Акмеисты. Стихотворения
Шрифт:
«Не мучнистой бабочкою белой…»
«Ещё не умер ты, ещё ты не один…»
«Где связанный и пригвождённый стон…»
«Я в львиный ров и в крепость погружён…»
Стихи о неизвестном солдате
1
Этот воздух пусть будет свидетелем,Дальнобойное сердце его,И в землянках всеядный и деятельныйОкеан без окна – вещество.До чего эти звёзды изветливы!Всё им нужно глядеть – для чего? —В осужденье судьи и свидетеля,В океан без окна, вещество.Помнит дождь, неприветливый сеятель,Безымянная манна его,Как лесистые крестики метилиОкеан или клин боевой.Будут люди холодные, хилыеУбивать, холодать, голодать, —И в своей знаменитой могилеНеизвестный положен солдат.Научи меня, ласточка хилая,Разучившаяся летать,Как мне с этой воздушной могилоюБез руля и крыла совладать.И за Лермонтова МихаилаЯ отдам тебе строгий отчёт,Как сутулого учит могилаИ воздушная яма влечёт. 2
Шевелящимися виноградинамиУгрожают нам эти миры,И висят городами украденными,Золотыми обмолвками, ябедами,Ядовитого холода ягодами —Растяжимых созвездий шатры —Золотые созвездий жиры…3
Сквозь эфир десятичноозначенныйСвет размолотых в луч скоростейНачинает число, опрозраченныйСветлой болью и молью нулей.И за полем полей поле новоеТреугольным летит журавлём —Весть летит светлопыльной обновоюИ от битвы вчерашней светло.Весть летит светопыльной обновою:– Я не Лейпциг, не Ватерлоо,Я не битва народов, я новое,От меня будет свету светло. 4
Аравийское месиво, крошево,Свет размолотых в луч скоростей,И своими косыми подошвамиЛуч стоит на сетчатке моей.Миллионы убитых задёшевоПротоптали тропу в пустоте, —Доброй ночи, всего им хорошегоОт лица земляных крепостей.Неподкупное небо окопное, —Небо крупных оптовых смертей —За тобой, от тебя, целокупное,Я губами несусь в темноте —За воронки, за насыпи, осыпи,По которым он медлил и мглил:Развороченных – пасмурный, оспенныйИ приниженный гений могил. 5
Хорошо умирает пехота,И поёт хорошо хор ночнойНад улыбкой приплюснутой Швейка,И над птичьим копьём Дон-Кихота,И над рыцарской птичьей плюсной.И дружит с человеком калека:Им обоим найдётся работа.И стучит по околицам векаКостылей деревянных семейка —Эй, товарищество – шар земной!6
Для того ль должен череп развитьсяВо весь лоб – от виска до виска, —Чтоб его дорогие глазницыНе могли не вливаться в войска.Развивается череп от жизниВо весь лоб – от виска до виска, —Чистотой своих швов он дразнит себя,Понимающим куполом яснится,Мыслью пенится, сам себе снится —Чаша чаше, отчизна – отчизне, —Звёздным рубчиком шитый чепец,Чепчик счастья – Шекспира отец. 7
Ясность ясеневая и зоркость явороваяЧуть-чуть красная мчится в свой дом,Словно обмороками затовариваяОба неба с их тусклым огнём.Нам союзно лишь то, что избыточно,Впереди – не провал, а промер,И бороться за воздух прожиточный —Это слава другим не в пример.И сознанье своё затовариваяПолуобморочным бытиём,Я ль без выбора пью это варево,Свою голову ем под огнём?Для того ль заготовлена тараОбаянья в пространстве пустом,Чтобы белые звёзды обратноЧуть-чуть красные мчались в свой дом?Слышишь, мачеха звёздного табора —Ночь, что будет сейчас и потом? 8
Наливаются кровью аорты,И звучит по рядам шепотком:– Я рождён в девяносто четвёртом,Я рождён в девяносто втором…И, в кулак зажимая истёртыйГод рожденья с гурьбой и гуртом,Я шепчу обескровленным ртом:– Я рождён в ночь с второго на третьеЯнваря в девяносто одномНенадёжном году, и столетьяОкружают меня огнём.Георгий Адамович
(1892–1972)
«Звенели, пели. Грязное сукно…»
Поделиться с друзьями: