Чтение онлайн

Преимущество пуритан, однако, заключалось в другом — в их твердом убеждении в отсутствии пути назад. Свою прежнюю родину они рассматривали как обреченную на гибель из-за многочисленных извращений веры. События первой половины XVII в. продемонстрировали американским пуританам всю тщетность попыток перестроить общество, в котором, по их мнению, порок укоренился слишком глубоко. В самом деле, революционные силы, в которых пуритане играли ведущую роль, одержали победу в гражданской войне и свергли короля. Однако в 1660 г. произошла реставрация монархии и на трон сел Карл II, сын Карла I. Установленные им порядки для богобоязненных пуритан показались едва ли не адом на земле. Так, монарх не просто разрешил открыть театры, но и одобрял комедии, где высмеивались сами пуритане. Конечно, всей Англии были известны и другие слабости верховной власти — вроде разнузданных оргий в окружении разного рода сомнительных личностей, которые имел обыкновение регулярно устраивать король в своем дворце.

Для пуритан в Новом Свете эти события, с одной стороны, носили радостный, а с другой — обязывающий характер. Дело в том, что в пуританском учении ключевую роль играла доктрина миллениаризма (в русской литературе часто употребляется греческий синоним «хилиазм» [115] ). Согласно этой доктрине второе пришествие Иисуса Христа, Страшный суд и последующее установление на земле Тысячелетнего царства Божия — это не метафоры и не предсказания, относящиеся к отдаленному будущему, а вполне реальные события в ближайшей исторической перспективе. При этом в силах самого человека приблизить эти события. Для этого грешники должны своими грехами переполнить чашу терпения Господа, а праведники в достаточной степени доказать свою преданность вере и любовь к Богу. В понимании пуритан, с ужасом получавших вести об окончательно погрязших в разврате соотечественниках, успехи грешников были несомненны и означали приближение конца света. Однако к этому радостному для пуритан событию нужно было подготовиться соответствующим образом. Идеальным вариантом было построение прообраза Царства Божия в отдельно взятом государстве.

Это обусловило важную характеристику ментальности пуританских колонистов в Новой Англии — их ориентацию на практическую деятельность. Несмотря на глубокую духовность, которая по современным меркам имела порой не вполне понятное выражение (к примеру, самым светским развлечением считалась хорошая проповедь или пение церковных гимнов), «люди Бога» имели практический склад ума. В то время как в Европе кипели теологические диспуты, которые нередко разрешались силой оружия, в Новом Свете сочли неразумным тратить время на богословские искания перед лицом грядущего Второго пришествия. Теоретические споры были оставлены до лучших времен в пользу мирских задач хозяйственного характера. Пуритане не имели никаких серьезных возражений против самого вероучения в том виде, в каком оно преподносилось в англиканстве. Они были недовольны тем, как это вероучение претворяется в жизнь — на уровне экономики и политики, культуры и повседневного быта. Конкретность пуритан доходила до того, что некоторые из них доказывали, что из текста Священного Писания следует, будто под Землей обетованной имеется в виду именно Северная Америка.

В целом духовных лидеров пуритан едва ли можно назвать людьми «не от мира сего». Едва добравшись до рычагов влияния, такие люди, как Джон Уинтроп, начали энергично сосредотачивать в своих руках военную, законодательную и экономическую власть. Новоявленный лидер по своему усмотрению вводил налоги и даровал земли. Некоторые переселенцы пытались протестовать и были изгнаны на необжитые земли (так, например, возник штат Род-Айленд).

Религиозный фанатизм, перенесенный в практическую плоскость, был во многом защитной реакцией на враждебные условия, с которыми пришлось столкнуться первым поселенцам, испытывавшим порой жесточайшие лишения. В этих условиях глубокая вера в свою избранность и высшее предначертание помогали мобилизовать общество. Заметим, что уже в описываемую эпоху пуритане не считали себя англичанами по вышеописанным причинам, предпочитая идентифицировать себя как «людей Бога», отдельный народ, избранный свыше для главной миссии в истории человечества. «Особый статус» колонистов, обусловленный их высшей миссией, в их понимании предписывал им исходить в первую очередь не из английских законов, а из законов Божьих, как они их понимали. Так была заложена одна из характерных черт американского политического менталитета, согласно которой Соединенные Штаты Америки могут диктовать законы другим государствам, но сами в силу «особой миссии» при необходимости могут стать выше этих законов.

Особенно популярно в среде пуритан было сравнение с библейскими ев-реями [116] , которые, как и новоявленные американцы, скитались по пустыне и претерпевали многочисленные лишения. Поэтому многие модели поведения и институты американского общества были скопированы с древнееврейских. Яркий пример — церкви, напоминавшие синагоги.

Соответственным образом понимались и функции посещения церкви, важнейшей из которых было ознакомление прихожан с их обязанностями в рамках общины. Проповедник мог с одинаковой легкостью говорить с прихожанами о сельском хозяйстве или торговле, причем вес его словам придавали многочисленные и весьма меткие ссылки на текст Священного Писания. Будучи, вероятно, самым осведомленным членом общины, священнослужитель выполнял также роль посредника в мирских делах, например свести заказчика с хорошим работником, купца — с выгодным поставщиком, подыскать прихожанину супругу исходя из его предпочтений и уровня материального достатка. Проповедник был для прихожан авторитетом не только в духовных и этических, но и в экономических, политических, семейных и даже военных вопросах. Нередко в молельных домах Новой Англии можно было услышать и проповеди, в которых доступно объяснялось, почему индейцы заслуживают смерти, как нужно с ними расправляться и каким образом уничтожение коренных американцев поможет построить богоугодное общество. Сравнение с ветхозаветными евреями было бы неполным, если бы «люди Бога» не были вынуждены вести вооруженную борьбу с племенами, отвергавшими их веру и не признававшими их богоизбранность.

Проповедь была не только центральным событием повседневной жизни колонистов Новой Англии, но также сопровождала любые, хоть сколько-нибудь значимые события. С учетом достаточно высокого уровня грамотности колонистов и внимательного изучения ими Библии сочинение проповедей было непростым делом, однако именно проповедник был центром внимания в любой ситуации. Огромное значение имели проповеди, приуроченные к политическим событиям, в первую очередь к выборам, в которых поддержка проповедника могла оказать решающее значение. Отметим, что стиль и риторика колониальных проповедников не утратили актуальности и в наши дни. К ним активно прибегают спичрайтеры американских президентов, сенаторов, губернаторов и иных крупных политических фигур.

Проповедники выступали во время сбора колониального ополчения, стоя у пушки, — так называемые артиллерийские проповеди. Исполнение смертного приговора предварялось сразу несколькими проповедями, произносившимися заблаговременно и непосредственно у виселицы, причем нередко слово брал сам приговоренный, что производило сильное впечатление на зрителей. Произнесенные у виселицы речи преступников, в которых те раскаивались в совершенных преступлениях и увещевали сограждан идти по пути добродетели и служения Богу, собирались и публиковались вместе с предварявшими казнь проповедями. Эти книги пользовались большой популярностью у жителей колоний.

В целом страсть к театральным эффектам и стремление срежиссировать любое событие таким образом, чтобы у наблюдателей не могло быть и тени сомнения в присутствии длани Господа, современные американские политики исторически унаследовали от пуританских лидеров.

Таким образом, усилиями проповедников у колонистов Новой Англии создавалось впечатление, что они находятся под неусыпной опекой высших сил, которые оберегают их и посылают им испытания сообразно Божьему замыслу. Неудивительно, что духовенство стало центром общественно-политической жизни колоний. В первые десятилетия существования колоний на восточном побережье в них поддерживалась своего рода теократия, в которой верховной властью обладали духовные лидеры переселенцев. Режим, который установился в поселениях, вряд ли можно назвать толерантным. Так, в 1637 г. было принято постановление, согласно которому всякий вновь прибывший должен изложить местным властям свои религиозные воззрения, после чего будет принято решение о его дальнейшей судьбе [117] . Посещение проповедей также контролировалось под угрозой крупного денежного штрафа. Жители колоний верили, что собратьев нужно не только увещевать, но и в случае необходимости принуждать вступать на путь истинной веры.

Конечно, граничащая с фанатизмом религиозность первых колонистов имела неприятные стороны. Достаточно сказать, что особо фанатичные пуритане в погоне за труднодостижимым идеалом праведной жизни нередко доводили себя до нервных срывов и психических расстройств.

Беспредельная вера в могущество Бога и Его руководство каждым шагом пуританина давала некоторым из них недюжинные интеллектуальные силы: в эпоху научной революции пуританские ученые сделали немало замечательных открытий. И все же распространенными явлениями среди пуритан были невежество и нетерпимость, нередко принимавшие весьма агрессивным формы. Эти печальные веяния, пришедшие на землю Северной Америки вместе с пуританами, на протяжении всей американской истории время от времени переживают очередное рождение. Развернутое сенатором Маккарти преследование всех, кто был заподозрен в абстрактной нелояльности в США в 1950-е гг., травля «непатриотично настроенных лиц» в эпоху Буша-мл., а также ведущиеся сегодня по всей Америке поиски «проводников российского влияния» — это явления того же порядка, что и печально известные «салем-ские процессы», которые стали первым из многочисленных эпизодов охоты на ведьм в американской истории. Тогда, в 1692 г., в городе Салеме (штат Массачусетс) несколько колонистов, руководствуясь мотивами личной мести, инициировали процесс по обвинению в колдовстве. В результате было казнено 20 человек, еще до 200 человек было заключено в тюрьму, многие из них умерли в заключении.

Подобные черты, характерные для пуритан, стали причиной многих печальных событий в американской истории. Так, пуританство фактически дало идеальную идеологическую основу для истребления коренных американцев, которые виделись большинству колонистов приспешниками Сатаны, созданными последним для того, чтобы те попытались уничтожить «людей Бога» и не дать им осуществить свою миссию. Агрессия в отношении индейцев подкреплялась теоретическими обоснованиями, которые сегодня кажутся абсурдными, однако в те времена производили сильное впечатление на жителей колоний. К примеру, проповедники с кафедры выражали сомнение в том, что индейцы — это вообще люди, так как не понимали, как могли потомки Ноя оказаться в далекой Америке, отделенной океаном, когда он со своим семейством вышел с ковчега и дал начало новому роду людскому, как известно, в Старом Свете.

Однако индейцы были далеко не единственными и в большинстве своем не главными противниками пуритан в Новой Англии. Огромную угрозу для себя и своей власти их лидеры видели в возникновении на соседних территориях поселений, в которых исповедовались альтернативные взгляды. Пока инакомыслие принимало спорадические формы и исходило от отдельных лиц или групп граждан, его не приходилось сильно опасаться, так как в конечном итоге таких индивидов можно было изгнать или повесить, в очередной раз разыграв торжество высших сил. Однако институциональное оформление инакомыслия в непосредственной близости от пуританских колоний не могло не обеспокоить их руководство.