Чтение онлайн

«О-хо-хо, вот оно! – веселился про себя Игнатьев. – Что ответишь, Рудольф? Как отреагируешь? Сыграешь дурачка или попробуешь оправдаться, или на ходу придумаешь какую-нибудь ложь? Не тяни, я сгораю от нетерпения!»

– Роттер действительно приходил ко мне, – спокойно произнёс Муратов. – Он просился на службу, но я ему отказал.

«Импровизированная ложь! Очевидный выбор».

– Отказали, значит, – хмыкнул Высоцкий. – И после этого он по какой-то причине решил напасть на людей Градова и его самого.

– Вы позволите и мне быть откровенным, ваше превосходительство? – спросил Муратов и, получив утвердительный кивок, продолжил: – Я думаю, что всё это был хитрый план графини Карцевой. Начиная от атаки на тюрьму, где она пыталась отомстить Михаилу Градову за смерть отца, заканчивая недавними нападениями.

– А вас она, выходит, хотела подставить? – хмыкнул Сергей Михайлович.

– Жаль признавать, но мы считаем, что да, – подал голос Альберт.

– Вот как, – Высоцкий откинулся на высокую спинку своего кресла. – Значит, оба ваших союзника действуют по своему усмотрению, не советуясь с лидером альянса.

– Оба? О чём вы? – буркнул Муратов.

«И вот оно! Неожиданный поворот перед кульминацией пьесы», – Игнатьев мысленно рассмеялся.

– Нападение на Базилевского организовал барон фон Берг, – сказал генерал-губернатор.

Лицо Рудольфа напряглось, ногти коротко скрипнули по подлокотникам кресла. Советник искоса наблюдал за ним, наслаждаясь произведённым эффектом.

– И вы… у вас есть доказательства? – спросил Муратов.

– Да. Генрих Карлович подкупил помощника прокурора и нанял головорезов. Полиция нашла посредника, который помогал ему со всем этим. Тот признался, что ему заплатил фон Берг.

– Мне об этом ничего не известно, – проговорил граф.

– Понимаю, ваше сиятельство. Но это не снимает с вас ответственности. Лидер альянса – вы. Согласно закону, вам предстоит ответить за это преступление! – Высоцкий снова хлопнул по столу, будто судья, объявляющий приговор.

«Браво, генерал-губернатор! Превосходное выступление, – Альберт про себя аплодировал. – Особенно учитывая, что все доказательства против фон Берга сфабрикованы. Может, это и не он хотел убить Базилевского… Хотя, скорее всего, он. Ведь если не Муратов – кто же ещё?»

Рудольф глубоко, медленно вдохнул и выдохнул, прикрыв глаза.

– У вас нет сомнений, что это Генрих Карлович устроил покушение? – спросил он.

– Ни малейших, – отрезал Высоцкий.

– Что ж. Я поговорю с ним сегодня же.

– Делайте с ним что хотите, – взмахнул рукой генерал-губернатор и тут же добавил: – В разумных пределах, конечно. Но попытка убийства господина Базилевского будет добавлена к делу против альянса. Отвечать в первую очередь вам.

– Я понимаю, – натянутым, как струна, тоном произнёс Муратов.

– Что касается действий капитана Роттера…

– Это Карцева, – перебил Рудольф. – Мы в этом убеждены.

– К сожалению, да, ваше превосходительство, – подтвердил Игнатьев. – Эмилия Романовна давно мечтает выйти из альянса, вам это известно. Похоже, что она решила пойти на грубейшую провокацию и подставить моего господина. Не удивлюсь, если в ближайшие дни она объявит о выходе из альянса и обвинит графа Муратова в клевете.

– Поневоле можно запутаться, – хмыкнул Высоцкий. – Все обвиняют друг друга, а кто на самом деле виноват?

– Думаю, вашему превосходительству это известно – виноват тот, кто проиграл. Правда относительна, – позволив себе лёгкую усмешку, сказал Альберт.

– Действия графини Карцевой я расцениваю как предательство! – выпятив грудь, произнёс Муратов. – Я сам выгоню её из альянса и прошу у вас позволения… – крошечная пауза, чтобы набраться решимости, – объявить роду Карцевых войну.

Сергей Михайлович поднял брови, так искренне изображая удивление, что Игнатьев чуть не прыснул. А ведь генерал-губернатор прекрасно знал, что граф попросит его об этом.

– Вы уверены, Рудольф Сергеевич? Вы и так в состоянии войны с Градовыми. Теперь хотите воевать ещё и с бывшим союзником?

– У меня нет выбора. Карцева запятнала честь альянса и мою лично. Я заставлю её ответить.

Высоцкий задумчиво надул губы и постучал пальцами по подлокотнику своего роскошного кресла. Муратов ждал ответа с нетерпением. Советник тоже изображал напряжение, хотя прекрасно знал, что ответит генерал-губернатор.

– Вопросы чести порой не решить иначе, как кровью, – начал тот. – Однако вам не стоит торопиться. Слишком много громких событий случилось за последнее время. Скажу вам по секрету, Совет Высших недоволен затянувшейся войной.

– Я ничего об этом не слышал, – сказал Рудольф, намекая на то, что у него тоже есть связи в Совете.

И это была правда – графиня Муратова состояла в дальнем родстве с одним из Высших. Но в родстве настолько дальнем, что это вряд ли могло считаться серьёзным аргументом в дворянских играх. В своё время правители Российской империи пошли навстречу Муратову и признали Градовых изменниками лишь потому, что им самим по какой-то причине было это выгодно.

«Уверен, здесь не обошлось без великого князя Островского, – подумал Альберт. – Александр Градов часто вспоминал, что в них течёт кровь великих князей, и намекал, что намерен побороться за титул. Потому его и позволили устранить».

– Тем не менее, – веско произнёс генерал-губернатор. – Без позволения Совета я не могу выдать вам разрешение на ещё одну войну.

«Можешь, конечно, – хмыкнул про себя Игнатьев. – Тем более что повод имеется. Это для Градовых пришлось состряпать обвинение в государственной измене, ведь их требовалось уничтожить».

– Мне кажется, на столь мелкий конфликт Высшие не обратят внимание, – вкрадчиво сказал Муратов. – Ослабление рода Карцевых будет всем на руку. Графиня слишком вспыльчива, нельзя позволить ей обладать большой силой.

– С этим я вынужден согласиться, – кивнул Высоцкий. – Будет неплохо, если род Карцевых лишится части активов… А ещё лучше – если они лишатся Очага.

«Это называется торги. Генерал-губернатор подразумевает простые вещи: завоюйте земли и отдайте их мне. Себе заберите Очаг. Если такой вариант вас устраивает, то я дам разрешение на войну, – подумал советник и перевёл взгляд на Муратова. – Соглашайся, Рудольф. Позволь втянуть себя в ещё один конфликт».

– Вы правы, Сергей Михайлович, – помедлив, сказал граф. – Но земли Карцевых мне ни к чему, я буду готов продать их на аукционе, когда завоюю. Что касается Очага… Чем меньше сильных магических родов, тем лучше.