязаловку, и хай воно горит.

– - Благодарствую, Андрей Юрьевич, дошли - добре. Дозволь подарить тебе наши подарки скромные.

Прокол! Блин! Ответ на вопрос о дороге должен содержать отсылку к божественному. Типа: с божьей помощь, вашими молитвами, Царицы Небесной попущением... Проспал.

А вот имя-отчество без титула... тут "проверка на прогиб". Он-то ко мне - чисто официально, без имени, "товарищ лейтенант".

Вообще, вот прямо сейчас идёт позиционирование статусов. Официальных. Человеческие между мной и Андреем - уже есть и дальше ровняться будут отдельно. А вот показуха... Причём не только - между нами на людях, но и отношение его людей ко мне. И, соответственно, к моим людям.

"Жалует царь, да не жалует псарь" - русская народная мудрость.

Мне это "не жалует" обеспечено изначально. Просто фактом существования. Но важно, чтобы здешние "псари" своё "не жалует" выражали только шёпотом жене под одеялом.

В голове крутятся всякие... расчёты с предположениями, а язык лепит текст как задумано:

– - Как ты знаешь, сам видал, мы люди бедные, новосельные, прибыткам большим взяться неоткуда. Ты уж извини-прости нищету нашу. Подарков дорогих - не сыскать, не выкупить. Зато - от чистого сердца. От него, от самого - вот тебе три блюда больших золотых деревянных.

Поныл, поскулил, "сиротой казанской" прикинулся. И, естественно, последнее слово несколько проглотил. Пока из рук Лазаря вырывал стопку наших блюдов, завёрнутых в платки.

Его ж просто клинит в собрании! Может, ему спиртяшки перед высочайшим присутствием прописывать? Был у меня знакомый из комсомольских лидеров. Ему врач перед каждым выступлением по 30 граммов медицинского выдавал. Речь по теме: "любовь, комсомол и весна" - только под дозой.

Как же я ухитрился себе такого... "деревянного посла" подобрать? А что, у меня выбор был?! Боярин - одна штука. Из того и выбирал. Зато - честный. "Зато" - за что?
– А за всё! Средневековое сословное общество.

Общество, не всё средневековое, а чисто застольное - лязгнуло челюстями. Возвращая выпавшее - в исходное. Слова: "три блюда больших золотых" - распахивает рты туземцам не хуже, чем динамитная шашка - дверцы простенького сейфа.

Вы что, думаете - я тут понты кидаю?
– Отнюдь. В подарках князю не должно быть никаких традиционных товаров. И - ничего в товарных объёмах. В словах - никаких "блюдом кланяемся", "прими подношение". Чтобы ни у кого не возникло сомнений в том, что здесь - именно подарки, выражение личного уважения. Дарение. А не, не дай бог, дань. Или иная форма подчинённости Всеволжска Суздалю.

Это в 21 веке этикетки клепают: это - налог, это - благотворительность, это - кредит на развитие и реформирование, трансферт из федерального центра... В Средневековье просто: раз даёт - значит обязан. Гунны думали, что греки им дань платят, а греки рассуждали о доброте и благосклонности басилевса, выразившейся в помощи диким степнякам в трудном деле приобщения к высотам греко-римской возвышенной многовековой культуры.

Что такое "золотое блюдо" на "Святой Руси" - я уже рассказывал. Типа... порше в Мухозасиженске. На него можно только смотреть, плакать от увиденной красоты и предполагать, что где-то там, далеко по ту сторону телеэкрана, есть места, где живут люди, которые используют это... эту хрень. По её хреновому назначению.

Поделиться с друзьями: