Чтение онлайн

— Хочешь сказать, в том, что твои подданные тебя предали, виноват я? — под маской Арнлейв скривился в издевательской усмешке.

Эйден тут же начал нести какой-то бессвязный бред в свое оправдание, но Эгго сам не понимал, почему продолжал его терпеливо выслушивать. Чего не скажешь о Дженнифер. Присутствие брата буквально возвращало ее к жизни. Некромантка сидела теперь на троне с прямой спиной, мертвой хваткой вцепившись в подлокотники, словно вступила в неравный бой с силами, которые были ведомы лишь ей одной.

— Эйден, скажи мне, пожалуйста, почему я все еще должен терпеть твою бесхребетность? — Арнлейв перебил позорный лепет Эйдена, когда ему, наконец, надоело это представление. — Мои эпигоны подавили восстание Висенте Монтеро, когда этого не мог сделать ты. Я же заставил Бэзила Касадо выдать за тебя свою дочь, чтобы связать его по рукам и ногам и обеспечить нас молодыми некромантами. Ты же все это время убеждал меня в лояльности Хейстов, а теперь выясняется, что они благополучно сбежали в Эстер. Без помощи Касадо здесь тоже явно не обошлось, но что-то мне подсказывает, ты еще не отправил ему в качестве предупреждения частичку его дочери в коробочке с яркой лентой?

— Чт-то? — в ужасе округлил глаза Эйден. — Бэзил не мог… Он…Милорд, я сейчас же…

Ногти Дженнифер все сильнее втыкались в подлокотники трона, а ее серые глаза наливались Тьмой, что не могло не радовать Эгго.

— Хватит! — Джен, наконец, вскочила на ноги. — Эйден, от тебя никогда не было никакого толка. Ты всегда был лишь тенью нашего отца!

— Дженнифер, как ты… — сперва возмутился ее старший брат и закончил на куда более неуверенной ноте, глянув в сторону лорда Орла, — как ты смеешь?

Правитель Амхельна же в этот момент безмолвно повернулся к инфанте, задумчиво наклонив голову, но не предпринял никакой попытки вмешаться.

— Как я смею? — переспросила Джен, делая шаг вперед, а ее голос становился все ниже и эхом прокатился по залу. — Пока я все эти годы укрывалась от твоих преследований, ты все это время сидел на троне нашего отца, но чего добился? Ты предал не только меня, но и весь наш город, все наше наследие. Даже Хейсты и Касадо уже на стороне Эстера! У тебя ничего не осталось!

— Если бы ты не убила нашего отца, то все могло бы быть по-другому, — с неподдельным сожалением ответил Эйден, смотря в глаза приближающейся сестры. — Да, из меня вышел неудачный Правитель, но и Беренгар уже едва сдерживал амбиции советников. Кто бы смог их приструнить? Ты, что ли? Убила бы Хейстов и Касадо, как и папу?

— Кого бы я точно убила, так это тебя! — скверна ярким пламенем сперва вспыхнула в руке инфанты, а потом закрутилась мощным вихрем вокруг ее брата.

Его слухи тут же попали под контроль Дженнифер и ринулись на Эйдена. Но Арнлейв даже не встал с места, наблюдая за разыгрывающейся сценой и довольно улыбаясь.

— Что ты делаешь? — в руках Эйдена тоже вспыхнул изумрудный огонь, который, смешавшись со скверной Джен, не давал зомби подойти ближе, они так и остановились, дергаясь и подчиняясь то одному, то другому. — Ты совсем обезумела?

— Мне стоило убить тебя еще раньше! — едва не сорвалась на крик Дженнифер, а поток скверны стал еще мощнее. По силе они с Эйденом были почти равны, но все же именно она считалась сильнейшей некроманткой Вусмиора. — Быть может, тогда у Мармиати-Ай была бы другая судьба… И у меня тоже…

Последние слова прозвучали иначе, словно на изломе, без прежнего пафоса, искренне и отчаянно, а потемневшие глаза Джен на несколько секунд словно прояснились.

— Милая, остановись, — елейный голос Арнлейва подействовал на инфанту, как приказ. — Твой брат еще нужен нам живым.

Скверна между Эфрейнами тут же рассеялась, и эмоции на лице Дженнифер вновь уступили место безразличной маске. Она молча развернулась и неспешным шагом вернулась на свой трон, словно и не была мгновением раньше разъяренной фурией.

— Возвращайся в Мармиати-Ай, Эйден, — между тем спокойно продолжил Эгго. — Как я уже сказал, тебе нужно проведать своего тестя. И не забудь про подарок. Также кое-какие районы вашего города нужно реорганизовать. В особенности те, что принадлежали Хейстам. Нужно дать понять, что, выбрав сторону, они потеряло место, куда можно было вернуться.

Арнлейв разочарованно смотрел, как бледнело лицо Эйдена. Он и без того считал его едва ли умнее михрендии, и Эфрейн своим поведением только укреплял эту ассоциацию.

— Как… прикажете, милорд, — низко поклонившись, Эйден развернулся на месте и последовал к выходу из тронного зала, но почти у самого выхода Арнлейв его окликнул.

— Ах да, чуть не забыл, возьми это, — телекинезом он поднял в воздух сложенную пополам бумагу и отправил ее прямо в руки растерянного Правителя Мармиати-Ай. — После того, как разберешься с предателями, подготовься к выступлению перед жителями города с этой речью.

Эйден явно хотел как можно скорее уйти, но стоило ему только развернуть бумагу и пробежаться по написанным на них строчкам, как он поднял пораженный взгляд на Орла.

— Милорд? Я не понимаю…

— Я от тебя разве требую понимания? — Эгго не сдержал смеха. — Делай, как я велю, а понимание к тебе еще придет, уверяю тебя…

Эфрейн нахмурился и посмотрел на Арнлейва так, словно увидел его впервые. Или, точнее, впервые осознал, кто именно перед ним. Ничего больше не ответив, он снова поклонился и, наконец, покинул тронный зал Дома правителей Амхельна.

Как только он это сделал, Эгго снял маску и посмотрел на неподвижную фигуру Дженнифер долгим взглядом. Если не замечать, как равномерно подымается и опускается ее грудь в такт дыханию, можно было подумать, что она и впрямь обратилась в статую.

— Признаться, я удивлен, — произнес он, а Джен, будто кукла, реагирующая на голос, ожила и повернулась к нему. — Совсем недавно ты наотрез отказывалась убивать брата, а сегодня, если бы я тебя не остановил, уже превратила бы его в бесполезный сухарь.

Чем больше Арнлейв говорил, тем живее становились глаза инфанты, как будто в них загорался хоть какой-то огонек. И вот Джен уже словно вновь понимала, где и кто она, и что перед ней некто, кого она так хотела убить.

— Будто в живом состоянии он намного полезнее, — саркастично ответила некромантка, но по ее темно-серым глазам Эгго понимал, что говорила в ней Тьма, именно она и сподобила Дженнифер напасть на Эйдена. В своем уме инфанта никогда бы не решилась на это.