Чтение онлайн

— Вы ведь не можете оставить нас насовсем, правда? — жалобно зудела преподавательница гимназии.

Как там её… Асира… Асира…

— К сожалению, меня ждут неисследованные просторы Пирамидии, — с долженствующим прискорбием ответил Андруш, взглядом продолжая рыскать по переполненному перрону.

— Ах, но как же так?! — взрыднула Асира Бикентьевна.

Она вытащила из кармана платочек, вытерла слёзы, высморкалась и, жалко мигая, уставилась на кумира:

— А как же любовь к отеческим гробам? — спросила уныло.

— Я — гражданин мира, — возразил Андруш.

И вдруг вспомнил: та девка… Она же училась в классе этой мымры?

— Но знаете, прежде чем отправиться в страну далечу, я бы хотел помочь одной девочке… Такая, из бедной семьи. У неё ещё отец — алкоголик… Она в одном классе с моим неслухом учится.

— Пася? — сразу догадалась эльфийка.

— Да-да. Сын хвалил её, говорил, что девочка борется с жизненными обстоятельствами, хорошо учится и хорошо себя ведёт…

— Пася — самая прилежная из моих учениц. Правда, по истории культуры у неё всё не очень хорошо, и золотой диплом Пасе не светит, но я не могу её осуждать: девочка учится и работает, поэтому постоянно отсыпается на первом уроке. А история культуры как раз идёт первой…

Граф Андруш добродушно улыбнулся, и наконец заметил среди голов пассажиров русый хохолок сына. Надо было торопиться. Руслану вовсе не обязательно было слышать, что…

— Да-да. Будет обидно, если юное дарование не получит шанса пробиться в жизни. Так вот, мною принято решение оплатить её обучение в колледже…

— Это та-а-ак благородно! — учительница снова разрыдалась.

Протёрла слёзы с прекрасных зелёных глаз, высморкалась. Граф мельком заметил, что узор на платке у преподавательницы был странный, больше похож на чертёж какого-то сооружения, но думать об этом было недосуг. Да и какая разница, что там нарисовано на носовом платке женщины, которую Андруш никогда больше не увидит?

— Асира Бикентьевна, второй гудок. Я, к сожалению, не отдал необходимых распоряжений… спешка, понимаете… Всё так неожиданно… Могу ли я прислать к вам человечка, а вы ему скажете, где Пасенька живёт и кто её родители?

Эльфийка изумлённо захлопала глазами:

— А ваш сын не говорил разве, что вы с Пасей — соседи?

Андруш вспомнил соседа-алкоголика. Граф никогда не обращал внимания на сброд вокруг, а оказывается смазливая бомба, заложенная неведомой рукой под его благосостояние, всё это время жила у него под боком!

— Здравствуйте, Асира Бикентьевна, — из людского потока вынырнул Руслан, прячущий фингал за темнотой очков. — Привет, пап.

— Иди на место, — процедил Андруш, не глядя на провинившегося сына.

Тот мрачно запрыгнул в вагон.

— Так что скажете? Приютите неместного юриста? Я очень-очень рассчитываю на ваше гостеприимство, — пробасил граф, заглядывая в глаза, сияющие любовью.

Осторожно снял золотистую волосинку с румяных губ. И как она туда попала? Асира Бикентьевна любила носить волосы гладко зачёсанными в тугой хвост, от этого казалось, что её волосы приклеены к черепу намертво. Эльфийка моргнула.

— О, ради вас я… я… на всё готова, — почти простонала в исступлении преданности.

Андруш окинул женственные очертания её фигуры и вдруг подумал: эх, ещё бы одну ночь… Но этой самой ночи у него как раз и не было.

— Сердечно вам благодарен. Я пришлю вам открытку из Немфиса. Позвольте на прощанье вас обнять? По-дружески?

И он широко распахнул объятья. Тоненькая эльфиечка так и прильнула к его груди, сотрясаясь от сладостных вздохов. Поезд тронулся. Граф разжал объятья, кинулся за ним, запрыгнул враспахнутую дверь. Оглянулся: старенький вокзал будто закатывался куда-то вниз. Орк снял с головы цилиндр и помахал плачущей женщине, а когда та скрылась из виду, вынул звонякалку, нажал тайный номер, спрятанный под псевдонимом «очередной коллекционер древностей», и пробасил:

— Всё готово. Вас ждут на улице Энуреза, четыре. Асира Бикентьевна. Что? Нет, она считает вас юристом и согласилась приютить и помогать вам. Что? А, я пообещал оплатить её ученице Пасе колледж. Да, я предполагаю, что на заказчика можно выйти через эту Пасю. Нет, та женщина уверяла, что гимназистка не в курсе, но сами подумайте: как так случилось, что тот, кто снимал, оказался в нужном месте и в нужное время? Варианта, полагаю, только три: вышли через Пасю или через тех двух шельмецов, фотографии которых я вам уже высылал. Не думаю, что гимназистка знает обо всём, но вероятность, что за ней наблюдают или кто-то работает в её окружении… Да. Да. Что? Размер? Э-э-э… полагаю, троечка… А какая, собственно, разница, какой размер у Асиры Бикентьевны? На что это влияет?

Но ему уже не ответили: связь разъединилась. Андруш тупо уставился в звонякалку. Поезд въехал в зону «неслышимости». Пожав плечами, граф убрал аппарат в карман. Выдохнул. В конце концов, всё это неважно. Главное, чтобы Ужасный за помощь не затребовал бесценного Драфаэля, а уж остальное…

Орк-экскурсовод прошёл в своё купе, любовно поправил висящий над спальным местом фотографический портрет старинного замка, за которым и была спрятана картина великого макаранника. Теперь нужно было её как-то вывезти из Арусии и… И подождать на побережье Прекрасного моря, пока люди Ужасного разберутся с неприятной ситуацией, после чего можно будет вернуться и… Главное, чтобы поганец Обносский за это время не успел взорвать замок, в чьих подвалах, как уверяли старинные документы, сокровищ хватило бы не на одну такую вот картину.

Андруш лёг на полку, скинул с ног туфли, расправил пальцы с заскорузлыми кривыми когтями, блаженно потянулся. Уф-ф-ф… Всё же нет худа без добра: в Пирамидии не обязательно будет носить этот ужасный костюм цивилизованного существа! Одежда пирамидолога, исследователя древних пирамид, куда более свободна, легка и удобна.

Обнял подушку, почесал волосатую грудь, зевнул и уснул сном младенца.

А тем временем Асира Бикетьевна, прыгая по ступенькам перрона, вбивала в звонякалку таинственное сообщение:

«Объект А. отбыл. Просьба принять на Чухонском в-ле. Вагон № 7. В Х. прибудет человек объекта А. Считаю необходимым продолжить наблюдения здесь».

Ей ответили незамедлительно:

«Осюшки. Держите связь».

Эльфийка воровато огляделась. Где-то на горизонте, в стороне вампирского замка, полыхали молнии. Будет гроза. Провожающие и прибывшие поторопились раствориться в ночи. Свидетелей не было. Асира Бикетьевна вытащила из высокого каблучка туфельки-лодочки сигарету Черноморканала, подпалила её замаскированной под серёжку зажигалкой и с наслаждением затянулась.

— Интересно-интересно, — проворчала хриплым баритоном, — какое отношение ко всему этому делу имеет Пася?

Сплюнула, сняла туфельки и неспешно, вразвалочку направилась к дому, в котором жила, на улицу Энуреза, четыре. В очередной раз хохотнула мысленно над наивностью местных, обожающих звучные и красивые слова, чьё значение им было неведомо, и запрокинула лицо в звёздное небо, багровеющее всполохами.

Эх, хорошо вот так, без шпилек. Выбросить бы эти туфельки в мусорку! Но нельзя: каждый каблучок был заточен под нужным углом, каждая туфелька в случае необходимости могла выплюнуть наружу по три жалящих свинцом разрывных пули.