Чтение онлайн

Мне вдруг изо всех сил захотелось узнать, что есть Алиса…

А что это за девочка и где она живёт?

А вдруг она не курит, а вдруг она не пьёт?..

На следующий день еду в больницу, где работает Алиса. Уточняю у регистраторов, когда она освободится, и жду на улице. Минут через пятнадцать девушка выходит.

— Александр Сергеевич? Добрый вечер, — она смотрит на меня с тревогой. — Что-то случилось? Что-то с Кириллом?

— Алиса, здравствуйте, — улыбаюсь. Странно. Я действительно рад её видеть. — Нет, не волнуйтесь: с Кириллом всё в порядке. Таблетки пьём, диету соблюдаем, всё хорошо.

Вижу, как Алиса облегчённо выдыхает.

— Фу-у-ух, здорово! Я очень рада, — улыбается и смотрит на меня. — А зачем Вы приехали?

Усмехаюсь.

— Я понял, почему Вы отказались идти со мной на свидание, — Алиса иронично улыбается, а я смеюсь. — Только такой дебил, как я, мог поверить в то, что у Вас психиатрический диагноз.

Алиса хохочет, запрокинув голову назад.

— Но Вы же всё-таки догадались, что я Вас обманываю, да?

Отрицательно качаю головой.

— Нет. Кирилл сказал.

Алиса вновь смеётся:

— Тоже неплохо.

Я внимательно смотрю на девушку.

— Алис, пойдём в кино? — так просто перехожу на “ты”.

Она не отвечает, лишь грустно качает головой.

Но я не сдаюсь:

— А если я угадаю фильм, на который ты хочешь сходить?

Алиса удивлённо приподнимает брови, но неожиданно соглашается:

— Давай.

Я точно дебил.

Потому что я даже не знаю, что сейчас идёт в кинотеатрах. Мимо проезжает автобус с рекламой известного мультфильма.

Абсурд.

– “Мышки-мартышки”, - выпаливаю я, поражаясь собственной глупости.

Глаза Алисы округляются:

— Да ладно, — тихо шепчет девушка.

Когда Пушкин предложил отгадать фильм, на который бы я хотела сходить, я тут же согласилась.

Во-первых, я понятия не имела, что сейчас идёт в кинотеатрах, потому как сто лет там уже не была.

Во-вторых, в голове вертелось лишь название известного мультфильма, продолжение которого вышло на днях. Вообще я не смотрю мультфильмы, особенно современные, но именно этот в прошлом году увидела по телевизору и “залипла”. “Мышки-мартышки” оказались жутко смешными, и я даже подумывала сходить на продолжение, но, естественно, не отслеживала выход второй части. А сейчас, почему-то, название этого мультфильма пришло в голову.

– “Мышки-мартышки”! — выпаливает Пушкин и, смешно округлив глаза, смотрит на меня.

При всём желании я — не актриса. И не смогла бы скрыть своего бескрайнего удивления от того, что случилось.

Видимо все мои эмоции были настолько ярко написаны на моём лице, что Пушкин в следующую секунду дико заорал:

— Я угадал, да?! Алиса, я угадал?!

Я лишь ошарашено кивнула головой:

— А… а как ты догадался?

Пушкин усмехнулся:

— Я же экстрасенс. У тебя наследственная травма, а я — экстрасенс, — он улыбается, а его глаза, при этом, превращаются в неиссякаемый запас доброты и энергии.

Я смеюсь. Совсем не понимаю, как это всё произошло.

Всё как-то само получилось. Мы просто взяли и перешли на “ты”. Пушкин просто взял и предложил угадать фильм. А я просто взяла и согласилась. А теперь мы просто стоим и смеёмся как два дурака.

— Теперь придётся идти, Алиса Сергеевна, — мужчина беззаботно пожимает плечами. — Не отвертитесь.

— Хорошо, — говорю я. — Давай ближе к выходным созвонимся и решим…

— Не-е-ет! — тут же возражает Пушкин и берёт меня под локоть. — Идём прямо сейчас.

Я пытаюсь сопротивляться:

— Я не одета для кино.

— Я тоже смокинг не взял, — парирует мужчина. — Но сегодня, говорят, стиль одежды — свободный.

Я качаю головой. Спорить с ним бесполезно. Теперь я понимаю, от кого Кирилл взял свою упёртость.

Пушкин открывает передо мной автомобиль.

— Ещё в кафе заедем. А то я скончаюсь от голода прямо на сеансе.

— Хорошо. Но только в кафе, — подчёркиваю. — Не в ресторан. В ресторан я точно в джинсах и свитере не пойду.

— Договорились! — отвечает Пушкин и садится на водительское сиденье.

В кафе мы болтаем о всякой ерунде. О кино, погоде, книгах и даже политической ситуации в Уганде. Даже не улавливаю, как перескакиваем с одной темы на другую. Просто болтаем и ржём.

В кинотеатре Пушкин интересуется:

— Ты какой попкорн будешь?

— Сладкий.

— О, я тоже. Тогда возьмём самое большое ведро.

Я закатываю глаза:

— Мы не съедим столько.

— Киру увезу, — хихикает Пушкин. — Пусть завидует.

Мы опять ржём. Со стороны мы, наверное, выглядим не как взрослые мужчина и женщина, а как герои одного странного зарубежного мультфильма по имени Бэвис и Батхед.

Вторая часть “Мышек-мартышек” откровенно подкачала. Мы поняли это минут через пятнадцать, когда оба, за всё это время, не посмеялись ни над одной шуткой.

— Может, лучше прогуляемся? — Пушкин наклоняется и шепчет на ухо, от чего у меня, почему-то, по спине бежит табун “мурашек”.

— Да, — прочищаю охрипший голос. — Давай.

Выходим на улицу. Всё с тем же огромным ведром попкорна. Рядом набережная, и мы решаем пройтись вдоль неё, а потом вернуться обратно, потому что у кинотеатра осталась машина Пушкина.

— Можно вопрос? — спрашиваю, когда мы, не спеша, бредём по тротуару.

— Конечно, — мужчина даже перестаёт жевать и внимательно смотрит на меня.

— Почему ты позвал меня в кино? Чтобы отчитаться перед Кириллом?

Во мне до сих пор обидой сидят слова Пушкина о том, что он должен “отчитаться перед сыном”.