Чтение онлайн

– Мы знали, что так будет, – отрешенно проговорила Леда, глядя на Туррага, который продолжал самозабвенно говорить. – Он слушает только себя, и ему так нравится то, что он слышит.

Корт усмехнулся. Он снова перевел взгляд с Канга на Юту.

– Знаешь, я не верю ей.

Леда даже немного отстранилась, чтобы вопросительно посмотреть на мужа. Она действительно была озадачена.

– Тогда зачем же ты говорил за нее и помогал все это время?

Корт пожал плечами.

– Я не думаю, что она лжет нам. Но мне кажется, и всей правды не говорит. Ее реакция, когда она поняла, что ее шаттл разбился…

– Мне ее реакция кажется совершенно нормальной. Она чуть не погибла, узнала о том, что в пустыне живут люди, и потеряла возможность вернуться домой. И все в один день.

Корт покачал головой, продолжая смотреть на Юту. Она казалась такой уязвимой, как раненая птица, которой не выжить без посторонней помощи. И даже если она выживет, то уже никогда не сможет летать.

Но было в ней что-то еще, почти неуловимое: отчаянное упрямство, жажда выжить, но не потому, что она хочет жить. А для того, чтобы сделать что-то, достичь какой-то цели. Корт видел это каждый день в ее глазах. Такая, как она, может пережить все это только для того, чтобы исполнить задуманное, нечто, что не дает ей покоя. Эта жажда порочна, она не может привести ни к чему, кроме боли и саморазрушения. Корт хорошо понимал это состояние, потому что когда-то чувствовал то же.

– Нет, – наконец ответил он, когда Леда уже не надеялась услышать объяснение и снова отвлеклась на речь Туррага. – Она сильная и не стала бы так убиваться из-за того, что чуть не погибла или же лишилась дома. Она бы не позволила себе плакать при нас, если бы могла сдержаться. Слишком уж сильно она была разбита. Ведь в конце концов она осталась жива. Разве не надо порадоваться этому?

– А ты радовался? – легко парировала Леда.

Корт едва заметно улыбнулся. Не тому, что она сказала, а тому – как. Она всегда с такой легкостью спорила с ним. Пожалуй, Леда была единственным человеком, который всегда мог найти, что ему ответить. Последнее слово всегда оставалось за ней, но не из-за упрямства или жажды самоутвердиться, а потому что она была мудра.

– Со мной было иначе, – ответил Корт.

– Но ведь и она – не ты. Уверена, нам не о чем волноваться.

– Может, ты и права, – устало проговорил он. Утегатол подошел к концу, и люди начали расходиться. – Но меня не покидает чувство, что ее появление тут – это знак чего-то надвигающегося. И он не сулит нам ничего хорошего. Взор Канга замутнен, он больше не слышит голоса богов, не в состоянии увидеть приближение чего-то темного и зловещего. А значит, не в состоянии защитить народ.

– Главное, чтобы был кто-то, еще способный видеть правду. Мы со всем разберемся, но сейчас дай ей время придти в себя. Жизнь среди атлургов может оказаться настоящим испытанием, кому как не тебе знать об этом.

Корт тряхнул головой, стараясь избавиться от наваждения. Он взял Леду за руку и легко коснулся губами ее губ.

– Ты как всегда права. Пойдем домой, хватит с нас на сегодня забот. А завтра сутра начнем с того, что поможем ей перебраться в новый дом.

***

Гвирн подошел ко входу в Зал Свитков. Через всегда открытый проход, не завешанный пологом, - атлурги в любое время дня и ночи могут придти сюда, чтобы приобщиться мудрости богов, - он видел бесчисленные стеллажи, заваленные манускриптами. Гурнаса нигде не было видно, и Гвирн проскользнул внутрь.

Утегатол закончился пол часа назад. Гвирн собирался навестить одного из своих ближайших сподвижников и верного друга – Арсуга и прошел уже пол пути до его дома. Как вдруг его осенило неожиданное прозрение. Гвирн был уверен, что это боги послали ему знак, и без промедления бросился в Зал Свитков.

Улицы Утегата были заполнены людьми. Атлурги толкались и горячо обсуждали появление в городе нового изгоя. Но Гвирн знал, что здесь он будет один, никто не помешает ему войти и выйти из Зала Свитков незамеченным. Здесь хранится вся мудрость атлургов, накопленная веками: все их законы и установления, все легенды и предания, но главное – здесь, заключенные в бумажные свитки, хранятся голоса богов, некогда обратившихся к избранным из народа.

По большей части атлурги редко обращаются к этой сокровищнице знаний и мудрости. Они захвачены водоворотом повседневной жизни, в которой нет места для истинного познания и поисков мудрости. Они приходят сюда лишь для того, чтобы гурнас – «говорящий с богами» - посоветовал, какое имя дать ребенку, чтобы он вырос здоровым и удачливым, или же прочел по небесным знакам, уродится ли в этом сезоне урожай ропса.

Но семья Гвирна была иной. Отец растил его в атмосфере глубокого почитания богов, далеко выходящего за рамки праздничных жертвоприношений. Зал Свитков с детства был ему вторым домом, в котором Гвирн проводил долгие часы, в то время как другие дети играли в «Охоту» и без спроса бегали в пустыню, соревнуясь, кто проведет там больше времени или уйдет дальше от поселения.

Отец учил Гвирна не только почитанию богов, но и тому, как узнавать их волю и угодить их желаниям. Вот почему Гвирн в точности знал, куда направляется, когда поворот за поворотом преодолевал длинные пустынные проходы Зала Свитков.

Он направлялся в одну из самых удаленных и редко посещаемых частей, в которой хранятся древние пророчества. В древности их было бессчетное множество, но теперь эти свитки просто пылятся, никому не нужные. Никто десятилетиями, а может и столетиями не заглядывал в них.

Гвирн миновал стеллаж с пророчествами богов-близнецов Урса и Асри. Это должно быть где-то здесь. Он знал, где искать, лишь потому, что когда-то давно уже читал это пророчество, и теперь оно всплыло в его памяти, разворошенной словами Туррага.

Пальцы Гвирна перебирали свитки, и мелкая, серебристая пыль взвивалась над стеллажами, покрывая его волосы и плечи. Должно быть, он провел там немало времени, пока не нашел то, что искал. Гвирн быстро пробежал глазами по бумаге и воскликнул, забыв про осторожность:

– Ну конечно! Раньше я не мог постичь смысла этих строк, но теперь я понимаю. Здесь же говорится о ней, о девушке, которую Корт забрал у песков!

Гвирн бесшумно рассмеялся, еще раз перечитывая свиток. Вот то, что он искал все эти годы. То, что позволит ему и его семье возвыситься, вновь заняв то положение, которое они когда-то занимали. Но никто не должен знать об этом свитке. Никто и никогда не должен его найти.

Поразмыслив о том, где лучше спрятать манускрипт, Гвирн пришел к выводу, что нет более безопасного места, чем самая редко посещаемая часть помещения, которого сторонится большая часть атлургов.

Он засунул свиток поглубже в груду таких же, покрытых пылью и никому не нужных пророчеств. Он был уверен, что здесь никто его не найдет, и его тайна останется сокрыта ото всех, кроме разве что богов. Но разве не они привели его сюда? Гвирн знал, что это так, - боги дают ему шанс, и он собирался им воспользоваться.

* Тар – мера длины у атлургов, равная дневному переходу по пустыне.

Ночь выдалась на удивление жаркая. Юта лежала без сна в новом «доме», который ей выделил Утегатол, и смотрела в потолок. Сегодня весь день, как и вчера и позавчера она работала в поле, где выращивают ропс – основную растительную пищу атлургов. Леда учила ее рыхлить и увлажнять землю у стволов растений, обрабатывать их, находить и удалять больные и собирать зрелые.