Детская проза

Легко устанавливалась между Юрием Николаевичем и собеседником та «магнетическая связь», о которой упоминает Герцен, вспоминая Грановского. Придешь, бывало, к Юрию Николаевичу в зимний вечер, на его городскую квартиру, в его комнату. Настольная лампа бросает свет на раскрытую книгу. Чаще всего — это…

– Значит, бабушка в угол поставит за то, что поздним вечером по улице шляешься, или отец накажет. – Я живу одна, – объяснила Пошлавон. Жаб скрестил передние лапы на груди. – Сколько тебе лет? – Не знаю, – пролепетала Пошлавон. – О боже! – воскликнул Густав. – Спрошу по-другому. Сколько раз…

Тиббе молчал, потому что и на этот раз главный редактор оказался прав. Тиббе был очень робким. А когда работаешь в газете, робость совсем ни к чему. В этом деле никогда нельзя стесняться. Нужно уметь запросто подойти на улице к незнакомым людям и спросить у них что угодно. Или, не моргнув глазом, взять…

Вдруг за спиной Дэльффена что-то звякнуло. Он вздрогнул и спешно обернулся. Ему показалось, звяканье родилось под лестницей. Но подойти к лестнице Дэльффен не осмелился. Вместо этого он решил покормить Эду, цветок, который рос в красивом горшке и всегда стоял на полу возле входной двери. Сейчас Эду поставили…

Словом, туманы в нашем городе случались и раньше, но этот можно было смело отнести к супертуманам. Лишний суффикс ему явно не помешал бы, поскольку приплыл он не из окружающих лесов, не с чадящих торфяников, а прямиком из ночного космоса, огромной мохнатой варежкой накрыв распахнутый городской рот. Каменные…

2 Борьке я не завидую. Почти полтора десятка лет живет человек и из них, считай, десять лет без родителей. Ездят и ездят. Он их ждет, что бы там ни болтал. Тоскует. А они прилетят в отпуск, насорят упаковочной бумагой – и опять поминай как звали. Говорить по-русски совсем отучились. Люди добрые говорят…

Писательство для нее было высшей радостью. В последние годы Любовь Федоровна писала исторические повести и романы. Для нее самой не был случайным такой, казалось бы, резкий переход из дня сегодняшнего в глубь веков. Ее давно уже манили сюжеты древней истории, любимым чтением стали древние писатели:…

Любит Алька охотиться за стрекозами, смотреть, как ведут свою неторопливую жизнь красные жуки с чёрными узорами на плечах, и бродить в тёплой воде Петушихи… Но больше всего Алька любит свою берёзу. Она растёт на зелёном склоне, почти над самым логом. Берёза эта особенная. Сначала ствол её поднимается…

О! Астероид возвращается… Сейчас почитаем: «Как-то Вулканчик пошел на работу, только работать ему не охота. Он всю неделю на небо смотрел, чистить вулканы совсем не хотел. И так прилежно он отдыхал, что всю планету на части взорвал…» — Сынок, выйди к гостям, пожалуйста! — раздался с кухни голос мамы.…

Глава первая МОЯ БАБУШКА И Я Больше мамы и отца, больше всех на свете я любил свою бабушку Елизавету Ивановну Никитину. Она замечательная женщина — справедливая, добрая, веселая и умная. Когда родители мои занимались наукой, уезжали в очередную экспедицию или заграничную командировку, она воспитывала…

— Ну, чего елозишь? А я отвечал: — Ничего. Расскажи чего-нибудь. Мама вздыхала, думала. — Ну, что тебе рассказать? — говорила она. — Жил-был волшебник… Построил он однажды дворец. И думает: кого бы в нём поселить? Я начинал ещё больше елозить, только от удовольствия. — Ну-ка, тихо! — говорила…

Каролина просто сказала, что ее отец жив. Что она знает, кто он и где живет. Но отказалась назвать его имя. Что на меня тогда нашло, я не знаю, но неожиданно для самой себя я прошептала: – Это наш папа, да? Помню, что Каролина отвернулась и ничего не ответила. – Каролина, скажи, это наш папа? – повторила…

— Ага, — удивился толстый. — Как это вы, бабуся, меня узнали? — Тебя ещё свинья по деревне волокла. — И, повернувшись к гражданину в очках, пояснила: — Они маленькие очень безобразили, на свиньях катались. А Федя был полненький мальчик и всё падал. Видать, тогда ещё хотел лётчиком стать. Все с интересом…

— А я чем хуже Витьки? Согласна заменить. Что надо делать-то? Вандышев, видно, колебался. — Видишь ли, это не для девчат. Парень нужен. Впрочем… Ты как, вообще-то? Писку не будет? Нервы, обмороки какие-нибудь там… Не подвержена? Ксана оскорбленно повела плечом. — Нету. Такого не водится. Вандышев…

— А водичка и правда огонь, так и обжигает,— сказал он, надевая трусы и майку. Димка попрыгал на одной ноге, вытряхивая воду из уха, подошел к костру и хотел помешать кашу в котелке, как вдруг застыл на месте. Я посмотрел туда, куда смотрел Димка, и в кустах на горе увидел медведя. — Где ружье? — еле…

— Наш-то! Авторитет! — А-а, который весь в законе. Царь, действительно, целыми днями писал Законы. Постановления или Указы. Другим ничем не занимался. До чего другого руки не доходили. У Царя всегда по бокам маячили два типа. Черные костюмы, черные очки. То-ли, охранники, то-ли, референты.…

– Это потому что ты мне по лбу стукнул. – Так я тебя за дело стукнул. Всю работу мне запорол. – Что же я тогда, по-твоему, Деду Морозу писать должен? – Правду пиши. – Ладно. Давай завтра продолжим. А я пока подумаю, что хорошего я за этот год сделал. На следующий вечер Лешка опять достал лист…

– Какие?.. – вслух переспросила Лиза и… И вдруг она поняла, что на этот раз ей вовсе не хочется мечтать об иных мирах. На данный момент её вполне устраивал этот. Он был ей настолько интересен, что даже книжки не тянуло читать. И поговорить ей хотелось совсем о другом. – Ленка! Чай остынет! – ей пришлось…

Пошел Гришка считать казаков. Но казаки не стоят на месте, а взад-вперед по селу шмыгают. И очень просто одного казака за двоих сосчитать можно. И стал тогда Гришка считать по дворам казачьих коней. Насчитал двадцать три, хотел бежать к дяде Егору — вдруг за кустами раздался выстрел. Тут выбегает казак,…

— Лаура. 9 «Б». Это я сказала. Хотела посмотреть на него. Почти получилось. Андерс Страндберг, новый учитель. Раньше я его не видела. Но выглядел он очень знакомо, хотя и не был похож ни на кого из тех, кого я знаю. Я словно поняла, что он за человек. Будто бы поняла, как он слушает, как он…