Советская классическая проза

После шумного Ленинграда здесь было удивительно тихо. Тишь да благодать вокруг такая, что трудно себе представить, как здесь могут жить люди, способные хулиганить, воровать, мошенничать. Прокуратура помещалась в старом аккуратном здании на тенистой улице недалеко от центра. Перед домом, хорошо выбеленным…

Из губернского центра в Дудари надо было или плыть на пароходе, или ехать поездом да еще пробираться по тракту на лошадях — в общей сложности не меньше пяти суток. Не всякий без крайней нужды мог решиться на этакую дальнюю поездку, зная к тому же наверное, что в пути на него в любой час могут напасть…

Между тем во Владивосток вернулись почти все суда. Остальные, застигнутые тайфуном, несмотря на угрожающее положение, прислали сравнительно спокойные донесения. В тот же день в Москве в Радиоуправление явилась гражданка Власова и заявила, что три месяца назад один из ее знакомых уехал с группой туристов…

— Ы-а-а-а! И снова тишина. Женщина вгляделась в обступившую тьму. Крик повторился. Вздрогнув, она лихо вскочила на лошадь, забыв о своей находке. — Ы-а-а-а! — догнал ее истошный крик. «Что это? — опомнилась она. — Может, почудилось — ветер в ушах гудит? Или это сова? Надо узнать!..» Дернула повод.…

— В дыму этой войны мне видится революция, — сказал Фрунзе, откладывая газету с последней сводкой о военных действиях на Западном фронте. — С усталым народом ее не сотворишь, — возразил Кулаков, нервный, злой, признававший только категоричный тон. — Но если царя как следует поприжать, Россия получит…

— Действуйте по инструкции... Опроси раненого, тех, кто при нем. Придет «скорая» — если потребуется, сам сопровождай до больницы. Я соберу, кого нужно. — Слушаюсь. На перроне перед Шурагазиевым опять расступились. Правую руку раненый прижимал к животу, левую его руку, наклонясь, приподнял высокий…

На рассвете глухо прозвучали три выстрела. «Должно быть, охотники», — подумала она, отгоняя тревожные мысли. Ей было неудобно в санях: ухабистая дорога растормошила груз; кирки, лопаты, молотки толкали ее в бок, то и дело сползал ящик с микроскопом. Людмила Михайловна улеглась поудобнее и, чтобы…

— Неужели не узнаешь — это же я! Она была уверена, что он не может не узнать, — и он узнал ее — натурщицу Монну-Лиду, как он прозвал ее в шутку, позировавшую в Самаркандском художественном училище, где он тогда учился. Героиня юношеского романа… Ему стало не по себе — он не любил теней своего прошлого,…

Синицын закрыл глаза и принялся уговаривать себя заснуть. Всего два дня прошло, как закончилась самая тяжёлая в его жизни зимовка. И самая неудачная. А под конец зимовки природа сыграла с припаем злую шутку. Тридцатикилометровый припай дышал, лёд расходился, чернел разводьями. А на берег нужно перевезти…

На перемене, сразу же после этого злополучного события, Зинка Фокина, староста нашего класса, подошла к нам и сказала: «Ой, Баранкин и Малинин! Ой, какой позор! На всю школу позор!» Потом она собрала вокруг себя девчонок и стала с ними, судя по всему, составлять против нас с Костей какой-то заговор.…

На литовском языке вышло уже тринадцать книг Витаутаса Бубниса, в том числе книги для детей и пьесы, его романы переведены на многие языки. Витаутас Бубнис сейчас в самом расцвете творческих сил. ЖАЖДУЩАЯ ЗЕМЛЯ Роман ЧАСТЬ ПЕРВАЯ 1 Мысль застигает…

Когда глаза чуть освоились с кромешной тьмой, в дальнем конце коридора, у самого пола, проступила полоска тусклого света. Но едва Кристина сделала шаг, полоска исчезла, и она, выставив вперед свободную руку, ступала осторожно, не столько боясь за что-то зацепиться, сколько пугаясь сырости, скользящей…

«Не даст ему сегодня Каймакан почитать бумажки, — подумал Игорь. — И отчего он не переваривает Сидора? И что значат те бумажки?» — Аудиенция… тенденция… — повторял он недоуменно, потом махнул рукой и стал спускаться, раздраженно отшвыривая ногами щебень. Из-за угла выходит Филипп Топораш, «изобретатель»,…

Но самое интересное в романе — его герои. Прежде всего Антонов и Ольга. Читатель не может остаться безразличным к Антонову с его пониманием происходящего в стране, с его умением наблюдать, способностью понимать и своих и африканцев, решимостью влиять на происходящее. В моем представлении Антонов принадлежит…

Девочки запрыгали: — У нас лучше! У нас лучше! — Мазин и Русаков идут! — запыхавшись, сообщил Медведев. — Я их на лестнице видел. Впереди, крепко ступая, шагал плотный, коренастый Мазин. Рядом, стараясь попасть с ним в ногу, торопился маленький, подвижной Петя Русаков. — Вот они — закадычные…

— Здравствуйте, ребята! — Здравствуйте, тетя Пати! — Здравствуйте… — повторил и я вслед за Гогоной, не решаясь назвать ее тетей Пати. — Как поживаете, тетя Пати? — не унималась Гогона. — Нашли вчера серебряную пудреницу? — Спасибо, Гогона, все у меня хорошо, и пудреницу я нашла, — ответила Пати…

— С солью вкуснее, чуть смажешь дыньку, всю приторность снимает. что же посоветуешь сыну, ты, умудренный опытом? — Я советовать не люблю, не привык, а ты поинтересуйся хоть, что я буду делать. но скажу: если у тебя есть что-то вот здесь, — потрогал наголо бритую голову, — или здесь, —…

— Стало быть, вот я какой, а ты, милая, вон какая. В каком классе учишься? — В восьмом, — ответила я, прибавив целый год. — Отлично, — прогудел он, впрочем, немедленно позабыл обо мне и обратился к отцу: — Ипполит Петрович, душа моя, тут я одну постановочку задумал, просто все ночи подряд не сплю,…

— Страшновато! — усмехнулся Голубев. — Ведь на меня как на главного инженера ляжет и машинный зал, и экспериментальные мастерские, и электрика, и сантехника, и котельная. Попов широко размахнул руки: — Наговорили сто коробов! Электрика, сантехника, котельная… Все это вам как строителю хорошо знакомо.…

Сейчас Марьяна осторожно подышала в трубку и сказала негромко: - Аленький, я тебя разбудила? - волнуясь, она назвала меня моим детским именем. - Ты хорошо меня слышишь? - Да. Ты знаешь, Женя в Москве. Мой сон, ещё где-то таившийся в клеточках тела, теперь отлетел совсем. Я, наверное, слишком…