Чтение онлайн

Я ласкаюсь, сказалъ я ей, что ваши желанія къ уединенію по крайней мр будутъ на нкое время отложены. Он сходствуютъ съ силою нкоторыхъ моихъ разсужденій, но я примчаю, что еще не со всмъ безнадежно получить согласіе отъ ея фамиліи.

Генералъ и Графъ, прибывшіе сюда въ сіе время съ поспшностію пришли ко мн засвидтельствовать свое почтеніе. Колико они оба симъ занимаются? По прозьб Маркизы мы пошли въ горницу къ Іерониму, гд Маркизъ, Прелатъ и отецъ Марескотти еще находились. Каждой паки началъ благодарить меня за то обязательство, коимъ они одолжены моимъ услугамъ; а когда начали они желать мн всякаго благополучія; то я имъ сказалъ, что отъ нихъ зависитъ сдлать мн чрезвычайное удовольствіе. Они понуждали меня вс единогласно изьясниться: оно состоитъ въ тамъ, отвчалъ я, чтобъ позволено мн было склонить нжнаго моего друга, господина Іероима, хать со мною въ Англію. Г. Ловтеръ почтетъ себ за щастіе продолжать о немъ свои попеченія съ толикимъ же тщаніемъ въ Лондон какъ и здсь, хотя онъ ршился, естьли и не согласятся на мою прозбу, не оставлять его до совершеннаго выздоровленія.

Они посмотрли другъ на друга, съ видомъ изьявляющимъ радость и удивленіе. Изъ глазъ Іеронима потекли слезы. Я не могу, я не могу перенести, сказалъ онъ, толь многихъ одолженіи. Кавалеръ, мы ничего не можемъ для васъ сдлать, и вы возвратили мн здравіе единственно для того, дабы имть силу убить меня. Очи Клементины были омочены слезами; она вышла отъ насъ съ торопливостію. О Кавалеръ! сказала мн маркиза, сердце моея дочери весьма чувствительно къ выраженіямъ признательности, и опасно для ея спокойствія. Я страшусь о ея жизни, естьли вы не принудите ее уничтожить ея ршенія.

Требуемое мною, возразилъ я, есть для меня милость. Я равно ласкаюсь, что Г. Іеронимъ конечно не подетъ безъ нкоторыхъ своихъ друзей. Наши бани довольно могутъ привести его въ прежнее состояніе. Я не преминулъ бы ходить туда самъ. Перемна воздуха можетъ ему быть полезною. О естьлибъ я имлъ честь, Г. мой, присовокупилъ я, глядя вокругъ себя, принять васъ всхъ въ Англіи. Симъ-то бы вы мн совершенно заплатили за т одолженія, кои вы превозносите съ толикою милостію.

Они все еще смотрли другъ на друга, не говоря ни слова. Дай Боже, возразилъ я, чтобъ вы сами, Г. мой, и вы, Сударыня, [говоря отцу и матери] расположены были сдлать мн сію милость. Вы о томъ нкогда помышляли въ щастливое время. Я склоню обихъ моихъ сестрицъ и ихъ мужей проводить васъ со мною въ Болонію. Мои сестрицы съ радостію примутъ сей случай видть Италію и пріобрсть дружбу Клементины, коей свойства он уже почитаютъ до высочайшей степени.

Ихъ молчаніе продолжалось; но никто не казалось чтобъ не одобрялъ усильныхъ моихъ прозьбъ: сія честь, государи мои, сія милость, Сударыня, была для меня еще другою пользою. По той надежд какую вы мн подали возвратиться одному въ мое отечество, конечно заключатъ о мн какъ о такомъ человк, которой бжалъ и съ которымъ худо поступили. Моя гордость не мене беретъ въ томъ участія какъ и удовольствіе мое. Я представляю вамъ домъ и въ город и за городомъ. Я не имю ничего такого, чего бы не отдалъ въ ваше разпоряженіе. Никто толико не любитъ своего отечества сколько я; но оно еще гораздо будетъ для меня любезне,естьли вы обртете въ немъ какую ниесть пользу для вашего увеселенія или вашего здравія. Окажите мн сію милость, Г. мои, обяжите меня симъ, Сударыня, по крайней мр хоть для того дабы Италія показалась вамъ гораздо любезне по вашемъ возвращеніи. У насъ лтомъ не столь жарко. Помощію торговли мы можемъ въ изобиліи доставать вс плоды растущія здсь осенью: ибо у насъ зима не столь холодна какъ у васъ. Окажите мн сію милость токмо на наступающую зиму, а тогда смотря по своей склонности вы будете жить сколько вамъ заблагоразсудится.

Прелюбезнйшій другъ, вскричалъ Іеронимъ, я принимаю ваше приглашеніе и отправлюсь какъ скоро въ состояніи буду пуститься въ сей путь. Путь! прервалъ я его рчь, корабль столько же будетъ для васъ спокоенъ какъ и ваша горница. Онъ доставитъ васъ даже въ средину Лондона: вы непримтно придете въ совершеннйшее здравіе, какъ скоро оставите вашу горницу.

По истинн, сказалъ имъ Генералъ, сестрица справедливо опасалась не долго быть въ Католическомъ закон учинясь женою сего удивительнаго человка. Я совтую вамъ тому врить. Вы его любите. Вы много претерпли печалей и томленій. Отправитесь съ нимъ для препровожденія зимы. Весьма похваляютъ тамошнія бани и вы не можете отъ того получишь себ вреда. Мы беремъ на себя попеченіе стараться, моя жена и я, благополучіи Клементины во время вашего отсудствія. Но вспомните слово данное Грандиссономъ. Привезите его съ собою, также его сестрицъ и ихъ мужей. Но Кавалеръ, какое изберете вы время для вашего отъзда?

Я ему сказалъ что чмъ скоре тмъ лучше, поелику время теперь самое лучшее. Я повторилъ, что сіе ршеніе приведетъ меня въ чрезвычайное восхищеніе, и что ето есть единое средство заплатить мн за все то, что они именуютъ своими обязанностями. Я общался имъ возвратишься съ ними. Здравіе Клементины, присовокупилъ я, тогда уже подкрпится а Г. Іеронимъ совершенно въ хорошемъ будетъ состояніи. Какоежъ удовольствіе будутъ они ощущать увидясь паки другъ съ другомъ?

Меня просили отложить сіе только до завтрешняго дня, дабы посовтоваться и дать мн ршительное изьясненіе.

Господинъ Ловтеръ и его товарищи, съ коими о томъ совщались думаютъ такъ что Іеронима должны нести въ носилкахъ къ самой ближайшей гавани, а тамъ посадить на корабль и отправиться въ Англію; но что гораздо лучше будетъ подождать до всны: поелику тогда новозажившія мста его тла совершенно укрпятся. Общаются, что тогда Іеронимъ съ двумя сыновьями Графа и с нкоторыми особами изъ фамиліи отправятся въ путь. Между тмъ временемъ Прелатъ и отецъ Марескотти принимаютъ на себя трудъ вести с мной переписку и увдомлять меня всхъ обстоятельствахъ.

Клементина пила съ нами шоколадъ Ее увдомили о новомъ ршеніи. Она весьма одобрила посщеніе кое общались мн учинить на будущій годъ. Столь прискорбно, сказала она мн на ухо, видть себя въ такихъ обстоятельствахъ, кои не позволяютъ пустишься въ путешествіе той, которая гораздо бы охотне то учинила и которая не хуже бы всхъ была принята! я посмотрла бы на землю, гд Кавалеръ Грандиссонъ родился!

Я же помышлялъ о той странности, которая конечно не позволила бы Клементин говорить мн сіи слова, естьлибъ она не совершенно ршилась видть во мн токмо брата. Колико ни изыскиваютъ способовъ, любезной мой Докторъ, разборчивыя души для выраженія своего отказа?

Оставшись на един съ Іеронимомъ онъ говорилъ мн въ самыхъ нжныхъ выраженіяхъ о перемн появившейся на лиц моемъ съ того времени какъ его сестрица кажется утвердилась въ своихъ мысляхъ. Естьлибъ сердце было спокойно, сказалъ онъ мн, то я увренъ, что не видалъ бы сихъ знаковъ съ наружности. Любезной другъ! отвчалъ я ему, что усматриваете вы въ томъ удивительнаго? Когда я пріхалъ въ Италію, то какое мнніе ни имлъ о вашей сестриц; но не почиталъ ее толико великою каковою она посл того показалась. Я всегда ей удивлялся; но теперь я чувствую нчто боле нежели удивленіе видть уничтоженіе моей надежды почитавъ оную толико основательною! я былъ бы боле нежели человкъ, естьлибъ не былъ тмъ тронутъ до чрезвычайности.

Вы конечно должны быть таковымъ, и я сердечно принимаю участіе въ вашихъ страданіяхъ, но любезный Грандиссонъ, она предпочитаетъ вамъ единаго токмо Бога. Она претерпваетъ боле нежели сколько вы, снести можете. Единое ея утшеніе, сказала она мн состоитъ въ томъ, что она не надется долго прожить. Любезная двица! она ласкается что обязана возвращеніемъ своего разума тмъ усерднымъ моленіямъ, кои она возсылала на Небо въ кротчайшее время своей памяти, и коихъ единый предметъ былъ утшеніе ея родителей; посл чего вс ея желанія стремились къ лучшей жизни. Но, Кавалеръ, естьли ваше сердце находится въ толь мучительномъ состояніи…

Не сумнвайтесь въ томъ, любезный другъ. Я не такой человкъ, которой бы былъ не чувствителенъ. Впрочемъ хотя бы и успли теперь принудить Клементину сойти съ того степени величія, на которой она возвысилась, и какое бы удовольствіе не чувствовали отъ того мои желанія, но я не мене помышляю о томъ что естьли ея совсть будетъ тмъ тронута, то отъ сего уменшиться ея слава. И пріятноли для меня будетъ, какъ то она очень явственно изобразила въ одномъ изъ своихъ писемъ, видть супругу любезною, но нещастною своими сумнніями, не стараясь возвратить спокойствія ея сердцу отдаленіемъ оныхъ? И могу ли я надяться какого ни есть успха, не сдлавъ ей напередъ хорошаго изображенія о моемъ закон? Такимъ образомъ не подвергнусь ли я укоризн нарушивши положенныя статьи? О любезной мой Іеронимъ! вс обстоятельства должны остаться таковыми каковы они сутъ, по крайней мр для того естьли она не можетъ помышлять лучше о моемъ закон, или не столь пристрастно о своемъ.