Чтение онлайн

– Джаред Падалеки. Спасибо, - негромко произнес он, протягивая руку.

– Всегда пожалуйста, - усмехнулся Маннс, отвечая на рукопожатие.

Я тоже знаю, что его услуги стоят намного дороже, чем «спасибо». Ничего, я оплачу.

– Так что, мистер Падалеки, - без малейшей паузы невозмутимо поинтересовался Джейсон, - вы собираетесь дать делу ход и обратиться в суд?

Джаред покосился на копов и неожиданно твердо спросил:

– Как вы оцениваете мои шансы, мистер Маннс?

Джейсон улыбнулся широко и искренне. Если крокодилы улыбаются, то делают это именно так.

– Как несомненные, мистер Падалеки.

– Тогда собираюсь, - решительно отозвался Джаред.

– Эклз, а этот парень мне нравится, - усмехнулся Джей и тут же взял ситуацию в свои руки: - Для начала съездите в ближайший госпиталь и зафиксируйте факт побоев. Посмотрим, возможно, потом это пригодится.

Джаред мрачно кивнул.

Из-за стойки подал голос дежурный:

– Мистер Падалеки, подпишите.

Джаред дернулся, но Джейсон тут же остановил его движением руки.

– Никаких автографов, пока я не посмотрю.

Маннс практически выхватил лист из рук дежурного, быстро пробежал глазами и хмыкнул.

– В данном случае – вообще никаких автографов, - коротко резюмировал он, а потом почти перегнулся через стойку и почти ласково поинтересовался у дежурного: - Я могу попросить вас вновь пригласить офицера Гарсия? У меня создается впечатление, что мы не вполне поняли друг друга.

Я кашлянул.

Джейсон обернулся и сделал широкий жест, однозначно отправляющий нас с Падалеки на выход.

– Пошли, - я дернул Джареда за рукав.

Есть вещи, которые не стоит видеть непосвященным. Адвокат в действии – одна из таких вещей.

Оказавшись у меня в машине, Джаред внезапно как-то растерял весь свой боевой настрой и ехать в госпиталь отказался наотрез. Я понимающе кивнул, заблокировал двери и позвонил в справочную, чтобы уточнить адрес ближайшей клиники. Ближайшим оказался абортарий. Искушение последовать рекомендации Маннса буквально было очень велико, но вид Джареда не предполагал готовности адекватно реагировать на мое нездоровое чувство юмора, а потому я подавил тяжелый вздох и уточнил свой запрос. Спустя минуту мы уже ехали в Lincoln Medical Center.

Всю дорогу мы молчали. Падалеки мрачно смотрел в окно, как-то неловко скорчившись на сидении, я просто не знал, что сказать. Меня не оставляло ощущение, что я влез не в свое дело, и чувствовал я себя с каждой минутой все более неловко. Я уже почти стыдился своего дурацкого порыва – в конце концов, Джаред меня ни о чем не просил и, наверное, сейчас тоже чувствует себя полным идиотом, потому что по логике должен меня поблагодарить, но по факту – абсолютно не испытывает такого желания. Н-да, похоже, не выйдет из меня Дон Кихота, уж слишком искренне я убежден, что нельзя лишать людей права попадать в те неприятности, в какие они сами считают нужным. Или я действительно за него волновался?.. Блин. Мне нельзя ездить домой, раз я не в состоянии вернуться в реальность и не притащить за собой хвост из сентиментальных воспоминаний и прекраснодушных порывов. Нью-Йорк такого не прощает.

В принципе, если бы Джаред сейчас еще раз попросил меня оставить его в покое, я так бы и сделал. То, что мы трахаемся, не дает права вмешиваться в жизнь другого ни мне, ни ему. Падалеки, кажется, это понимает, А я, блядь, тупо лезу куда не просят.

К счастью, Джаред молча вылез из «мустанга» и обреченно поплелся ко входу в госпиталь. Я отогнал автомобиль на парковку, заколебался на миг, потом плюнул и все же поспешил за ним. Ладно, к черту. Раз уж начал, надо идти до конца. В конце концов, если Джаред сочтет меня чересчур навязчивым, мы в любой момент можем разбежаться.

Эта мысль успокоила. А закравшееся было подозрение относительно того, не начинаю ли я относиться к ситуации чуть более серьезно, чем она того заслуживает, я просто задавил волевым усилием. Не думать о том, что мне не нравится, я умею в совершенстве.

Мы попали в клинику в тот на редкость удачный момент, когда больных в приемном отделении почти не было, а все врачи находились на месте. Хоть в этом повезло. Никаких серьезных повреждений у Джареда не обнаружили (по крайней мере, так он мне сказал), и уже минут через двадцать мы вновь оказались на пороге госпиталя. Я засомневался было, стоит ли предлагать Падалеки его подвезти, но Джаред просто молча зашагал в сторону парковки. Блин, похоже, я опять перегибаю палку, правда, уже в другую сторону…

– Куда тебя отвезти? – сухо спросил я, поворачивая ключ зажигания.

– Куда хочешь, - вздохнул Джаред, и мне почему-то очень не понравилась его интонация, словно ему в самом деле было все равно.

Ладно, к черту. Мысли я читать не умею, его адреса не знаю, и вообще – я устал и хочу спать. Как добраться к себе от моего дома он в курсе.

И вообще – даже если я и повел себя глупо, сделанного не воротишь. И право на хоть какие-то объяснения, полагаю, у меня все же есть.

– Какого черта тебя понесло в Бронкс? – спросил я, сворачивая с Парк-Авеню на E-149th–Street по направлению к 145- Street- Bridge.

– У меня были дела, - тихо прозвучало в ответ.

– Гетто для этого не лучшее место, - довольно резко отозвался я.

Негромкий вздох.

– Я знаю, Дженс. Теперь знаю.

В его голосе было столько горькой иронии, что я моментально остыл. Я словно почувствовал, что он не просто не собирается уходить от ответа – он хочет поговорить, тянется ко мне, вот только не вполне уверен, что я не оттолкну… Странное ощущение и еще более странные мысли. Обычно я смотрю на вещи значительно проще. Наверное, все дело в обстановке. Ночь и скорость, близость другого человека - и невозможность отвлечься от дороги, чтобы увидеть его глаза. Да. Все дело в этом.

– Что случилось? – спросил я уже совсем другим тоном.

Джаред невесело усмехнулся.

– Самолюбие требует сказать, что я подрался, но реальность такова, что меня избили.

– Кто?

– Я не знаю.

Мне почему-то захотелось, чтобы он был еще ближе. Чтобы уткнулся носом мне в шею и не думал о плохом.

– Дженс, ты… Знаешь, ты прости. Она… она не должна была тебе звонить.

Мне показалось, будто я понял, в чем дело.

– Если ты скажешь, что это была твоя сестра, я тебе поверю, и мы просто закроем тему, - ровным голосом произнес я, не отрывая взгляда от асфальта в свете фар. Эх, все же ночь – единственное время, когда в Нью-Йорке можно получить удовольствие от вождения; зато в остальное время есть возможность закалять свое терпение.

– Это была моя сестра, Дженс, - послушно повторил Джаред.

Я удовлетворенно кивнул и на всякий случай добавил:

– Джаред, на самом деле - мне все равно. У тебя есть своя жизнь, и я не собираюсь в нее лезть.

– Вот и хорошо, - ничего не выражающим тоном отозвался Падалеки.

Вообще-то, если бы мне было действительно все равно, сейчас бы я мирно спал у себя дома.

– Мы едем к тебе? – вновь подал голос Джаред спустя несколько минут.

– Я не знаю, где ты живешь. Если скажешь, я отвезу тебя.