Детская проза

О женщины! Мама-то всё понимает, но тётя Гарриет… Впрочем, чего ожидать от женщины, которая училась в каком-то восточном колледже? Не чета её сестре, которая делила все тяготы жизни с лесорубом из Пюмджет-Саунда! Тётя Гарриет считала, что Клинт должен поехать в Сиэтл. Разве можно кончать среднюю школу…

Потім можна буде подорожувати. Це тепер не проблема: купив путівку в турбюро — і вперед! Ми якось були з Юлею в Єгипті… Зустрічають тебе в аеропорту, везуть «під білі руки» в готель, що біля моря, сповіщають, що сніданок о такій годині, обід — о такій, а екскурсії — будь-куди. Хочеш — цілий день валяйся…

Бывало подойдёт к бойцу, снимет зубами шапку и ждёт, когда угощение за это получит. Тут, конечно, смех, веселье, кто ей сахару даст, кто хлеба. Так и привыкла. Скажет ей Антонов: «Шапку сними, шапку!» — она только гривой махнёт и галопом к бойцам скачет. Подбежит, снимет с кого-нибудь ушанку и к хозяину…

Но листья, мокро-темные в тени, не шелохнутся. Тихо стоят деревья в Танькином саду. Сад для них с бабкой спасение. Танькин отец погиб в начале войны. Но пенсии им, конечно, не хватает. У нас в семье тоже похоронка — на дядю Ваню. А отца врачи признали негодным: мальчишкой он упал с чинары и повредил…

А в книге «Мои друзья» все равные! Хотя далеко не каждому из «больших», но «младших» удается не просто это чувствовать, но этим жить – жить так, как живут друзья Леонида Сергеева. Нужно ли детям знать об образно-интуитивном мышлении? Конечно же не нужно. Но русскому писателю помнить об этом необходимо…

Раньше мама такой не была. Она прекрасно готовила и с вечера выбирала в кулинарной книге, что приготовит завтра. Рассчитывала протеины, витамины, белки и углеводы, нужные мне и Лео, чтобы хорошо расти. В то время – прошел всего год, но кажется, будто век, – она всегда следила, чтобы в доме был порядок.…

Разговор тот случился ещё прошлым летом, а теперь Викины папа с мамой живут «за тридевять земель». Так обычно говорит дедушка. «В тридесятом царстве под названием Санкт-Петербург», – любит добавлять Вика. Они уехали на заработки и приезжают редко, только в отпуск или на праздники. – Далеко, да и дорога…

Был у Граббе еще один сын, тоже Николай, но младенец не прожил и года, а следом скончалась и его мать – первая жена Граббе. Вера Михайловна Скоропадская, из рода гетмана Запорожского, оставила супругу богатое имение в Харьковской губернии. Он женился на ней нечаянно, ошалев от счастья, когда его выпустили…

– Ой, не надо. Я боюсь, – перепугано запричитал гость. – Не волнуйся. Все будет хорошо, – ласково говорила Марта, запихивая его под душ. Когда она включила воду, Тантимель завизжал. Он никогда до этого дня не мылся. В подземных тоннелях всегда было темно и сыро. Вместе с отцом он копал подземные…

И стояли люди на маленьких станциях, протягивая флажки. Поезд замедлял ход, проходя мимо них; но не останавливался. «Где-то он остановится все же», — подумал Володя. Он был один в просторном тамбуре. Пассажиры здесь не толпились, плацкартный, значит, вагон. Вышел лейтенант, бросил в мусорный ящик…

— Что вы делаете, Изволина? Никак зубрите лекции? Бросьте, милушка. Стоит того… Я сегодня не поехала на курсы. Проспала. Вчера отец повез всю семью в оперу. У нас была ложа. Вы не можете себе представить, как они пели вчера! Я обожаю «Риголетто». Вы помните этот мотив? И Элли пропела хорошо знакомую…

Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. Не пойду, отстань, иди к черту! — Джеймс Сириус Поттер! — раздалось за стеной. — Если этот стук сейчас же не прекратится, я тебя убью! Придется подниматься, подумал он. Карие глаза посмотрели в потолок недовольно. Юноша все-таки заставил себя…

— Помоги тебе Христос, милая! Добрый путь! — Прости, дедушка!.. Кланяйся на селе всем… всем… — голос Акули дрогнул, и она закрылась рукавом. — Прости, лапушка… Бог с тобой! — Не поминай лихом, дедушка Мирон, коли в чем по молодости, провинилась… Не гневись!.. Старик дернул вожжами; опять побежала…

Пришло время, и раздался желанный звук – обеденный удар гонга возвестил свободу. По кивку миссис Горкин дети, у которых были мнительные мамы, подбежали к плоскому шкафу и вернулись на места в пальто, а герои, встретившие переменчивую майскую погоду без пальто, сидели за партами и упивались своим превосходством.…

Я сказал: — Я скучал без тебя. Мама сказала: — А я тебе сюрприз привезла! Я сказал: — Самолет? Мама сказала: — Посмотри-ка! Мы говорили с ней очень тихо. Мама протянула мне сверток. Я взял его. — Что это, мама? — спросил я. — Это твоя сестренка Ксения, — все так же тихо сказала мама.…

— Да, он, значит, меня не берёт, — продолжал Андрюша. — А потом я взял да и заревел. — Подействовало? — подмигнул Серёжа. — Самый верный способ! — засмеялся Андрюша. — Он у меня добрый. «Ну ладно, говорит, собирайся». Тут и пошёл ералаш! Мама-то наша в санатории, вызывать мы её не хотим, а где чего…

— Правда? — мистер Грей был явно заинтересован. — Хорошо, когда знаешь, где можно приобрести пастушью собаку, коли она мне понадобится. Смотрите, ребята, вот и ваш учитель идет. Мистер Хамли являл собой законченный образец сельского джентльмена: прочные башмаки, навощенная куртка, клетчатая кепка. …

Немного утешило его то обстоятельство, что все часы в городе приостановили ход на шестьдесят секунд, почтив память коллеги минутой молчания. Восьмой день недели В Италии наименования дней недели связаны, как известно, с какой-нибудь планетой, а те в большинстве своем носят имена античных богов…

У ворот заповедника Джемми наклонил шею, и Мартина соскользнула на землю по его серебристой шерсти. (Ведь он был, на удивление всем, белым жирафом.) Она ласково похлопала его по шее и поспешила через заросли манго к дому с тростниковой крышей, откуда уже доносились аппетитные запахи. Да, на сковородке…

найдёшь. Только здесь, на светлой поляне. На воле! Паша любовалась милым клёном, обнимала его. А вокруг столько разных птиц! — Фьють!.. Чив, чив!.. Зью, зью!.. Она вторила им. Казалось, птицы принимали её в свой хор. Паша радовалась и чувствовала себя вольной, как птица. Тут сестра и мать…