Чтение онлайн

А другой туда человек-человеком отправился, а обратно горьким пропойцей. До сих пор от алкоголизма излечиться не может. А некоторые и вовсе не возвращаются. Отправили - и каюк!

– А как же фирма потом выкручивается?

– Да уж как придется. Если у покойного родственники настырные, - случается, компенсацию платят. А нет, - некролог в газете и все. Только обычно никто за пропавшими не приходит... Да, сэр. Абсолютно безопасно, сэр. Можете не сомневаться. Мы - фирма солидная.

Верзила выпрямился и одновременно сгреб со стойки сигары. В боковую дверь вошел невысокий щеголевагый мужчина в твидовой паре, при галстуке бабочкой. Посеребренные сединой волосы были подстрижены с вистов и старательно зачесаны к темени, где явно намечалась лысина. Ухоженные усики вздернулись, словно у кота, почуявшего мышь.

– О'Нейл!

– К вашим услугам, сэр! Обслуживаю клиента, сэр, Интересуются условиями.

– Прошу вас, - мужчина распахнул дверь и сделал приглашающий жест. Симмонс пересек вестибюль и поздоровался.

– Симмонс.

Мужчина продолжал придерживать дверную ручку. На указательном пальце поблескивал перстень с изображением трилистника.

– Очень приятно. Смит, технический директор фирмы.

Смит галантно наклонил голову, пропуская гостя, вошел сам и плотно притворил дверь.

Спустя некоторое время Симмонс в сопровождении Смита вышел из кабинета, попрощался за руку с техническим директором, еще более галантным и предупредительным, чем в начале их знакомства, по-свойски подмигнул О'Нейлу, который вскочил с такой поспешностью, что опрокинул табурет, и, насвистывая, зашагал по улице.

Рубикон остался позади. За время пребывания под гостеприимным кровом "Браун, Чичестер, Каневски и К°" Симмонс:

1) бегло осмотрел аппаратуру и убедился в том, что телепортация в прошлое - не блеф;

2) в качестве пробного путешествия побывал в Париже 25 апреля 1977 года и даже купил у цветочницы на Монмартре букетик фиалок, без сожаления расставшись с золотым обручальным кольцом, которое продолжал носить по привычке и которое было ему ни к чему, а франками он, естественно, не располагал. Ошарашенная его щедростью, парижанка пыталась на радостях всучить сумасшедшему иностранцу всю корзину, но он благоразумно отказался;

3) приобрел билет на имя м-ра Стоунхила с супругой, дающий им право "совершить путешествие в любую по их усмотрению эпоху прошлого и вернуться обратно по их собственному желанию". Ознакомился с краткой инструкцией, состоящей из граф "можно", "нельзя", "категорически воспрещается", и расписался за обоих.

Техника возвращения в свою эпоху оказалась предельно простой: стоило лишь нажать кнопку на специальном поясе, которым фирма снабжала клиента, и он мгновенно телепортировался в кабину, откуда начиналось его путешествие во времени. Бедолага, возвратившийся из путешествия в костюме Адама, вероятно, не успел опомниться, как похотливые амазонки сорвали с него одежду вместе с поясом. Ну, а каким образом он потом умудрился заполучить пояс обратно, по-видимому, так навсегда и останется его личной тайной.

Только изрядно намокнув, Симмонс пришел в себя и с удивлением обнаружил, что над городом вовсю грохочет гроза. Надо было где-то переждать ливень. Он огляделся по сторонам и, увидев на противоположной стороне залитую потоками дождя витрину цветочного магазина, торопливо перебежал улицу. В крохотном, освещенном люминесцентными лампами магазинчике стоял тепличный запах сырой земли, настоянный на ароматах цветов и листвы. Выбор был невелик: орхидеи, несколько разновидностей цветущего кактуса и еще какие-то причудливые цветы, названий которых Симмонс не знал. В углу возле кассы-автомата старик в белоснежном переднике беседовал о чем-то с древней старушкой, словно сошедшей со страниц диккенсовских романов. Кроме них в магазине никого не было. Симмонс снял шляпу и поздоровался. Старик приветливо улыбнулся в ответ, а старая леди удостоила снисходительным наклоном головы в духе времен королевы Виктории и вернулась к прерванному разговору.

– Вы можете мне сказать, куда катится этот мир, Джим?

– Не могу, мисс Аткинсон.

– Вы когда-нибудь видели, чтобы в ноябре были грозы?

– Нет, мисс Аткинсон. Разумеется, нет.

Делая вид, что любуется орхидеями, Симмонс наблюдал за их разговором.

– А не кажется ли вам, Джим, что все эти новомодные штучки до добра не доведут?

Старик горестно вздохнул и развел руками:

– Да уж куда хуже, мисс Аткинсон.

В голосе мисс Аткинсон проклюнулись теплые нотки.

– Вы всегда были пай-мальчиком, Джим. Я-то вас вот такусеньким помню. В вас уже тогда чувствовалась хватка настоящего бизнесмена. Кстати, как ваша торговля, Джим?

Это она могла бы и не спрашивать: унылый вид магазинчика говорил сам за себя.

– Так себе, мисс Аткинсон.
– Старик пожал плечами.
– Теперь мало кто интересуется цветами. Не то что в прежние времена.

– О, да!
– сморщенное, точно у мумии, личико мисс Аткинсон приняло мечтательное выражение.
– Наше поколение умело ценить маленькие радости. Помню, в день моего рождения Гектор преподнес мне... Как вы думаете, Джим, что преподнес мне Гектор?

– Откуда же мне знать, мисс?
– взмолился старик.
– Кольцо с сапфиром?

– Нет, Джим.

– Бриллиантовые серьги?

– Нет.

– Колье, усыпанное алмазами?

– Да нет же! Он подарил мне крохотный букетик фиалок.

Старушенция возвела очи горе и застыла в благоговейном молчании. "Не знаю, где теперь ее Гектор, - подумал Симмонс, - но даже если и в лучшем из миров, бьюсь об заклад, - у него мурашки по спине забегали. А цветочник - молодец, сразу видно старую добрую гвардию".

Старик и в самом деле выглядел молодцом - розовощекий, в меру упитанный, с белым венчиком волос вокруг роскошной лысины. Ни дать ни взять, - Санта-Клаус, только без усов и бороды.

– Вы можете сказать, когда в последний раз видели фиалки, Джим?
– продолжала неукротимая мисс Аткинсон.

– Сто лет назад, - грубовато ответил Санта-Клаус.
– Их уже давно не существует, мисс. Их вытравили, мисс Аткинсон, как вредную сорную траву.

"А ведь я его, кажется, сглазил, - ухмыльнулся Симмонс. Сдают нервишки. Впрочем, такая кого угодно доконает. Кремень-женщина".

– Что вы такое говорите, Джим!
– ужаснулась мисс Аткинсон.
– Пусть фиалок уже действительно не существует...
– Она всхлипнула и поднесла к глазам крохотный носовой платочек. Пусть их безжалостно истребили!..
– Казалось, она вот-вот разрыдается по-настоящему.
– Но вы, Джим, вы не смеете так говорить! Вы так тонко чувствуете красоту... Вы...

Не договорив, она уронила лицо в ладони. Старик мигом слетал куда-то в подсобное помещение и вернулся со стаканом воды.

– Бога ради, простите меня, мисс Аткинсон. Кто же мог подумать, что это вас так взволнует? Выпейте воды, мисс Аткинсон.