Чтение онлайн

— Видимо, ты нашел утешение на дне бутылки. Пошли.

— Куда? В спальню? О да, как я хочу тебя, моя Мила. Моя Мила! Моя! Поняла ты меня?

Ноздри Милы раздувались, когда она дотащила огромную тушу до дивана и скинула его на мягкие сидения.

— Даже соседи поняли тебя, — сдула она прядь с потного лба.

— Ну и пусть! Пусть весь мир знает! Ты моя! Моя Мила! Моя милая восхитительная Мила! С самыми ох…..ми ножками и попкой! О, как я хочу тебя! Иди ко мне.

— Прекрати орать! — прошипела Мила и пошла за водой.

— Куда-а-а ты, Мила-а-а? Не уходи-и-и!

Мила прибежала обратно с бутылкой воды, так как громовой голос Жаната мог разбудить даже семидесятилетнего глухого консьержа на первом этаже. Она села возле дивана.

— Что ты орешь? На, воды. Господи, сколько ты выпил?

Жанат сощурил глаз и разжал кулак, оттопырив пальцы.

— Пять чего? Бутылок?!

— Ну, это на двоих. Но я выпил больше. Дима сдулся после третьей, — похвастался Жанат, как будто получил золотую медаль на Олимпийских играх среди алконавтов.

— Кто такой еще этот Дима? — Мила пыталась увернуться от тяжелых лап Жаната, которыми он пытался захватить Милу в плен.

— Кто такой Дима? — глупо переспросил Жанат. — Кто такой Дима. Кто. Такой. Дима.

Мила буквально осязала приятную прохладу чугунной сковородки в ладони. Даже в хлам пьяный Жанат заметил, какие яростные стрелы метают карие глаза Милы, и он пробормотал:

— Как кто такой Дима? Тот, который обижал твою Саньку.

— Соньку.

— Саня, Соня, какая разница, — махнул рукой Жанат и выдохнул. Мила чуть не задохнулась от алкогольных паров и поморщилась.

— Так ты пил с этим…чудовищем?

Жанат по-детски обиделся за новоявленного друга.

— И вовсе он не чудище. Нормальный мужик.

— О да, нахлестались вискаря, и вы друзья навек.

— Милая, ну правда, мужик как мужик, — Жанат попытался сосредоточиться. — Это твоя Санька доводит его сама, первая начинает, — наябедничал Жанат, видимо делясь словами безликого Димы.

— Ага, конечно. Что еще он тебе напел?

— Все, — развел руками Жанат и попытался обнять Милу. — Хватит о них, сами разберутся. Иди ко мне, моя Мила. Как же я хочу тебя.

— Да ты совершенно пьян!

— И что? Доведи меня до кровати, и я все сделаю в лучшем виде!

— Ну уж нет. Ты, дорогой мой, будешь спать тут. Я принесу тебе одеяло.

— Не-е-ет, Мила-а-а, не уходи-и-и.

Как странно и непривычно и умилительно было слышать мольбу в громовом голосе Жаната.

— Не ухожу я. Вот она я.

Она села на пол возле Жаната. Тот сосредоточился и его взгляд заскользил по лицу Милы. Нетвёрдая рука неуклюже погладила нежную щеку. Столько тоски, столько нежности было в его взгляде, что Мила не могла отвести глаз от затуманенного взора Жаната.

— Только ты никуда никогда не уходи, — хрипло проговорил Жанат. — Никогда. Поклянись.

— Клянусь, — сквозь слезы прошептала Мила в ладонь Жанату и поцеловала горячую кожу.

— Только бы ты была рядом, всегда, моя любимая Мила, — пробормотал Жанат и глаза его сонно закрылись и комнату наполнил громовой хлап, пока ошарашенная Мила сидела возле любимого мужчины и охраняла его сон.

Сонька тоже не спала этой ночью.

И причиной тоже стал один вдрызг пьяный мужик.

Весь вечер она получала на телефон угрожающие сообщения от чудища, которое заполнило все ее мысли последние месяцы. Он ворвался в ее жизнь чудовищным ураганом и разнес в щепки ее хваленную броню. Смог дотянуться огромной волосатой лапищей до сердца и сжать его в жестком плену сильных пальцев.

Телефон на столике запиликал.

«Найду придушу».

Сонька попыталась засмеяться, но ее хриплый надломленный смех звучал жалко и испуганно в темноте гостиничного номера. Вся ее бравада вдруг сжалась в комочек и спряталась под одеялом, когда на экране высветилось еще одно сообщение.

«Хочу тебя».

Сердце под ладонью стучало быстро-быстро, а кровь, разгоняемая огненными буквами на экране, побежала по венам. Соски под атласной ночнушкой затвердели и натянули ткань, а клитор запульсировал, словно по нему провели твердым мозолистым пальцем.

Пик-пилик.

«Сейчас».

Ощущение неотвратимой беды и приближающейся угрозы нависло над Соней, а у нее было отличное чутье на подобные вещи. Ей казалось, что чудовище уже вырвалось на свободу и сейчас рыщет по городу в поисках своей жертвы. Вынюхивает ее запах, идет по следу и сейчас между ними осталось всего несколько светофоров до его вероломного вторжения.

Паника душила Соню, и она набрала единственный номер, который она знала ответит даже в четыре часа утра.

— Сонька, что такое? — прохрипела в трубке Мила.

— Милка, ты че там, мешки таскаешь?

— Нет! — Соня услышала шипение подруги и тут же представила, как яростный огонь полыхает в оленьих глазках. — Я тут пытаюсь урезонить одного пьяного мужика. Которому пора уже спать! — последние слова Мила прокричала кому-то в комнате, и кто тут же отозвался громовыми выкриками с призывами Милы.

— Господи, что у вас там творится? — засмеялась Соня в трубку и напряжение отступило. Ровно до того момента, как она услышала разъяренный голос Милы:

— А ты у своего Димы спроси!

— Что… Какой Дима… Откуда…

Даже упоминание имени этого оборотня заставило Соню напрячься, а пятая точка сжалась в ужасном предчувствии.

— Что! Какой Дима! Откуда! — передразнила Мила Соню. — Это твое чудовище напоило моего цербера до невменяемого состояния! Ох, Дима, Дима, берегись! Ну доберусь я до тебя!

Яростный голос Милы заставил Соню поверить, что даже Диме не справиться с яростью маленькой худенькой Милкой. У подруги, конечно, оленьи глазки, но будить в ней демона все же не стоит.

— Короче, Сонька, говори, что хотела. А то этот…цербер щас весь город перебудит.

На фоне послышалось громкое пьяное пение. «Милая моя далеко-о-о-о» завывал голос и в этом нестройном голосе тяжело было узнать всегда ровный леденящий голос Жаната.

— Да я так… Просто поболтать…

— Ай, Жанат, ты мне щас футболку порвешь! Все, Сонь, мне пора.