Чтение онлайн

Один из альф-послушников сел на переднее сидение, другой — рядом со мной. И хотя он не сказал ни слова, мне мгновенно стало ясно, что если Йон попытается выкинуть какой-нибудь фортель — например, выпрыгнуть на ходу из машины, — достанется за это мне. В сравнении с лапищей церковника моя собственная рука казалась почти детской, и я почти могла представить себе звук, с которым она сломается, если он сдавит ее посильнее.

— Отец Евгений дал нам два часа, — гулким низким голосом сообщил послушник, что сидел впереди.

— Я думал, мы договорились, что вернемся завтра, — сдвинул брови мой спутник.

— Он сказал, что если вы начнете упрямиться, мы имеем право применить силу, — словно не слыша его, продолжил тот. — Собирайте свои вещи быстрее. Не хотелось бы попасть в вечернюю пробку.

Йон снова открыл было рот, но тут же с досадой его захлопнул, плотно сжав губы. Не знаю, что он планировал до этого момента, но, кажется, сейчас ему пришлось кардинально пересмотреть свой план. Я сидела молча, вжавшись спиной в сидение, и на данном этапе молила Великого Зверя только об одном — чтобы Джен еще не вернулась домой. С ее вспыльчивостью она могла бы запросто ввязаться в потасовку с этими двумя, а ей и так уже досталось из-за меня. Утренние слова Йона о том, что мне следует оставить мою альфу ради ее же собственного блага, внезапно заиграли новыми красками.

Мои молитвы были услышаны — когда мы прибыли на место, я не увидела машину подруги на ее обычном месте и сделала вывод, что та еще не вернулась от Макса. Или уже вернулась и снова куда-то уехала. В любом случае дома ее не было, а значит… Что это значило? Что мне следовало сообщить ей о том, что меня похитила Церковь? Попросить ее позвонить в полицию? Да как будто копы станут связываться со священниками! Себе дороже. Но если я просто исчезну без следа, Джен с ума сойдет от беспокойства.

— Что ты делаешь? — сдержанно поинтересовался Йон, когда, закрыв на хлипкую щеколду дверь своей спальни, я вытащила из сумки наполовину разрядившийся телефон.

— Сочиняю наиболее правдоподобную байку о том, куда я собираюсь исчезнуть на ближайшее время, — отозвалась я, не глядя на него и напряженно морща лоб. — Зверь их дери, она ни за что не поверит, что я уехала куда-то, не попрощавшись и собрав вещи в такой спешке. Решит, что ты меня принудил силой или вроде того. И точно пойдет в полицию.

— Твоя подруга не из робкого десятка, да? — хмыкнул он, но глаза его оставались очень серьезными.

— Джен всех там на уши поставит, сдаст тебя со всеми потрохами и заставит их весь город перерыть, чтобы найти нас. Я так не хочу врать ей, но я…

— Так не ври, — пожал плечами альфа. — Скажи все, как есть. Если у нее есть голова на плечах, она не станет связываться с Церковью, разве не так?

— Я… Я не знаю. Наверное. У меня самой голова совсем ничего не соображает. Там как будто набатный колокол звонит, не переставая.

— Дай сюда телефон и собирай вещи, — скомандовал Йон, словно поняв, что я готова сесть на кровать и расплакаться от собственного бессилия. — Бери только самое необходимое.

— Неужели мы правда позволим этим святошам запереть нас? — не поверила своим ушам я. — Ты действительно настолько им веришь?

— Хана, не сейчас, — отрезал он. — Давай телефон и делай, что я говорю.

Его запах стал настойчивее, резче, но в отличие от запахов других альф он не вызывал у меня тошноты, головокружения или неприятной тяжести внутри. Наоборот, он словно подбадривал и подстегивал меня, разгоняя густой душный полумрак, царящий в моих мыслях. Я кивнула и, послушно отдав ему свой смартфон, полезла в шкаф за спортивной сумкой, с которой приехала в эту квартиру почти два года назад. Пока молодой альфа что-то сосредоточенно печатал, я успела скидать в нее кое-какие вещи, осознав в какой-то момент, что даже не выбираю что-то, а просто хватаю первое, что попадется под руку.

— Готово, — наконец выдал Йон, протягивая мне телефон обратно. С некоторым тревожным предчувствием открыв мессенджер, в котором он писал, я пробежала глазами отправленное им сообщение. Оно гласило, что мы нашли способ избавиться от метки, но он потребует определенного времени, которое нам придется провести в горном монастыре в молитвах и медитациях. И что я опасаюсь, что там не будет ловить связь.

— Это же бред чистой воды! — выкатила глаза я.

— Это та правда, которая даст нам время, — отрезал он. — Сейчас она, скорее всего, начнет задавать тебе вопросы, так что успокой ее.

— Но…

— Она твоя альфа, — раздраженным низким голосом произнес он. — Будь хорошей омегой и убеди мамочку спустить тебя с поводка. Они почувствуют ложь, когда будут допрашивать ее.

— О чем ты вообще говоришь?

— Хана!

Мое собственное имя, произнесенное им с такой досадой и в то же время таким неприкрытым отчаянием, произвело на меня мгновенный магический эффект. Я вдруг осознала, что все это время полагалась на вчерашнего мальчишку, который, может, и умеет строить из себя сурового смелого альфу, но в действительности же увяз в этом точно так же, как я сама. И то, что он не понаслышке знаком с опасностью, что блуждает по темным улицам, вовсе не означало, что его так же, как и меня, не захлестывала паника при мысли, что будет, когда нас снова запрут в том пропахшем сыростью склепе.

— Я все сделаю, — кротко произнесла я. — Все будет хорошо.

От удивления внезапной переменой в моем настроении он даже на пару секунд замер, подняв брови и приоткрыв рот, но потом кивнул и снова начал мерить маленькое пространство спальни широкими нервными шагами.

Конечно, Джен позвонила мне сразу же, как прочитала сообщение Йона. Стараясь не говорить слишком громко, чтобы громилы-послушники, обретающиеся где-то в нашей гостиной, не услышали все от и до, я, как могла, постаралась ее успокоить. На самом деле меня саму удивило то, как спокойно и даже оптимистично звучал мой голос. Быть может, это выразительное восклицание Йона на меня так подействовало или же подсознательно я понимала, что сейчас от моей выдержки зависит безопасность Джен, но мне удалось сыграть свою роль на отлично.

— А твоя работа? А как же все наши планы? Хани, тут такое творится, я… Мне очень нужно поговорить с тобой обо всем. Мы никак не сможем увидеться до вашего отъезда? — Ее голос иногда сбивался и почти терялся за помехами, и каждый раз у меня беспокойно сжималось сердце при мысли, что связь сейчас совсем прервется.

— Я не хочу откладывать, — проговорила я, прижавшись лбом к прохладной стене и прикрыв глаза. — Эта метка уже все соки из меня выпила. Я хочу покончить с этим, ладно? Чем скорее, тем лучше. Они могут отвезти нас на вокзал прямо сейчас, и я хочу поехать, понимаешь? Джен, я хочу, чтобы этот кошмар в моей жизни закончился.

Я знала, что она не сможет устоять против слез, звенящих в моем голосе. Знала, что, как всегда, моя дорогая подруга поставит мое спокойствие выше собственного. В конце концов она любила меня — так, как только альфа может любить омегу, которая никогда ей не достанется.

— Хорошо, Хани, — вздохнула она. — Я обо всем позабочусь, ладно? Но ты ведь… ты ведь отправишь весточку, как сможешь? Я буду очень скучать без тебя, малышка.

— Я тоже буду скучать, — кивнула я, закусив губу, чтобы сдержать уже настоящие слезы, а после отключилась. Постояв еще несколько секунд неподвижно, чтобы совладать с эмоциями, я обернулась и увидела Йона, замершего с моей сумкой в руке около открытого окна. С улицы ощутимо тянуло ноябрьским холодом, и полупрозрачные занавески зябко дрожали на ветру.