Чтение онлайн

Лэс, менеджер ее родителей, настаивал, что она полностью испортила свою жизнь, что ее призвание прямо перед ее носом. Не один раз он требовал, чтобы она перестала «страдать херней» и присоединилась к нему в качестве его партнера. Он был уверен, что она создана для мира музыки - устраивая туры, пока она является представителем групп.

Годами они отказывалась от этого, считая, что она не сможет провести свою жизнь в постоянных разъездах, хотя это был ее первоначальный план после окончания колледжа. В какой-то момент из-за влияния Пола или ее слабости она начала верить, что хочет остаться в Балтиморе навсегда. Сейчас же она почувствовала, что значит жизнь не на колесах. И в то время как оба этих стиля жизни имели свои плюсы и минусы, ей все труднее и труднее стало понимать, что бы она предпочла.

Вместо того чтобы принять предложение Лэса, она успокоила его тем, что согласилась помочь ему с его последним предприятием – «Звезды февраля». Лэсу пришла в голову идея о конкурсе талантов год назад. Она была крайне проста: восемь исполнителей будут соревноваться за шанс отправиться в тур в качестве разогрева группы «Юниверс». Бывшая группа ее отца решили провести совместный тур, начиная с города Нэшнл-Харбор в апреле. Все билеты на каждое шоу в каждом городе были распроданы за несколько месяцев до начала турне. Недавно Айлис прочитала статью, где говорилось, что билеты были перепроданы за шесть тысяч долларов за билет на «StubHub» (прим.: американская компания по обмену и перепродаже билетов).

Лэс составил список из восьми исполнителей, за которыми он наблюдал, певцов с большим потенциалом, и бросил им приманку. Все восьмеро сразу же согласились участвовать в конкурсе. А кто бы отказался? Турне с группой «Юниверс» - чертовски отличный шанс, чтобы мгновенно прославиться.

Лэс выбрал Балтимор в качестве площадки для конкурса, потому что думал, что Скай и Тиган будут в это время дома. А потом они получили приглашение выступить перед Королевой Великобритании, и Лэс решил устроить небольшой тур по Европе на пару месяцев.

Так как Лэс в основном был в дороге, Айлис стала его представителем в Балтиморе. Она организовала место проведение конкурса и позаботилась о всевозможных разрешениях, которые могли для этого потребоваться. И хотя она никому не признавалась, эта работа наполнила ее энергией, смыслом, чего она еще не испытывала.

– Тебе стало легче?
– спросил Хантер.

Она пожала плечами и стала искать ответ, который бы его успокоил.

– Да. Думаю, что есть вещи похуже, чем встретить Новый год с такой задницей, как ты.

– О, Боже. Вот тут ты переступила черту, Адамс.

Хантер поднялся с кровати и стал угрожающе надвигаться на нее. Она попыталась угадать его действия, чтобы спланировать свой побег. Кинула свой взгляд на дверь. Мужчина закрыл ее, что очень замедлит девушку...

Когда он сделал пару шагов, она обогнула его и метнулась к кровати Кейтлин, схватив с нее подушку. Хантер погнался за ней, но теперь у нее было оружие. Она метнула в его голову подушку, он же постарался ее отбросить.

Она воспользовалась этим моментом и направилась к двери, но он поймал ее, прижав к ней. И вот прошла секунда, а ее щека прижималась к прохладной древесине, вторая - он повернул ее к себе, держа одной своей рукой ее руки высоко над головой.

– Скажи, что я горяч, - сказал он.

Она фыркнула.

– Ну, да, конечно. 

 Он воспользовался своей свободной рукой и стал ее щекотать. Она пыталась освободиться из его захвата, и даже в отчаянии подняла колено. Она ненавидела щекотку, а он остался открытым.

Он вовремя успел увернуться, защитив свое мужское достоинство.

– Плохая девочка.

– Ха. Если бы.

Ее шутка не удалась. Для нее и, похоже, для Хантера, потому, что он отпустил ее руки.

– И что это значит?

– Ничего, - возразила она, не желая признать, куда свернули ее мысли.

– Ты хочешь быть плохой девочкой?

– Конечно, нет, - произнесла она, что было на восемьдесят процентов ложью.
– Не совсем.

Он улыбнулся.

– Не совсем?

– Чтоб ты знал, это твоя вина. Ты постоянно говоришь о своей извращенной сексуальной жизни и учишь меня всяким слэнговым словечкам. Кстати, спасибо большое за «фэльчинг» (прим.: сексуальная практика, подразумевающая оральное высасывание спермы из ануса либо влагалища). Бе-е! Все, что вылетает из твоего рта касается секса и всяких пошлостей.

– Я постоянно тебе говорю, что всякие пошлости - это забавно.

– Вот видишь, о чем я говорю. Словно ты подсадил мне в голову коварного червячка, и теперь все, о чем я могу думать...
– она не решилась закончить свою фразу.

– Извращенный секс?

Она вздохнула.

– Я была такой хорошей девочкой. А потом появился ты.

– А теперь ты хочешь быть плохой?

Она пожала плечами.

– Думаю, я просто хочу быть интересной.

– Черт. Ты ведь не понимаешь?

– Не понимаю что?

– Ты самый интересный человек, которого я когда-либо встречал.

Она фыркнула, что было неправильной реакцией, потому что Хантер, который никогда не расставался с улыбкой, нахмурился.

– Хорошо. Теперь я знаю, в чем твоя проблема, - он отошел от нее и сел на кровать, похлопав по матрасу, приглашая ее присесть рядом.
– Иди сюда.

Она скрестила руки на груди и осталась стоять.

– Иди сюда, мышка. Я просто хочу поговорить.

К несчастью, она знала, что он не врал. Прошел целый год, и Хантер ни разу не перешел границы их дружбы, кроме единственного раза, того сумасшедшего вечера в клубе. Она опять стала его другом. И хотя разумом она понимала, что таковой ей и стоит оставаться, были моменты, как сейчас, когда ее гормоны требовали иного.

Она упала рядом с ним на кровать.

– Что?

– Ты мастурбируешь?

– Что?
– воскликнула она, вскакивая с кровати.
– Какого черта, Хантер?

– Нет, правда ведь?

Она обернулась к нему.

– Я делю комнату с моей кузиной. И квартира полна другими членами моей семьи. Так что у меня не так уж много возможностей, чтобы...

– Мастурбировать.

– Пожалуйста, перестань произносить это слово.

Хантер подарил ей пошловатую ухмылку.

– Ты предпочитаешь какое-то другое определение? Приласкать киску? Потеребить фасолинку? Смазать кексик? Полировать жемчужинку?

Айлис прикусила губу, с трудом сдерживая смех. С ним невозможно было ссориться, каждый раз все заканчивалось тем, что она смеялась над какой-то его неотесанной грубой шутке. Сегодня ей хотелось просто злиться, что с каждой минутой становилось все труднее.

– Ты закончил? Потому, что я считаю, что нам стоит пойти и посмотреть новогоднее шоу.

Он покачал головой.

– Нет. Мы остаемся здесь. И кое-чем займемся.

Она нахмурилась.

– Чем например?

Хантер встал с кровати и взял ее за руку.