Чтение онлайн

Ванька с энтузиазмом закивал:

— Точно! Палыч, ты гений!

Возрадовавшись, он слишком сильно толкнул штурвал вперед. Самолет тут же задрал хвост и разом провалился вниз метров на двести. Я сжал челюсти, пытаясь не выпустить наружу завтрак. Из салона донесся дружный визг.

— Держи машину… Гастелло! — сквозь зубы посоветовал я горе-пилоту.

Впрочем, напрасно. Петрович, будто заправский летчик, незаметным движением рук придал самолету нужный угол наклона. Мой организм перестал протестовать против изменения силы тяжести; успокоились и многострадальные пассажиры позади. «Ту» медленно принялся нагонять собственную тень.

— Никак не могу понять: ты это всерьез говорил про остановку времени? — поинтересовалась Кларочка пронзительным шепотом.

Хруль над нами громко хмыкнул и покачал головой.

— Всерьез, всерьез! — успокоил я девушку.

— Но…

— Все вопросы потом, договорились? Пока просто поверь мне на слово и действуй по нашему плану! — оборвал я ее. И в самом деле, времени оставалось мало: тень нашего лайнера приближалась все быстрее…

9 августа, 01.32,

о. Крит, Агия Пелагия

Бумага, лежащая на столе, уже почти час притягивала взгляд Тины. Загадочная решетка с точками в каждой ячейке. Проклятый шифр, из-за которого чуть не погибли они с Алексом. Из-за которого сама Тина убила человека.

Женщина поежилась, вспоминая страшную дыру в груди Джонатана Смита, оставленную картечью. И неважно, что сам покойник опоздал на какую-то долю секунды со своим выстрелом, который предназначался ей. Важно другое: Тина с ужасом вспомнила, как она хотела убить подонков, явившихся в ее дом. Пожалуй, такого страстного желания она не испытывала никогда прежде. И это пугало.

В кухню, зевая, вошел Андре:

— Полуночничаешь? Можно с тобой?

Тина оторвала наконец взгляд от опостылевшего шифра и улыбнулась:

— Конечно. А утром проснешься?

Лейтенант пожал плечами:

— А что, у меня есть выбор? Просыпаться придется в любом случае, так я уж лучше проведу остаток ночи с тобой, — он наклонился и чмокнул Тину в макушку. — А если ты меня еще и покормишь, я буду просто безумно счастлив.

Она засмеялась:

— Обжора! Если будешь постоянно есть по ночам, станешь толстым и противным. И я тебя разлюблю.

— А если я не буду есть по ночам, умру голодной смертью. Потому что в другое время у меня как-то не складывается. И ты запомнишь меня молодым и красивым.

— Типун тебе на язык! — прикрикнула на него Тина. И пошла к холодильнику.

Андре уселся за стол и принялся изучать бумагу с шифром, вертя ее во все стороны.

— Что же все-таки он может означать? — задумчиво произнесла Тина, выкладывая на стол содержимое холодильника.

— Да что угодно. Но мне почему-то кажется, что прав был наш гениальный Никас, когда предположил, что это — схема какого-то маршрута. Вот смотри… — лейтенант встал и уставился в листок.

Тина с интересом наблюдала за ним.

— Допустим, нижняя граница ячейки — это мое нынешнее положение. У меня, естественно, есть три варианта, куда податься: направо, налево или вперед…

— Еще можно назад!

Андре покачал головой:

— Нет смысла. Зачем, спрашивается, в предыдущей ячейке было бы нужно посылать меня сюда, если приходится возвращаться? Нет, в схеме не предусмотрено обратное движение: видишь, нижние границы всех ячеек пусты.

Тина согласно кивнула. Ей не было нужды еще раз заглядывать в шифр. Все эти дни она до рези в глазах изучала непонятную схему и теперь точно знала — Андре прав. А он тем временем продолжал:

— Итак, я стою на каком-то распутье и смотрю в схему. Если бы у меня был ключ, я бы нашел следующую по порядку ячейку… ну, пусть эту, к примеру, — лейтенант ткнул пальцем в листок. — В ней точка стоит у правой границы. Стало быть, здесь мне нужно повернуть направо.

С интересом Тина наблюдала, как Андре по-военному четко повернулся и сделал два шага в выбранном направлении.

— Вот я дошел до следующей контрольной точки. И опять смотрю в схему. Ага, здесь мне следует повернуть влево! — Он опять повернулся и сделал еще шаг. И уткнулся в стену.

— Что, трудно быть Индианой Джонсом? — хихикнула Тина.

Андре улыбнулся:

— Не знаю, не пробовал. А вот идти таким образом по схеме вполне возможно.

— При соблюдении двух маленьких условий, дорогой. Во-первых, нужен ключ к шифру…

— … а во-вторых, нужно знать, где именно пролегает зашифрованный маршрут! — продолжил ее мысль лейтенант.

— Ключа у нас нет, где проходит маршрут, мы не знаем. Хотя… — она запнулась.

Андре с интересом взглянул на нее:

— Хотя что? У тебя есть версия?

— Ну, версией это назвать трудно. Скорее так бредовое совершенно предположение…

— Ну-ка, ну-ка! — лейтенант уселся верхом на стул и в ожидании уставился на Тину.

— Знаешь, это очень похоже на схему движения по какому-то лабиринту. А мы с тобой живем на Крите…

— …где есть известный всем Лабиринт под Кносским дворцом? Ты это имеешь в виду? — опять подхватил ее рассуждения Андре.

Тина смущенно кивнула.

— А что, очень может быть. Пергамент был древний, чем черт не шутит… Версия очень красивая и, что самое главное, вполне правдоподобная, — подбодрил он ее.

— А что толку? Все равно без ключа мы не сможем проверить, так ли это. А ключа нет и не предвидится. Так что не будем больше забивать себе головы кладоискательством, давай-ка лучше ужинать… — Тина внезапно замолчала и прислушалась.

В наступившей тишине прозвучал сдавленный крик.

— Алекс! — встрепенулась женщина и стремглав вылетела из кухни. Следом устремился и Андре.

Малыш был без сознания. Он лежал, глядел остановившимся взглядом куда-то вверх, очень часто и шумно дыша. Из обеих его ноздрей вновь текли ручейки темной крови. Еще одна багровая струйка стекала из уголка приоткрытого рта. На мелово-бледной коже кровь казалась черной.

— О Господи, нет! Не сейчас, пожалуйста, только не сейчас! — в отчаянии выкрикнула Тина, рывком выхватив обмякшее тельце из кроватки и прижимая его к себе.

Прикоснувшись губами ко лбу сына, она с ужасом ощутила ледяной холод. Вопреки ожиданиям, в этот раз температура у малыша не повысилась, а упала. И эта необычность испугала еще больше. По-звериному подвывая, женщина опустилась на пол, обнимая умирающего Алекса и раскачиваясь вместе с ним из стороны в сторону.

— Тина, успокойся! Я вызываю медиков. У тебя есть какие-нибудь лекарства на экстренный случай? Должны быть! Да успокойся же ты! Нет времени на истерику! — прикрикнул на нее Андре, оторвавшись на миг от своей рации.