Чтение онлайн

Я посмотрела на семью беличьих обезьян, беспокойно устроившихся на ветвях соседнего дерева. Они казались встревоженными, нервно переминаясь, но еще не отступили в укрытие. Попугаи все еще проносились по небу, их яркие цвета ловили угасающий солнечный свет. Обычно джунгли становились жутко тихими за час или около того до прихода шторма. Судя по поведению животных и моим собственным инстинктам, у нас, вероятно, было два часа — три максимум — до того, как он достигнет нас.

Этого должно было хватить.

«Я считала, и минута прошла, — объявила Беа. — Так что я полезу по лестнице, если ты не спустишься, окей?»

Я позволила глазам в последний раз скользнуть по великолепному виду, затем спустилась по лестнице и приземлилась на платформу внизу. Моей трехлетней сестре, ростом меньше трех футов, было бы трудно самой взобраться по широким перекладинам лестницы, но я не хотела искушать ее попробовать.

Беа стояла у перил, прислонив голову к деревянной балке и угрюмо уставившись на деревья, но, когда я приземлилась, она повернулась и уперла одну маленькую руку в бок. Ее пухленькое лицо все еще было испачкано землей с того момента, когда она помогала нашей маме с клумбами, а ее мохово-зеленые глаза сверкали неодобрением.

«Наконеец-то, — сказала она, испуская драматичный вздох.

Я закатила глаза. «Дерзкая. Я не так уж долго была наверху».

«Да, но сегодня День Основателей, и нам еще надо сделать мне прическу!» Она дернула за одну из своих рыжевато-коричневых косичек. Затем ее мягкий лоб нахмурился от беспокойства. «Шторм точно будет?»

Мой желудок сжался, когда я кивнула. «Точно».

Она сморщила свой носик-пуговку, скривившись, и я повторила ее выражение.

День Основателей был, как следует из названия, днем, когда наше сообщество собиралось вместе, чтобы помнить и праздновать наших первых поселенцев. Мы обычно собирались вокруг костровой ямы на крыше общественного зала, где пировали, танцевали, рассказывали истории и воздавали благодарности тем, у кого хватило предвидения дать нам всем будущее. Я читала о традиции под названием День Благодарения, практиковавшейся в старые времена, и полагала, что это было немного похоже.

В этом году все планы на крыше отменялись из-за шторма, но, несмотря на надвигающуюся опасность, мы все равно попытаемся повеселиться. День Основателей был слишком важен, чтобы позволить погоде испортить нам настроение.

«Ты же знаешь, что на твою любимую прическу уходит всего три минуты, правда?» Я присела перед сестрой и жестом показала ей забраться ко мне на спину. Она обвила руками мою шею, а маленькими ногами — мою талию, пока я застегивала ее мини-шлейку к моей.

«Дольше, если делать как надо, — громко прошептала она прямо мне в ухо, ее маленькие влажные губы щекотали внутренность уха, заставляя меня непроизвольно хихикнуть.

«Эй! Я же говорила не делать этого».

Она хихикнула, затем приложила небрежный мокрый поцелуй к моей щеке, ее руки сжали мою шею так сильно, что почти перекрыли дыхание.

«Успокойся, маньячка, — сказала я, хватая ее руки и слегка ослабляя хватку. — Если только ты не хочешь кубарем скатиться *туда*...» Я указала на двухсотфутовый обрыв к земле джунглей прямо за барьером платформы. «Никаких Дней Основателей ни для кого из нас».

Она наклонилась вперед, чтобы посмотреть на обрыв, ее лицо на мгновение стало серьезным, а затем ее улыбка до ушей вернулась. «Ладно, вперед, обезьяна, вперед!» Она брыкала ногами по бокам моей талии, словно подгоняя лошадь.

Вздохнув, я шагнула к краю платформы.

Обезьяна.

Я была почти уверена, что ее послали боги, чтобы испытать меня... или замучить... или что-то в этом роде, но должна была признать, что это была сладкая мука. Надеюсь, я буду чувствовать то же самое, когда она станет подростком, хотя в этом я сомневалась.

Я потянулась к одной из четырех тросовых переправ, соединявших дозорную вышку с остальной сетью наших домов на деревьях, и пристегнула ее висячий карабин к своей шлейке. Затем, перепроверив, что Беа надежно закреплена, я оттолкнулась.

Ее визг немедленно пронзил мои барабанные перепонки — звук, к которому они уже привыкли. Несмотря на то что она пользовалась тросовой переправой как минимум десять раз в день, путешествуя в школу и обратно, в общественный зал, где все ели вместе, или в прачечную, где она иногда помогала маме, она всегда визжала от восторга.

Наше сообщество образовывало сложную сеть домов на деревьях, соединенных иногда мостиками, но тросовые переправы были нашим предпочтительным средством передвижения. Мы проводили большую часть жизни, избегая земли из-за хищников, рыскающих внизу.

Эта конкретная переправа вела прямо к нашему дому, соединяясь напрямую с нижней платформой дозорной вышки — одна из причин, почему я так привязалась к тому месту. Легкая доступность означала, что я провела там бесчисленные часы за эти годы, устраивая пикники с семьей и друзьями, эхо детского смеха все еще витало в памяти.

Я вдохнула свежий, ароматный воздух, наслаждаясь все еще спокойным ветром на коже, пока мы скользили последние дюжины футов, наши ноги болтались над морем листьев. Когда мои ноги коснулись посадочной палубы нашего дома на дереве — узкой двухэтажной конструкции, содержащей две спальни, ванную и гостиную, — меня встретил пьянящий аромат свежих цветов.

Я отстегнулась от троса и отнесла Беа к нашей входной двери, где поставила ее на ноги. Сняла с нее шлейку, затем свою, и положила их у двери, прежде чем толкнуть ее открыть. Букеты покрывали весь пол нашей гостиной, собранные моей мамой для украшения на День Основателей.

Голоса моих родителей доносились из входа в спальню на другой стороне гостиной.

Я замерла. Звучало так, будто они спорят, или, по крайней мере, в их голосах была напряженная нотка. Мои родители редко ссорились, и к тому же праздничный день. Может, надвигающийся шторм действовал им на нервы тоже.

Я пробралась через комнату, стараясь не раздавить ни одного лепестка, и остановилась прямо перед дверью в комнату родителей.

«— так ли дело и уверены ли мы?» — спрашивала моя мама.

«Как я уже сказал, Джордж и остальные члены комитета уверены, что это случайность, поэтому еще никто не посылал разведчиков проверить их. Их праздник обычно на день раньше нашего. Кто-то, наверное, напился и натворил глупостей».

«Разведчики» — термин, который мы использовали для тех, кто путешествовал между соседними колониями. Они рисковали каждые месяц или около того, торгуя припасами и обмениваясь новостями и информацией.

Но *что* было случайностью?

Если предположить, что шторм пройдет за ночь, завтра я должна была присоединиться к команде разведчиков в поездке в ближайшую колонию на севере, где жила моя беременная кузина Зина. Я не видела ее как минимум три месяца.

Я постучала в дверь и толкнула ее.

Мои родители стояли друг напротив друга по разные стороны кровати. Зеленые глаза мамы встретились с моими. Ее смуглое лицо быстро смягчилось в улыбке, руки небрежно поднялись, чтобы собрать кудрявые волосы в пучок.