Чтение онлайн

Мексиканская война стала первым эпизодом в истории Соединенных Штатов, когда американские геополитические интересы были успешно реализованы силой оружия в крупном военном конфликте. Ключевую роль при этом сыграли не столько амбиции Белого дома и стремление американцев реализовать «явное предначертание», сколько политические и экономические дисбалансы внутри страны, вызвавшие стремление определенных влиятельных группировок решить эти проблемы за счет завоевательной войны. Тот факт, что война с южным соседом имела характер насильственной аннексии территорий и была развязана при помощи провокаций, не укрылся от взгляда современников. Улисс Грант, будущий прославленный генерал и президент США, а во время Мексиканской войны скромный лейтенант, писал в своих мемуарах: «Оккупация, отторжение и аннексия [мексиканских территорий] были с самого начала этого предприятия вплоть до их окончательного поглощения заговором с целью приобретения территорий <…> И если аннексия сама по себе могла быть оправдана, то способ, которым Мексика была принуждена к последующей войне, оправдан быть не мог» [129] .

В первой половине XIX столетия Мексика, получившая независимость от Испании в 1810 г., была крупным государством, обладавшим обширными малозаселенными землями, которые предоставляли широкие возможности для ведения сельского хозяйства. Граница между США и Мексикой, проходившая значительно севернее и восточнее нынешней, была лишь номинально проложена на карте. По сути, никто в обоих государствах не имел ясного представления о том, как она должна проходить. С севера на территорию Мексики двигались американские переселенцы, которые оседали на землях южного соседа и организовывали процветающие хозяйства, что вполне устраивало мексиканские власти, во многом поощрявшие колонизацию. Большинство американских колонистов были рабовладельцами, которые стремились на юг и запад, в том числе и в силу Миссурийского компромисса — внутриполитического соглашения, заключенного в 1820 г. и объявлявшего все новые земли к западу от реки Миссури свободными от рабства.

Однако демографическая ситуация в северных мексиканских провинциях быстро менялась в пользу американских колонистов, которые к тому же не желали признавать местные власти, вступая с ними в открытые конфликты. В 1835 г. американцы объявили о том, что отныне Техас — в то время штат в составе Мексики — становится независимой республикой. После ряда поражений «техасцы» разгромили мексиканские войска в битве у Сан-Хосинто, причем в плен попал сам генерал Антонио де Санта-Анна — президент Мексики. Находясь в плену, он подписал договор, признающий независимый Техас. Вскоре после этого в Мехико произошел переворот, и новые власти объявили Санта-Анну низложенным, а договор с Техасом недействительным. На протяжении последующих лет мексиканцы пытались вновь вернуть штат в состав государства силой оружия, однако терпели поражения от техасцев, за которыми стоял мощный северный сосед. Таким образом, прологом к большой войне стали мятеж на территории соседнего государства, создание квазигосударственного образования, а вместе с ним и постоянного очага напряженности у границ южного соседа.

В 1845 г. к власти в США пришел Джеймс Полк. Территориальные захваты были поставлены в центр его предвыборной программы: уже в речах перед избирателями политик открыто обещал захватить земли южного соседа.

Характерно, что Вашингтон даже не попытался найти удобного повода для войны. В 1845 г. президент Полк отдал приказ кораблям в Тихом океане готовиться к захвату мексиканских портов, а американскому консулу в Монтерее активно подстрекать американских колонистов к вооруженному выступлению против властей. В Калифорнии, принадлежавшей тогда, как и Техас, Мексике, события развивались еще более прямолинейно: знаменитый первопроходец Джон Фримонт просто объявил ее независимой республикой, находящейся в состоянии войны с Мехико. И хотя официально война была объявлена 13 мая 1846 г., американская армия еще в марте начала боевые действия.

Действуя совместно со своевременно подошедшим американским флотом, Фримонт захватил крупнейшие города западного побережья — Сан-Франциско и Лос-Анджелес. Однако вскоре американцы оказались изгнаны из Лос-Анджелеса, охваченного восстанием. Почти четыре месяца американские отряды не могли вернуть этот город, поскольку мексиканские крестьяне развернули на калифорнийской земле партизанскую войну. Лишь к концу зимы 1847 г. США удалось подавить все очаги сопротивления.

Основные события войны развернулись на севере. Американская армия генерала Захари Тейлора успешно продвигалась в самое сердце мексиканских земель, захватывая один за другим провинциальные города [130] . Вскоре у американских солдат вошло в привычку разорять каждый взятый город, обирая и без того полунищих жителей. Многие американские солдаты, которым заманивавшая их на службу пропаганда обещала горы золота в захваченной стране, были взбешены тем, что в реальности Мексика оказалась отсталым государством, населенным преимущественно бедными крестьянами.

Пополнив силы, Тейлор двинулся к горному проходу Буэна-Виста, куда уже спешила мексиканская армия. К тому времени ее вновь возглавил президент Санта-Анна, некогда сдавшийся в Техасе. На момент начала американской агрессии бывший мексиканский президент находился на Кубе, где он вел жизнь как частное лицо, наслаждаясь вывезенными из Мексики миллионами песо. Однако вскоре после начала войны в Мехико произошел государственный переворот, руководители которого обратились к Санта-Анне с просьбой взять бразды правления в свои руки.

На первых порах Санта-Анна проявил себя неплохо. Собрав серьезные силы — до 20 тыс. человек, — он поспешил навстречу Тейлору, окопавшемуся у Буэна-Виста, и в феврале 1847 г. атаковал его. Американские историки заявляют, что на одного американца приходилось четыре-пять мексиканцев. Солдаты Санта-Анны сражались превосходно, да и сам генерал неплохо управлял войсками: Тейлор едва не оказался полностью окруженным, а его войска в спешке отошли на последнюю линию обороны, где укрепилась пехота Джефферсона Дэвиса — будущего президента Конфедерации. Казалось, американцев ждет если не полный разгром, то наверняка позорное бегство.

Однако в этот момент произошло то, что рядовым солдатам Тейлора показалось чудом: вместо решительной атаки войска Санта-Анны устремились назад. Некоторые историки объясняют это тем, что мексиканцы израсходовали все боеприпасы. Другие полагают, что генерал поспешил обратно в Мехико, получив известия о начавшихся там волнениях. Впрочем, уже тогда ходили слухи о том, что «чудо» объяснялось внушительным вознаграждением, которые американцы, не очень уповавшие на военную удачу, передали генералитету противника под обещания будущих территориальных уступок.

Мятеж, разгоревшийся в Мехико, был успешно подавлен, благодаря чему мексиканский президент получил поистине диктаторские полномочия. Тем не менее для того, чтобы сохранить честь нации, требовалось продолжать разыгрывать вооруженную борьбу.

После Буэна-Виста президент Полк утратил веру в генерала Тейлора. Помимо прочего, тот был неудобной политической фигурой, ибо к тому моменту стало известно о его президентских амбициях. Новым фаворитом президента стал генерал-майор Уинфилд Скотт — старый солдат, который сражался еще в войне 1812–1815 гг. С помощью кораблей он перебросил 13 тыс. солдат и 50 орудий морем, высадившись у города Веракрус. Такой план был значительно выгоднее марша по пустыне: из Веракруса американцам открывался короткий путь через достаточно обжитые земли, которые могли бы обеспечивать армию Скотта. На пути американской армии снова встал генерал Санта-Анна, но и в сражении в ущелье Серро-Гордо «неудачный» приказ мексиканского генерала вновь решил исход сражения в пользу американцев.

Основной проблемой для войск Скотта оказались партизаны. Действуя в тылу американцев, они перехватывали большие обозы, двигавшиеся на запад. Партизаны не боялись нападать даже на большие — в тысячу или полторы тысячи человек — отряды, которые сопровождала артиллерия. Размах партизанской войны оказался таким, что, несмотря на скромную численность полевых армий, Вашингтону пришлось довести общую численность войск на театре военных действий до 100 тыс. человек.

Однако армия Скотта продолжала неуклонно двигаться к мексиканской столице. В августе 1847 г. Скотт разбил войска генерала Валенсии у городка Чурубуско, после чего американское правительство посчитало возможным начать мирные переговоры.

К моменту боя у Чурубуско взаимодействие генерала Санта-Анны и эмиссаров президента Полка проходило в рабочем режиме на постоянной основе. Мексиканский президент лично разрабатывал условия мира, которые, по его мнению, американцам было бы выгодно навязать его стране. Кроме того, Санта-Анна не стремился как можно скорее закончить войну, настаивая на дальнейшем продвижении войск Скотта к столице. Это помогло бы запугать мексиканцев и еще больше упрочить власть президента.

Но условия, выдвинутые Вашингтоном после поражения генерала Валенсии, по-видимому, поразили даже Санта-Анну. Одни только территориальные уступки предусматривали отторжение более 60 % мексиканской территории. Мир не состоялся, и Скотт продолжил победоносный марш. Самым драматичным его эпизодом стало сражение за старый замок Чапультепек. Номинально его гарнизон насчитывал несколько тысяч человек, которые могли бы более или менее успешно противостоять американцам, однако в реальности большинство мексиканских подразделений поспешно покинули позиции, оставив лицом к лицу с американцами несколько сотен кадетов местной академии, верных своему долгу. Несмотря на то что большая часть из них даже не вышла из детского возраста, они оказали настолько яростное сопротивление, что на подступах к замку полегло более девятисот солдат и офицеров Скотта. Когда же американцы наконец ворвались в Чапультепек, шесть кадетов, не желавших сдаваться противнику, спрыгнули с крепостных стен.