Чтение онлайн

В котором, до чего уже договариваются, Орлова и Александров снялись якобы в главных ролях. В то время как режиссер осмелился появиться лишь в эпизоде, изображая генерала КГБ, шефа героини.

Да даже - как ни страшно это предполагать - если бы "Любушка" проявила не меньшую твердость, чем ее суженый, и не вернулась бы к нему вообще, их кинематографический имидж только выиграл бы. Во всяком случае, не пострадал бы...

91

Актриса Ия Саввина с благодарностью вспоминает, как "подарила" Орлова ей роль Норы и на первый спектакль с ее участием прислала букет с запиской "Норе - от Норы".

"А через несколько лет у меня пропал голос. Нужна была операция. Друзья, знакомые, семья, самые близкие люди да и сама я говорили только "ай-ай" - и все. Орловой не было в театре очень долго: она снималась (в том же, не к ночи будь помянут, "Скворце и Лире".- Ю. С.). А когда встретились и Любовь Петровна услышала мой голос, она пришла в негодование. Я никогда, ни до, ни после, не видела ее в таком гневе. Любовь Петровна кричала на меня, говорила, что я теряю профессию, что у меня нет воли и я не заслуживаю никакого уважения, пассивно ожидая трагического конца. И ушла.

А утром следующего дня уже позвонила мне. "Все устроено. Все необходимые бумаги в театре я сделала. Немедленно приезжайте. Вас будет смотреть лучший специалист в этой области Павел Антонович Демидов. Это гениальный врач и замечательная личность. Что он скажет, то мы и сделаем". Любовь Петровна так и сказала - "мы". Через месяц после операции я говорила нормально.

Вы скажете, что так поступил бы на ее месте любой хороший человек. Сделал бы это, если бы мог. Нет, вникать в чужую беду не только словом и сочувствием, но конкретно, осязаемо, ДЕЛОМ - это редкое и драгоценное качество, которого не хватает многим очень милым и хорошим людям.

И надо было сказать Любови Петровне, что второй раз в жизни она "заставила" меня (после передачи "Норы".- Ю. С.) быть актрисой. И опять я постыдилась громких слов. Но все это поздние сожаления - эгоистический вывод на будущее".

92

"Однажды,- вспоминает И. Фролов,- Александров пригласил нас, своих студентов во ВГИКе, к себе домой. Присутствовала и Любовь Петровна. Обстановка была непринужденной, и кто-то самый бойкий из нас (кажется, Миша Калик) начал рассказывать анекдоты, где фигурировала одна и та же женщина. Александров мягко, но решительно прервал его:

– В этом доме есть только одна женщина - Любовь Петровна. И говорить о других здесь не принято.

– Тем более в присутствии Григория Васильевича,- шутя будто бы поддержала супруга Орлова.

Но, видимо, Миша Калик (если это был он) рассказывал анекдоты не только о женщинах. Вскоре он был арестован, несколько лет провел в лагерях и, вернувшись в 1953-м, продолжил свое вгиковское образование, но уже не студентом Александрова, курс которого вышел на диплом.

93

Г. Скороходов вспоминает, как ему в качестве ведущего от Бюро пропаганды советского киноискусства пришлось ехать с Орловой на ее выступление в клубе Дорхимзавода недалеко от "Мосфильма". Где на концерт "звезды" собралось... от силы 30 - 40 человек. Зато свыше 500 человек собралось в том же клубе Дорхимзавода З0 лет назад, в ноябре 39-го, на предвыборное собрание Дорогомиловского избирательного округа Киевского района Москвы, куда приехал Александров, и об этом подробно известила газета "Кино":

"11 ноября,- сообщил тов. Александров,- в нашей студии состоялось общее собрание рабочих, служащих, творческой и инженерно-технической интеллигенции. На собрании (об этом еще более подробно газета сообщала предварительно.- Ю. С.) выступил заслуженный деятель искусств режиссер-орденоносец С. Эйзенштейн, который выдвинул кандидатом в депутаты Московского областного совета Николая Павловича Силантьева.

Николай Павлович происходит из семьи железнодорожного стрелочника. Ему 32 года. Из рядового рабочего лесопильного завода, каким был тов. Силантьев в 1925 году, когда начинал свою трудовую деятельность, Николай Павлович вырос в крупного партийного работника, редактора столичной газеты "Московский большевик". Тов. Силантьев стойкий большевик, преданный сын нашего народа".

Так что "учитель" Эйзенштейн выдвинул кандидатуру на студии, а "ученик" Александров привез его предложение трудящимся.

"От имени двух с половиной тысяч,- просит он,- рабочих, служащих, творческих и инженерно-технических работников орденоносной студии "Мосфильм" я обращаюсь с просьбой поддержать кандидатуру тов. Силантьева".

И все 500 с лишним тружеников Дорхимзавода поддержали, естественно, просьбу "тов. Александрова".

...А вот перед Орловой спустя 30 лет те же "дорхимовцы" всячески извинялись за неприлично малую явку на ее концерт: пятница, все поспешили за город и пр.

Актриса приняла все извинения и тем не менее выступала по полной программе и сумела так расположить зал, что этим трем десяткам собравшихся стало стыдно за отсутствие остальных. За то, что не сели, как когда-то у В. Гусева, "две тысячи человек в зал на тысячу мест".

Когда Г. Скороходов рассказал об этом Ф. Раневской, та пришла в ужас от того, чем приходится заниматься "Любочке" на старости лет.

– Заплатили хоть хорошо?
– спросила она.

Вместо ответа Скороходов показал актрисе записку Орловой редактору кинолектория, от имени которого она выступала перед тридцатью слушателями:

"Дорогая Елена Петровна! В прошлый раз мне заплатили за выступление 14 руб. 50 коп., тогда как моя ставка, утвержденная министерством культуры,27 рублей. Прошу Вас произвести перерасчет и выплатить мне недополученное. Моя ставка предусматривает надбавку за "мастерство" и "народность".

С уважением Л. Орлова".

Так что недалеко ушла "Пропаганда советского киноискусства" от больничного листка Театра им. Моссовета. И как А. Бобровский во Внукове, Ф. Раневская возмутилась, но уже по другому поводу:

– Какой ужас! Любочка, видимо, опять без денег. А этот ее бездарь Гришка столько лет ничего не снимает и сидит на ее шее. И тоже "народный"!..

94

"Бездарь" - не "бездарь", а "Любочка" действительно иногда, будто в шутку,- пишет Кушниров,- жаловалась:

– Ну что это! Работаешь на износ, а он все время планы строит, полеживает да заседает где-то, за мир борется...

И хотя. повторяем, это произносилось как бы в шутку, всем становилось жаль "работающую на износ" актрису.

Может, со времени этого недовольства, если оно действительно существовало, актриса, как утверждает племянница режиссера Г. Карякина, стала подсчитывать разницу в своих и супружеских доходах.

И будто она, племянница, когда Орловой уже не стало, видела на ее столике бумажку, на которой подробнейшим образом было записано, сколько получил Александров за статью в газете и сколько она, Орлова, за очередные гастроли...

А они становились для актрисы все тяжелее. Та же пресса теперь утверждает, что уже не "как бы в шутку", собирая в очередной вояж свой счастливый когда-то "гастрольный" чемоданчик, Орлова вздыхала: