Чтение онлайн

— Калимера! — жизнерадостно улыбаясь, поприветствовал нас портье.

— Калимера! — со столь же ослепительным оскалом ответил я ему и на хорошем греческом (спасибо Хрулю!) вкратце обрисовал суть нашей проблемы.

— Да никаких проблем! — расплылся эллин еще больше, обнажая пару сотен зубов. — Если вы мне дадите ваши ваучеры, я в момент сдвину начало вашего проживания в нашем отеле на сегодня.

— Что он сказал? — Петрович больно ткнул меня пальцем в правую почку. Я дернулся и перешел на русский:

— Похоже, все складывается наилучшим образом. Сейчас нас поселят.

— Правда? Здорово, а то я уже просто брежу душем и чистой постелькой! — захлопала в ладошки Кларочка и чмокнула меня в щеку. — Паш, а откуда ты так хорошо греческий знаешь?

Я скромно пожал плечами:

— Подумаешь, не поспал пару ночей перед поездкой… учил языки. Заодно и английский с хинди освоил. Вдруг пригодятся?

— Непременно пригодятся! Особенно хинди, — хмыкнул повеселевший Ванька. Ноздри его раздувались в предвкушении непрерывного жора по системе «all inclusive».

Кларочка не унималась:

— Нет, а если серьезно? У тебя что, греческие корни? Я, конечно, не специалист, но, по моему разумению, ты ничуть не хуже этого зубастика шпрехаешь! — она кивнула головой в сторону портье, самозабвенно стучащего по клавиатуре компьютера.

Я наклонился к ней и прошептал в самое ушко:

— Малыш, ты уже наверняка поняла, что в нашей авантюре задействованы потусторонние силы? Так вот, они мне и помогли освоить пару-тройку языков. Я потом тебе все расскажу.

Девушка обиженно оттопырила губку:

— «Потом, потом…» У меня складывается впечатление, что здесь все в курсе того, что происходит. Кроме меня.

— Солнышко, ты крепко ошибаешься. Я сам не понимаю, что происходит, — успокоил я ее и повернулся к портье.

Тот уже закончил терзать компьютер и теперь протягивал мне ключи:

— Все в порядке, господин Светин! У вас два номера: одноместный для дамы и двухместный для вас с другом. К сожалению, трех свободных синглов не нашлось, — он слегка наклонился ко мне и понизил голос: — Впрочем, я мог ошибиться с распределением номеров между вами. Нужно ли исправить?

— Нет, вы все сделали правильно, ничего исправлять не требуется! — поспешил я его успокоить, протягивая двадцатиевровую бумажку. — Благодарю вас!

— О нет, это я благодарю вас за то, что выбрали отель «Капсис»! — купюра моментально исчезла, а ее нынешний обладатель разулыбался еще шире, видимо выдвинув из тайников запасные зубы.

— Мечта дантиста! — завистливо прошипел за моим плечом Петрович.

Покончив с формальностями и обменом любезностями с гостеприимным греком, мы в сопровождении белл-боя (так, кажется, называют гостиничного служащего, вся работа которого состоит в том, чтобы проводить вас до номера, дотащить багаж и получить чаевые) двинулись заселяться.

Наш номер оказался просторным, светлым и с потрясающим видом на давешнюю бухту. Причем вид открывался не просто из окна, а с гигантских размеров балкона, меблированного, будто приличная гостиная.

— О-бал-деть! — констатировал Ванька, плюхаясь в уютное плетеное кресло и забрасывая ноги на перила. — Здесь я буду пить пиво долгими летними вечерами. И мечтать, любуясь на закат…

— А мечтать, видимо, будешь опять же о пиве? — уточнил я, зная узкую направленность его мечтаний.

— Ну разумеется! Что может быть красивей: попивать пиво и мечтать о пиве, которого еще не пил?

— «Лучше гор могут быть только горы, на которых еще не бывал…» — процитировал я Высоцкого и, сунув застывшему в немом ожидании белл-бою два евро, отправился разбирать багаж.

— Ой, доктора, красотища-то какая! — в номер впорхнула сияющая Кларочка. — Вы на балкон выходили уже?

— Петрович и ныне там! — кивнул я через плечо в сторону мечтающего о пиве приятеля.

— Мы же с вами соседи, верно? Через стенку. Значит, у вас вид с балкона такой же. Весь поселок как на ладони! А бухта, бухта-то какая славная. И с корабликами! — она стремительно пронеслась мимо меня на террасу.

— Слышь, Палыч! Что ты там говорил, дом Антониди — под скалой в форме головы, верно? — на весь отель поинтересовался Петрович.

— Ну да!

— Так вон она! — голос приятеля победно звенел.

Отшвырнув сумку, я выскочил на балкон.

— Где?!

Ванька молча протянул руку в направлении противоположного берега залива. Я вгляделся.

Поначалу не увидел ничего стоящего. Да, весь берег был буквально утыкан скалами, но все они при некотором напряжении фантазии напоминали что угодно, но никак не голову.

— Левее, левее смотри! На самом мысу! — откорректировал наведение Петрович.

Я послушно перевел взгляд. И замер, вцепившись в перила: издалека на меня пристально смотрела пустыми пещерами-глазницами огромная каменная голова. Одинокая скала, стоящая особняком, и в самом деле невероятно, до жути напоминала голову древнего исполина, давным-давно зарытого неведомыми врагами по шею в землю, да так и оставленного на века.

А под его окаменевшей головой, в аккурат перед скривившимися в вечном крике губами, стоял дом. Даже отсюда было видно, какой он старый… Дом Антониди.

9 августа, 15.15, Нероград,

отделение реанимации

— Не-ет! Не надо! Мишенька, миленький, не стреляй!

Но он не слышал… Или, скорее, не хотел слышать Вику. С нехорошей улыбкой муж тронул указательным пальцем спусковой крючок большого черного пистолета, направленного точно в грудь Пашки.

А тот стоял, растерянно опустив руки, и даже не пытался уйти от неминуемой смерти. В глазах его плескалось недоумение и какая-то совсем детская обида… а вот страха не было.

— Ничего личного, коллега, ничего личного! Исключительно в интересах дела. Уж извините, но живым вы меня больше не устраиваете… а потому вынужден перевести вас в качественно иное состояние. Полагаю, это будет почти не больно! — знакомым ироничным тоном заявил муж. И спустил курок…

Выстрел прозвучал оглушительно. От грохота с потолка странной темной комнаты посыпались какие-то камни. Пытаясь защититься от них, Светин прикрыл голову руками и пригнулся. Живой?! Слава богу, живой!

А вот Михаил рухнул на каменные плиты. Неловко так, лицом вниз. И тут же по серому граниту пола из-под его головы расплылась темная лужа. От которой в холодный и спертый воздух комнаты неторопливо заструился пар.