Чтение онлайн

Ночь прошла замечательно, я даже и не волновался по поводу завтрашнего концерта. Хорошо, что сегодня порепетировали, теперь я был уверен, что все пройдет отлично. Вечером полежал в ванне, отмокая и наслаждаясь уютом и теплом – в Сенеже таким удоволствием не баловался, предпочитая быстрый душ. Потом долго и вдумчиво мы с Ольгой занимались сексом, не спеша и не оглядываясь на дверь, в которую в самый что ни на есть ответственный момент мог кто-нибудь постучать. Дом, есть дом…чего тут еще сказать.

Концерт должен был начаться в семнадцать часов, машина за мной пришла в пятнадцать. Но отвезли меня не в концертный зал, а…в театр! Да именно в театр на Таганке. (Я все ожидал увидеть кого-то из знакомых, например Высоцкого, но так и не увидел) Провели в какую-то комнату, в которой пахло пудрой и химикатами, видимо в грим-уборную (всю увешанную зеркалами), и в течение получаса из меня делали…меня. Наклеили бороду, какая у меня было до того, как я ее сбрил, и подравняв ежик, отросший на голове…ничего не стали с ним больше делать. Нормальная прическа советского комсостава – пойдет.

Затем пришел черед костюма. Я прекрасно помнил, как одевался на концерты лидер «Любэ», так что не мудрствуя лукаво, потребовал точно такой костюм – нечто напоминающее военную форму. Гимнастерка, портупея, сапоги – все, как положено.

Оставшись доволен своим героическим видом, я слегка подосадовал над тем, что не выбрит дочиста – ну какой красный командир младшего командного состава носил бороду? Если только подводник в походе. Впрочем, я помню фото где были зафиксированы командиры на уровне капитана, например – командир огневого взвода. Но то был мусульманин, может потому он на фото с бородой? Странно, но никогда не интересовался этим вопросом. А может наплевать на конспирацию, и выйти как есть?

Нет. Не наплевать. Не надо лишней шумихи. Писатель Карпов не тренирует спецбатальон со странным названием «Альфа». Обознатушки.

Меня отвезли в концертный зал вернее – нас. Само собой, Ольга и Настя не остались дома, но я сразу предупредил, что в первых рядах их не будет. Во-первых, в первых рядах будут сидеть самые крутые ветераны. По-настоящему «крутые», боевые, увешанные орденами за настоящие подвиги.

Во-вторых, не дай бог камера скользнет «взглядом» по первым рядам и выхватит эту парочку. Не узнать их невозможно, особенно Настю – слишком уж она выделяется из толпы.

До самого своего выхода я сидел в гримерной, и смотрел, слушал концерт с экрана телевизора. Открыл концерт хор с песней «Идет война священная». А потом понеслось…Лещенко, Кобзон, Магомаев – кого только не было! И Зыкина, и Шульженко, и Кристалинская, и Мондрус. Я когда слушаю Зыкину «Течет река Волга…» – у меня просто мороз по коже. Вот же дал бог талант!

А еще после прослушивания моих «коллег» в душе нарастало ощущение собственной неполноценности и наглости. Ну и куда я лезу?! Ну в самом-то деле, с моим посконным рылом, да в калашный ряд! Если бы мог – я бы отсюда сейчас просто сбежал! Но не могу. Я обещал, что выступлю. И я выступлю. Пусть даже сгорю от стыда.

А они пели, пели…красиво, профессионально…не то что я, убогий! Я даже зубами скрипнул от злости на себя. Ну зачем я вылез с этими песнями?! Захотелось прокрасоваться?! Вот и получи…дурак!

– Михаил Семенович! Пора! Сейчас вас будут объявлять!

Это был…не знаю, как его назвать. Распорядитель? В общем – что-то вроде помощника режиссера, молодой мужчина лет тридцати, шустрый и очень деятельный. Именно он вчера «командовал парадом» когда я здесь репетировал.

– Пойдемте! Пойдемте! Все готово! Объявлять песни будете сами, в какой последовательности – решите. И не переживайте, все будет нормально! У вас замечательные песни, поверьте мне!

Успокоил, ага…песни-то замечательные, попертые мной у «Любэ», только я не замечательный. Я жалкий бормотун в сравнении с такими столпами как Зыкина и Магомаев! Как Кобзон и Лещенко! Охти ж мне несчастному!

– Сейчас вас объявят, вы выходите на сцену, и…смотрите сами – что скажете и что споете. Вы закрываете концерт – гимном. Еще раз – не тушуйтесь, представьте, что выступаете перед небольшой компанией! К тому же вы вчера уже опробовали, разницы ведь никакой – только народа сегодня побольше! Ждем! Слушаем!

Допела очередная певица, что-то про Родину, про село и все такое. Снова на сцену вышел уже знакомый мне по пресс-конференции Игорь Кириллов (когда я шел к сцене, поздоровался с ним за руку за кулисами. Но разговаривать ему было некогда).

– Сейчас перед вами, уважаемые ветераны, выступит очень интересная личность. Он не певец в том понимании как мы это понимаем. Он писатель-фантаст. И нет у него такого голоса, как у наших известных певцов. Но…песни, которые он сочинил, точно покорят ваши сердца. Потому что они идут из самой души, из самого сердца! Это песни про войну, про нашу Родину, о наших солдатах, о любви и о верности. Выступает лауреат Ленинской премии мира, заслуженный орденоносец – Михаил Карпов!

Зал вежливо, дружно, благосклонно похлопал. Уверен, многие из ветеранов слышали обо мне впервые – вряд ли ветераны войны читают фантастику, и уж тем более – фэнтези, сказки для взрослых. Хотя…может я и ошибаюсь – о том, что обо мне не слышали. А пресс-конференция? А статьи в газетах? Да, скорее всего мало кто обо мне не слышал. Но да ладно – слышали, не слышали – какая разница? Дело надо делать!

Я вышел на сцену, подошел к микрофону, укрепленному на штативе. Снял микрофон, подошел к краю сцену, посмотрел в зал, улыбнулся:

– Здравствуйте вы, те, кто спас мир! Здравствуйте, наша гордость, наша сила! Ваш подвиг вечен, и мы все, весь мир – будем вечно вам благодарны. И я низко вам кланюсь – за все, что вы для нас совершили!

Я поклонился, и зал встретил мои слова раскатами оваций. Я дождался, когда они стихнут, и продолжил, чувствуя такой подъем духа, что…казалось, я сейчас взлечу! У меня – кураж!

– Сейчас я исполню вам мои песни. Правильно сказал Игорь Кириллов – я не профессиональный певец, так что не судите строго. Я буду петь для вас – как могу. Все мои песни посвящаются вам, ветераны. И начну я с простой песни о нашей Родине, о реке, на которой живут русские люди. Ты неси меня река – так называется моя первая песня.

И я запел – с первого же такта. Программу отработали еще вчера – когда начинать, и кто будет подпевать. А подпевать было кому – целый военный хор стоял позади меня.

Ты неси меня река, за крутые берега

Где поля мои, поля…где леса мои, леса

Ты неси меня река, да в родные мне места

Где живет моя краса, голубы у ней глаза!

Я пел, и смотрел в зал, пытаясь понять – зашла песня, или нет. А потом бросил это глупое дело – зашла, не зашла, а петь надо! С душой петь!