Чтение онлайн

Я уже пожалел, что спросил.

–  Ну и какие дальше предпримете шаги?

–  Думаю, надо еще раз взглянуть на эти списки, - ответил он.
– Ну и хотелось бы увидеть эти документы, выданные «МаниХоум». Договорюсь, их заберут прямо у вас из офиса.

–  На этой неделе я вряд ли буду на работе, - сказал я.
– Можете подъехать и забрать из дома?
– Я призадумался на секунду.
– Вообще-то, у меня здесь только две, третья осталась на квартире у Геба.

–  Мне нужно повидаться с сестрой Ковака. Перезвоню позже, как только буду точно знать маршруты своего передвижения.

–  Шерри, - сказал я.

–  Что?

–  Шерри, - повторил я.
– Сестру Ковака зовут Шерри. Они близнецы.

–  О, - тихо произнес он.

Тот факт, что они близнецы, почему-то, на его взгляд, осложнял ситуацию.

Мы с Клаудией пошли обедать в «Луиджи», местный итальянский ресторанчик, и на протяжении всей трапезы умудрились ни разу не упомянуть слова на букву «р».

Мы поступили так нарочно, устроили нечто вроде игры, но это не помещало нам обсуждать разные другие вещи, в том числе события последних двух недель.

–  Мама передает тебе привет, - сказал я.

–  О, спасибо, - ответила Клаудия.
– Как она?

Мне хотелось сказать, что мама мечтает о внуках, но я промолчал. Для нее, как и для всех нас, все решится во вторник, под скальпелем хирурга.

–  Прекрасно, - ответил я.
– Она любит свой маленький домик, активно участвует в работе местного исторического общества.

–  Наверное, надо навестить ее вдвоем, - сказала Клаудия.
– Ну, потом. После.

После операции.

–  Пожалуй. Позвоню Джен Сеттер прямо с утра и скажу, что мы не сможем быть на премьере в среду.

–  Ты можешь и один пойти, - сказала Клаудия.
– Развлечешься.

Сидеть рядом с Джен в театре весь вечер, чтоб она лапала меня в темноте? Нет уж, спасибо.

–  Нет, - сказал я.
– Лучше скажу, что мы не сможем быть.

Клаудия улыбнулась. Я понял, она ждала именно такого ответа.

–  Хорошо, хоть сэкономили. Не пришлось покупать новое платье.

И оба мы рассмеялись.

Весь вечер мы избегали говорить об операции. Затем я оплатил счет и отвел свою девочку домой, где уложил в постель.

В больнице ей надо было быть завтра к вечеру, подготовиться к операции во вторник. И мы страстно и долго занимались любовью, точно оба осознавали, что, возможно, это в последний раз, когда Клаудия является женщиной в полном смысле этого слова.

В понедельник утром, ровно в девять ноль-ноль, я позвонил Патрику в офис.

–  Я прощен или нет?
– спросил я.

–  Грегори сегодня не будет, - ответил он.
– Уехал на уик-энд и возвращается только днем в среду. Думаю, будет лучше, если ты отсидишься еще немного.

Спорить я не стал. Не ходить еще пару дней на работу - это меня вполне устраивало.

–  А я могу войти в нашу базу данных?
– спросил я.
– Просто проверить, не пропустил ли какого сообщения или нового предложения по инвестициям.

Система позволяла нам присоединять к файлам клиентов специальные памятки, с тем чтоб не пропустить возможность инвестировать деньги клиентов наиболее выгодным образом.

–  Да, конечно, - ответил Патрик.

Похоже, к концу недели они смягчились.

–  Так, значит, в среду я могу появиться?

–  Лучше в четверг, - несколько нерешительно ответил Патрик.
– Поговорю с Грегори за ленчем в среду.

–  Ну, хорошо, в четверг так в четверг, - сказал я.
– А если получится раньше, ты мне звякни.

–  Ладно.
– Патрик снова говорил как-то неуверенно.
– Тебя нет, Геба тоже, и у нас тут полный завал. Диана с Рори должны успеть все до четверга. Попрошу их задержаться.

Я улыбнулся. Рори это наверняка не понравится. К тому же никаких дополнительных выплат за переработку нам не полагалось.

Старший инспектор Томлинсон позвонил в субботу вечером, сказал, что завтра едет в Ливерпуль и что собирается по дороге заехать на квартиру к Гебу. Могу ли я тоже подъехать, где-то к одиннадцати? Я ответил, что да.

И мы с Клаудией решили съездить в Хендон вместе на «Мерседесе», поскольку ей не хотелось торчать одной дома. Я был только рад взять ее с собой.

Полицейский приехал раньше нас и уже допрашивал бедную Шерри Ковак, которая была явно не в восторге от этой процедуры. Глаза покраснели от плача, лицо бледное, осунувшееся. Клаудия немедленно вмешалась, обняла ее за плечи - я даже не успел их познакомить - и увела в кухню.

–  Спасибо, что приехали, - сказал старший инспектор и пожал мне руку.
– Сожалею, но, похоже, я расстроил мисс Ковак.

–  Каким это образом?
– спросил я.

–  Сказав, что мне нужно съездить с ней в Ливерпуль, провести официальное опознание тела.

Я кивнул.

–  Боялся, что так оно и будет. Может, совсем не обязательно подвергать людей таким психологическим травмам.
– «Особенно с учетом того, - подумал я, - что одна из пуль угодила Гебу прямо в лицо».

–  К сожалению, закон не слишком считается с чувствами людей.

–  Но вам следовало бы понимать это, - заметил я.

–  Да, - сказал он, глядя мне прямо в глаза.
– Я понимаю.

Клаудия вернулась в прихожую, и тут я должным образом представил ее старшему инспектору Томлинсону.

–  Так вы тот самый человек, который арестовал моего Ника?
– с укором спросила она.

–  Нет, дорогая, - поспешил я на помощь полицейскому.
– Этот человек меня не арестовывал. Даже напротив, обеспечил мне алиби.

–  О, - протянула она.
– Что ж, тогда хорошо. Оставлю вас в живых.

Старший инспектор бегло улыбнулся ее шутке и тут же перешел к делу.

–  А теперь, - обратился он ко мне, - нельзя ли взглянуть на эти бумаги от «МаниХоум»?

Клаудия вернулась к Шерри на кухню, мы со старшим инспектором прошли в гостиную. Я разложил небольшие склеенные мною квадратики бумаги на письменном столе Геба. Старший инспектор приподнял бровь.

–  Я нашел их в мусорной корзине, были разорваны на мелкие клочки, - пояснил я.
– Ну и склеил их. Здесь три отдельные квитанции. Одна на восемь тысяч долларов, две - на пять тысяч каждая.