Чтение онлайн

Как только двери за девочкой захлопнулись, Айзек принялся за работу. Выбравшись наружу, он бросил беглый взгляд на окна агентства, пока направлялся к багажнику. Жалюзи были опущены, значит, жертва не сможет заметить как припаркованный у здания фургон, так и проворных действий травника. Остальных риэлторов, кроме той женщины, видно не было, но они в любой момент могли заявиться на работу. Именно поэтому нужно было действовать оперативно и незамедлительно.

Вытащив свой громоздкий рюкзак из багажника, Айзек почти бесшумно захлопнул его и в два прыжка вернулся в фургон. Жестом приказав Джессике и Каспару освободить для него место, он опустился на колени рядом с опустевшими сидениями и рывком расстегнул молнию рюкзака. Со скоростью света, умело работая руками, он вынимал различные колбочки разных форм, несколько трав, которые Молли уже видела, но больше таких, каких до сего момента созерцать ей возможности не представилось.

Закончив распаковку, травник принялся созидать, творить и готовить. В ту колбу, что поменьше, он насыпал семена мака, смешав их с совсем зелеными ягодами рябины, а в ту, что побольше, бросил несколько лепестков невиданного Молли ранее растения, затем еще одного, а также похожих на желуди или орехи, или на то и на другое плодов, размерами своими не превышающих ноготь мизинца.

Недавно проснувшийся Элвин настойчиво предлагал свою помощь, но сотрудник наотрез отказывался.

— Я должен сделать все сам, иначе не сработает, – пояснил свою позицию он, взяв мраморную маленькую ступу и принявшись измельчать в ней что-то пестиком. – Но, если тебе не сложно, можешь налить воды вот сюда. – Он протянул напарнику маленькую железную кастрюльку.

Открыв бутылку с водой, припасенную Бродячими псами под сидениями заранее, Элвин наполнил доверенную ему кастрюлю, вернув ее другу.

— Отлично, спасибо, – отозвался Айзек. – А теперь включи кипятильник и брось в нее.

Подключив к прикуривателю устройство, сотрудник опустил его в воду, завершив на этом свою бескорыстную помощь. Как только субстанция в ступке была измельчена, травник принялся ждать.

Через несколько минут вода в кастрюльке забурлила, и, погрузив вещество большой колбочки в кипевшую жидкость, Айзек принялся медленно помешивать ее содержимое. Ровно через тридцать секунд он добавил к лепесткам и плодам, теперь сморщившимся и мирно плавающим на поверхности, семена мака, продолжив помешивать их только уже немного быстрее. Заключительным ингредиентом было нечто похожее на смоляной порошок, за которым травник вскоре потянулся.

— Приготовьтесь, – предупредил он, правда, Молли не поняла, о чем именно.

Как только содержимое ступки коснулось воды, послышался мерзкий щелчок, и вся кипящая в кастрюльке жидкость изверглась вверх, словно из жерла вулкана, с такой силой, что раздула Айзеку волосы и заставила его прищуриться. На секунду в фургоне стало невыносимо жарко, пока вся вода покорно, до последней капли, не вернулась обратно.

Двери агентства по недвижимости хлопнули, и оттуда показалась Энии, вприпрыжку направлявшаяся к фургону. Как только ее миленькое личико показалось в кабине, Айзек подал голос, переливая отвар в специально отведенную для него определенных размеров колбу:

— Готово.

— Три, шесть, четыре, семь, Донна Драйв, – сообщила Энни полученный адрес, протянув руку в ожидании приготовленного отвара забвения.

Придерживая стекло кончиками пальцев, чтобы не обжечься, Айзек осторожно вручил колбу сотруднице. Молли наблюдала за тем, как малышка вновь скрывается в помещении уже вместе с Элвином, который должен был стереть все записи с камер наблюдения. Она убедит ту несчастную женщину выпить это, как когда-то Бродячие псы убедили в этом саму девушку. Жертва все забудет и обретет должный покой, которого наверняка с нетерпением жаждет. Тянущий ко дну груз с ее сердца спадет, а кошмары покинут, уступив место радужным снам. Так все и будет. Так и должно быть. Жаль только, что Молли не способна скинуть собственный, с каждой минутой все разрастающийся груз.

Дверь дома оказалась не заперта. Малколм не задумываясь толкнул ее вперед, ворвавшись внутрь первым. Странное предчувствие опасности охватило каждого лишь переступившего порог дома, даже Молли, которая прежде не испытывала ничего подобного. Что-то явно было не так.

Опустив руки на персональные оружия, Бродячие псы двинулись вглубь дома, дабы осмотреться и убедиться в отсутствии угрозы. Их лица выражали полнейшее хладнокровие, поражавшее девушку, ведь сама она готова была броситься к выходу, только бы почувствовать себя в безопасности. Чувство захлопнувшейся ловушки душило ее, сдавливая легкие и заставляя сердце биться в бешеном ритме. Сосредоточенность и непринужденность сотрудников изумляли, как и их спокойные, плавные движения вперед.

Первая комната. Пусто. Санузел. Ничего. Гостиная, та самая, где бедная женщина застала свою клиентку, пожирающую злобное существо, но даже она оказалась чистой. Видимо, жительница провела здесь генеральную уборку, тщательно избавившись от всего, что могло бы напоминать бесформенную кучу внутренностей или пятна алой крови.

Половицы скрипели, заставляя Молли всякий раз вздрагивать от страха и напряжения. Осталась только спальная комната. Она окажется пустой, как и предыдущие, девушка была уверена в этом, и эта уверенность даровала ей успокоение.

Дверь в комнату была распахнута настежь. Все спокойствие и твердая убежденность порядка рухнули в тот момент, когда Молли заметила широко выпучившиеся глаза Малколма, который стоял у дверного косяка комнаты, не решаясь войти внутрь. Случилось нечто ужасное, нечто невероятно страшное, нечто непоправимое. Девушка осознавала это скованным сознанием, но ноги автоматически продолжали нести ее к спальне.

Когда сотрудник заметил стремительные движения Молли в его направлении, то развернулся в коридор лицом, завопив приказным тоном:

— Немедленно остановите ее! Она не должна увидеть этого!

И она не увидела. Леви подхватил ее вовремя, не позволив заглянуть внутрь комнаты. Девушка заметила, как Джессика прижала к губам ладонь, прежде машинально поджав их. Увидела, как Энни переминается с ноги на ногу, покусывая губы и неотрывно смотря в спальню. Как Айзек схватился за лоб правой рукой, а левую запустил в волосы, поймав ей катящуюся по виску каплю пота. Как Каспар сжал рукоять секиры, а Элвин с Марлой взялись за руки. И лишь Иви Шевалье оставалась невозмутимо холодной и равнодушной. Без сомнения, Левай, держащий Молли под локти и не дающий ей заглянуть в комнату, тоже выражал безразличие. Девушка знала это, как и то, что там, куда ей не позволяют войти, произошло убийство.

Жестокое, ненавистное и до невозможности ужасное.

Развернувшись в комнату лицом, Малколм нахмурился. Этот огромный символ, выведенный на всей поверхности стены густой багровой кровью, напоминал роскошные крылья с множеством красиво выведенных перьев. Чуть выше красовался ангельский нимб, заключенный в звезду Давида, прославившуюся символом самого Бога в иудаизме. Чуть ниже оказалось коряво оставленное послание:

«Да будет мир наш, прогнивший и насквозь пропитанный тьмой, очищен от скверны. Бродячие псы, на каждом шагу своем вершащие грехи, искупят их собственной кровью, как эта нечестивая. Диктум мертв, следующими будете вы».