Чтение онлайн

Королева заболела внезапно. Уже прошло пять лет, но я до сих пор помню её лицо. Покрытое язвами и нарывами, оно всё равно оставалось прекрасным, с волевым взглядом и без страха смерти. Чувствуя, что осталось совсем немного, Элиана призвала меня и попросила позаботиться о её детях. Особенно о самом бедовом, но и самом любимом младшеньком - Герхарде.

И я старалась! Видит Единый, как я старалась! Но двух старших принцев не уберегла…

После этих слов баронесса Бельфо поднялась и подошла к окну. Делала вид, будто что-то внимательно разглядывает за ним. Но я точно знала - она плачет. Специально отвернулась, чтобы я не видела её слёз, её слабости.

– Вы не могли предотвратить то, что не в вашей власти, - попыталась я немного утешить женщину.

– Да, - через какое-то время справившись с эмоциями, повернулась Бельфо с абсолютно сухими, но явно покрасневшими глазами.
– Но рана на душе всё равно серьёзная. Быть может, веди я себя в страшные дни смертей принцев как-то по-иному: отвлекла бы одного от прогулки в море, а другого от охоты, все остались бы живы.

– Извините, но вы не гадалка.

– И это знаю. Ещё я знаю, что мой мальчик, мой Герхард сегодня тоже мог погибнуть. А вы второй раз его спасли.

– Не спасла, а помогла в бою, - пояснила я.
– Это абсолютно другое. А в беседке, как вы знаете, скорее всего, хотели убить меня.

– Неважно. В обоих случаях вы, прежде всего, думали о безопасности Герхарда. И рисковали ради него своей жизнью, не зная, кто главная цель. Поэтому, Ваша Светлость… Недавно вы предложили общение без титулов, как это принято среди близких людей. Признаться, вначале я не поняла вашего характера и отнеслась предвзято. Скажу больше. Абсолютно не понравились своей, скажем так: чрезмерной прямолинейностью и небывалым упрямством.

– Как вы когда-то королеве Элиане?

– И как она мне - тоже, - впервые за весь разговор улыбнулась Бельфо.
– Не поверите, но в первые месяцы службы во дворце я строила планы побега. В хижине жить казалось намного приятнее, чем находиться рядом с вечно отчитывающей королевой. Причём в таких жёстких выражениях, что иногда расплакаться хотелось. Лишь потом стало доходить, что меня не унизить хотели, а пытались сделать лучше. И я стала учиться.

Госпожа Бокори. Извините, что постоянно прерываюсь на воспоминания. Я давно ни перед кем так не откровенничала, вот и прорвало. Если вы ещё не против, то готова от чистого сердца принять ваше предложение простого общения. Подруга в силу возраста из меня так себе, но поверьте, не пожалеете.

– Хорошо, тётушка Ирис, - встав, протянула я женщине кружку.
– Предлагаю скрепить наш союз бокалом этого благородного напитка. Предлагаю тост! За связь поколений!

– Прекрасный тост, Адель, - рассмеялась женщина, салютуя молоком.
– Как, очень надеюсь, и наш союз!

– Тогда, быть может, и на Ты перейдём? Во всяком случае, вы так меня называть можете. Я же намного младше.

– Не будем настолько далеко заглядывать, - как-то странно улыбнувшись, произнесла Ирис.
– Но… Я надеюсь на лучшее. И раз у нас начинают зарождаться доверительные отношения, отвечу на вопрос о Эоле.

Эола Малеш. Прекрасная девушка. Герхард с ней познакомился ещё в детстве, так как барон Малеш часто бывал во дворце, активно помогая сначала королю, а потом и королеве. Детская дружба между молодыми людьми переросла в иное чувство. Настолько глубокое, что Эола отправилась вслед за Герхардом на границу, в Керский треугольник. Уже никто не сомневался, что эти двое в скором времени окажутся в храме Единого, чтобы стать мужем и женой.

– Баронесса и принц правящей династии?
– удивилась я.
– Не слишком ли серьёзный мезальянс?

– Ничуть. Не забывайте, что Герхард был всего лишь третьим в очереди на трон. Иными словами, он только чудом мог взойти на него. К тому же, по нашим законам любая аристократическая кровь может влиться в королевскую. Лишь бы была нашей, гербийской. Исключение составляют “бумажные” жёны. Но эту уловку, как вы знаете, настолько редко применяют, что заострять внимание не буду.

Признаться, ненавижу “бумажные” браки. Конечно, у правителей прошлого были веские причины ввести их, но в моих глазах всё выглядит как торговля детьми ради политических выгод. Да и сами жёны, простите, выглядят не лучше портовых девок. Только и разница, что торгуют знатным телом за огромные деньги, а не за жалкие медяки. Ну, или как вы, являясь невольницами обстоятельств, готовых на всё ради сохранения жизни или титула. Поэтому изначально и отнеслась к вам, Адель, очень предвзято.

– Я искупаю вину родителей, предавших страну, - пояснила я.

– Неважно сейчас. Слушайте про Эолу Малеш. Свадьба между ней и принцем действительно была назначена. До неё оставалось чуть более месяца, когда Эола погибла. Попала под горный обвал вместе с тремя сопровождающими воинами. В эти дни я не видела Герхарда, так как он служил на границе, а я находилась здесь, в столице. Но Эрих долго приводил его чувство.

За три года всё вроде бы улеглось, но я чувствую, что сердце Герхарда до сих пор кровоточит. Он не подаёт вида. Только меня сложно обмануть. Поэтому постарайтесь при нём никогда не заводить разговоры о баронессе Малеш. И очень прошу вас не говорить о нашем сегодняшнем разговоре. Пусть все мои откровения останутся в этой комнате.

– Конечно, - кивнула я.
– Всё останется исключительно между нами. А тот холм, как я понимаю, был излюбленным местом их встреч?

– Да, Адель. Поэтому я и удивилась, что вы оказались на нём. К сожалению, мне пора исполнять свои обязанности. Должна вас предупредить, что сегодня на ужин вы приглашены в королевскую библиотеку.

Тётушка Ирис ушла, но её признания ещё долго отдавались эхом в моей душе. В нашей с Адель. Потому что моя подруга искренне плакала своими эмоциями, жалея всех. И впервые мне не хотелось останавливать её. За простыми словами баронессы скрывалось столько боли и надежды на лучшее, столько страшных пережитых дней и настоящая сила духа. Кто терял близких, тот поймёт, насколько тяжело жить с подобным грузом на сердце. Я и Адель понимали…

Постепенно эмоции улеглись, и мысли вернулись к сегодняшнему дню. Выводы получились тревожные. Кто-то очень близкий к королю, знавший его жизнь, привычки и увлечения, являлся предателем. Иначе невозможно было предугадать, какую альтернативу охотничьему домику выберет Герхард.

Отважиться вернуться на место своего безоговорочного счастья он мог лишь в одном случае - в случае, когда будет чувствовать себя комфортно со спутницей. То есть со мной. Предателю это тоже было понятно.

Значит, я для короля не простая пустышка? Честно говоря, по его эмоциям не могла понять истинного отношения, но очень хочется верить, что это так. Почему-то для меня очень важно быть не одной из “бумажек”. Да чего лукавить? Просто быть “одной из” не хочется. Я видела короля спящим. Я наблюдала за ним в бою и после. Он мужчина, умеющий сочетать бархат и сталь. Умный человек, способный прислушиваться к чужому мнению и без тупорылого упрямства признавать свою неправоту.

А отношение солдат? В бою могут правителя целой страны чуть ли не матерком “облагодетельствовать”. Но при этом столько уважения, столько неподдельной заботы получает Герхард от подчинённых. К нему относятся не как к знатному вельможе, а словно он близкий родственник, брат. Такого нельзя добиться ни присягой, ни жаждой выслужиться, ни преданным фанатизмом. Это очень тонкие материи, где нет ничего, кроме искренних душевных порывов.

Да и со мной Герхард тоже себя ведёт странно. Мгновенно переключается с велеречивости на панибратский стиль. Словно я одна из его воинов. Словно сам до сих пор не разобрался, кто я больше для него: подруга или навязанная политикой жеманная аристократка. Последнего явно не хочет. И я не хочу… И Адель тоже.