Чтение онлайн

–  Нет, - резко и раздраженно буркнул Грегори.
– Полагаю, надеются отыскать какой-то ключ к тому, кто его прикончил. И знаешь, это меня не радует. У него на столе вполне могут оказаться материалы, затрагивающие весьма чувствительные интересы клиентов. Я бы не хотел, чтоб их видели посторонние. Информация строго конфиденциальная.

Я подумал, что вряд ли полицию заинтересует информация, пусть и строго конфиденциальная, но не имеющая ни малейшего отношения к разоблачению убийцы.

–  Когда вы узнали, что он убит?
– спросил я, подозревая что имя Геба все-таки прозвучало в позднем выпуске воскресных новостей.

–  Вчера днем, - ответил Патрик.
– Позвонили из полиции и попросили встретиться здесь прямо с утра. А ты?

–  Звонил тебе все воскресенье, но ты не отвечал, - сказал я.
– Вообще-то, я был рядом с Гебом, когда его застрелили.

–  О боже, - пробормотал Патрик.
– Ну да, все правильно. Вы же вместе ездили на скачки.

–  Стоял прямо рядом с ним, когда его убили, - добавил я.

–  Ужасно, - протянул Патрик.
– А ты видел, кто в него стрелял?

–  Краем глаза, - ответил я.
– Вообще-то, смотрел только на пушку.

–  Ума не приложу, - Патрик удрученно покачал головой, - кому это понадобилось убивать Геба?

–  Нам только этого не хватало.
– Грегори тоже покачал головой.
– Вся эта история может самым отрицательным образом сказаться на бизнесе. Ничего хорошего…

«Ничего хорошего не было в том и для Геба», - подумал я, но вслух решил не говорить. «Лайал энд Блэк» - компания хоть и небольшая, но один из ведущих игроков на рынке финансовых услуг - и все благодаря целеустремленности и энергии Патрика Лайала и Грегори Блэка. Туда, куда вела «Лайал энд Блэк», следовали все остальные. Они умудрились выработать инновационный подход к своим клиентам и их инвестициям и чаще рекомендовали схемы и операции, которые другие, более ортодоксальные финансисты сочли бы слишком рискованными.

От всех независимых финансовых консультантов требуется, прежде всего, определить и оценить склонность клиентов к риску. Капиталовложения с низкой степенью риска, такие, как банковские счета с фиксированным процентом или государственные облигации с самым высоким рейтингом надежности 3А, обладают низкой степенью доходности, зато основная сумма вклада остается сохранной. Инвестиции среднего риска включают: акции в крупных компаниях, паевые фонды - здесь доходность выше, но всегда есть шанс потерять часть капиталовложений из-за падения рыночных цен на акции. И, наконец, к рискованным инвестициям относятся венчурные трастовые фонды и операции с иностранной валютой - они могут принести высокие доходы, но и потери тоже бывают весьма высоки.

Консультанты «Лайал энд Блэк» советовали также делать инвестиции в предприятия, где уровень риска просто зашкаливал - к примеру, финансировать фильмы и театральные постановки, покупать доли акций в виноделии, в иностранной недвижимости, вкладываться в произведения искусства. Доходы могли быть просто огромными, равно высоки были шансы потерять все.

Именно такой подход показался мне в свое время страшно привлекательным.

Пришпоривать лошадь, просить ее ускорить бег перед взятием препятствия - все это тоже было стратегией высокого риска и запросто могло привести к самым печальным последствиям. В качестве альтернативы можно было использовать и другую, более безопасную тактику - натянуть поводья, немного притормозить скакуна, а уже перед самым препятствием поддать ходу. Может, и безопасней, но куда как медленней. Лично мне казалось: куда как лучше рухнуть на беговую дорожку в стремлении победить, нежели не рисковать и занять второе место.

–  И долго еще они собираются нас здесь держать?
– сердито спросил Грегори Блэк.
– Неужели не понимают, что нам надо работать?

Никто ему не ответил.

Постепенно в приемной собрались и другие сотрудники, и теперь тут стало тесновато. По большей части все они уже слышали о смерти Геба, и последнее, чего им сейчас хотелось, так это приниматься за работу. Две дамы, попеременно сочетавшие функции дежурных в приемной и помощниц администрации, лили слезы. Геб был популярен, его здесь любили, и не в последнюю очередь за то, что он являл собой разительный контраст сухому и скучному, затянутому в строгий полосатый костюм обычному финансисту из Сити.

Гебу нравилось быть американцем за границей - 4 июля, в День независимости, он являлся в офис с подарками, леденцами и яблочным пирогом. В ноябре на День благодарения устраивал ленч с индейкой и другими положенными угощениями. И громко кричал «Ии-хо!», подобно ковбою с лассо, когда удавалось заарканить нового клиента. Геб был веселым парнем, и теперь жизнь без него в конторе станет куда скучней.

И вот наконец около девяти тридцати в приемную вошел средних лет мужчина в скверно сидящем костюме и обратился к присутствующим.

–  Леди и джентльмены, - официально начал он.
– Я старший инспектор Томлинсон из отделения полиции Мерсесайд. Прошу прощения за доставленные неудобства, но, как всем вам известно, мы с коллегами расследуем убийство Геба Ковака в Эйнтри во время вчерашних воскресных скачек. Полагаю, нам придется пробыть здесь еще какое-то время, так что прошу вас набраться терпения. И еще вынужден просить вас оставаться здесь, потому как намерен побеседовать с каждым из вас индивидуально.

Грегори Блэк был явно недоволен.

–  А нельзя ли поработать в кабинетах, пока мы ждем?

–  Боюсь, это невозможно, - ответил полицейский.

–  Почему нет?
– спросил Грегори.

–  Потому что не хочу, чтоб кто-либо из вас, - тут он оглядел помещение, - имел доступ к компьютерам.

–  Но это же просто ни в какие ворота не лезет!
– так и вскипел Грегори.
– Вы что же, обвиняете нас в том, что мы имеем какое-то отношение к убийству мистера Ковака?

–  Я никого ни в чем не обвиняю, - ответил старший инспектор Томлинсон уже более мягким тоном.
– Мне просто нужно перекрыть все каналы. Если в компьютере мистера Ковака найдутся какие-либо улики, тогда… Уверен, все вы понимаете, его следует оградить от возможного заражения вирусом, который может проникнуть, если у вас будет доступ к файлам через сервер компании.

Но Грегори все не унимался.

–  Но все наши файлы сохранены, доступны и при желании их можно просмотреть в любое время. Просто смешно, знаете ли!

–  Мистер Блэк, - теперь старший инспектор смотрел уже только на Грегори.
– Вы лишь напрасно тратите мое время. Чем скорее я вернусь к работе, тем скорее и вы сможете вернуться в свой кабинет.

Я тоже взглянул на Грегори Блэка. Похоже, никто и никогда не осмеливался говорить с ним подобным образом еще со времен школы. Да и там тоже вряд ли. В комнате воцарилась мертвая тишина, все ждали взрыва, но его не последовало.

Впрочем, в одном Грегори был все же прав: ограничивать доступ к нашим компьютерам было просто смешно. Наша система открывала доступ к файлам тем сотрудникам компании, у которых во время отсутствия в конторе вдруг возникала необходимость срочно получить материалы на свои ноутбуки. И если кому-то из нас понадобилось, как выразился инспектор, «заразить» файлы, узнав о смерти Геба, в его распоряжении было время, практически весь уик-энд.

–  Но можно хотя бы пойти и выпить по чашечке кофе?
– спросила Джессика Уинтер, председатель надзорной комиссии. Помещение для ксерокопирования одновременно использовалось в качестве небольшой кухни, где можно было приготовить горячий чай или кофе.