Чтение онлайн

Очень хорошо. Но я сужу, что естьли мой дядюшка и Г. Динъ съ нимъ встртятся; то они принудятъ его пріхать сюда сего же вечера. Не будетъ ли ему времени, когда ни захочетъ, хать въ Нортгамптонъ?… но вотъ онъ! Пріхалъ! такъ, моя любезная, ето самъ онъ. Дядюшка мой халъ вмст съ нимъ въ карет. Г. Динъ, сказала мн моя горнишная, вышелъ уже изъ кареты. Ета двка обожаетъ Сира Карла. Оставь меня, Салли. Твое смущеніе, дурочка, умножаетъ изумленіе твоей госпожи,

Дабы избжать всякаго притворстава, то я сошла въ низъ и хотла его встртить, какъ увидла своего дядюшку на лсниц. Любезная племянница, сказалъ онъ мн, вы не отдали справедливости Сиру Карлу. Я было думалъ, что въ томной вашей любви, [какія слова, моя дорогая, а особливо въ сіи минуты] должныбъ были боле имть къ нему пристрастія. Онъ понуждалъ меня идти до самой кареты. Вы очень щастливы, говорилъ онъ мн. Въ проздъ чрезъ цлыя пятнатцать миль онъ говорилъ только о васъ однихъ. Я васъ провожу, я васъ ему представлю.

Не прошло еще и получаса, какъ я усиливалась успокоишь духъ свой. Ни что такъ не нравно, какъ не умстная шутка. Представить меня ему! Томная моя любовь! О дядюшка! подумала я. Силъ мн не доставало за нимъ слдовать. Я поспшно возвратилась въ свой кабинетъ, столько же смущенна какъ дитя. Вы знаете, моя любезная, что съ нкоего времени я не очень была здорова. Я была слаба и радость столь же трудно было мн сносить, какъ и печаль.

Моя тетушка ко мн пришла. Что вамъ препятствуетъ, душа моя, сойти въ низъ? Какъ! вы въ слезахъ? Вы покажетесь странною любезнйшему человку, какого я когда либо въ жизни своей видла. Г. Динъ къ нему страстенъ… любезная тетушка, я уже весьма уничижена, когда себя съ нимъ сравниваю. Я бы весьма жалла, естьлибъ показалась ему странною; но дядюшка совершенно меня разстроилъ. Однако я знаю его добрыя разположенія и не должна на то жаловаться. Я за вами иду, Сударыня.

Тетушка моя шла предо мною. Сиръ Карлъ, въ то самое время, какъ я показалась, подошелъ ко мн съ бодростію но съ видомъ нжнымъ и почтительнымъ. Онъ взялъ меня за руку, и наклонясь на оную сказалъ мн, какъ я радъ, что вижу паки мою любезную Миссъ Биронъ, я вижу ее въ добромъ здравіи! Ваши малйшія слабости, Сударыня, всегда будутъ разделяемы.

Я поздравила его возвратнымъ пріздомъ. Мн не можно было говорить громко. Онъ не могъ не примтить моего смущенія. Онъ привелъ меня къ кресламъ, и не выпуская моей руки слъ подл меня. Я сперьва ее не отнимала, дабы онъ не подумалъ, что я притворствую; но при столь многихъ свидтеляхъ я подумала, что Сиръ Карлъ былъ нсколько воленъ. Однако, какъ я ее не отнимала, то онъ не могъ честнымъ образомъ ее оставить: и такъ сія вина больше отъ меня чемъ отъ него произойти могла. Я спрашивала посл у тетушки, не показались ли ей взоры его такими, какія можетъ имть человкъ увренный въ успх своихъ намреній? Она мн сказала, что она примтила въ его вид мужескую вольность, но съ такою нжностію, которая придавала ему неизреченную пріятность. Между тмъ какъ онъ былъ по тогдашнему обстоятельству въ принужденіи, примолвила она; то не удивительно, что онъ говорилъ съ вами съ обыкновенною учтивостію, какъ другъ вашъ; но теперь когда онъ воленъ съ вами изьясняться, должно ему поступать какъ любовнику, то есть, точно такъ, какъ онъ поступалъ.

Онъ мн возвратилъ употребленіе голоса, говоря мн с васъ, моя любезная, о Милади Л… о вашихъ супругахъ и о своей питомиц. Дядюшка мой съ тетушкою вышелъ, и сколько могла судить, для того чтобъ посовтовать между собою, прилично ли моему дядюшк предложишь Сиру Карлу,чтобъ занялъ покои въ нашемъ замк, и прожилъ бы у насъ все то время, которое намренъ препроводить въ нашемъ узд: люди его остались на двор и ожидали его приказовъ. Моя тетушка, которая, какъ вы знаете, весьма строго наблюдаетъ благопристойность и все что къ нему прилично, представляла моему дядюшк, что благодаря стараніямъ Г. Гревиля, вс наши друзья увдомлены, что Сиръ Карлъ, какъ кажется, въ перьвые о мн помышлять началъ: слдственно, естьли съ нимъ надлежитъ поступать какъ съ такимъ человкомъ, коего сродство приноситъ намъ честь; то не мене обязаны мы наблюдать нкія мры, по крайней мр для виду, дабы не дать поводу думать, что онъ былъ увренъ въ своей побд при перьвомъ вид, тмъ боле, что злой нравъ Г. Гревиля довольно извстенъ. Мой дядюшка разгорячился. Я всегда не правъ, сказалъ онъ, а женщины правы. По томъ началъ говорить о всхъ тхъ общихъ обстоятельствахъ и съ такими особенными выраженіями, за кои вы такъ часто надъ нимъ издвались. Онъ было надялся, говорилъ онъ, поздравить свою племянницу, до изтеченія двухъ недль въ качеств Милади Грандиссонъ. Какія же могутъ быть препятствія, когда вс въ произволеніи своемъ согласны? Будучи столь близки къ окончанію всего дла, онъ предъувдомлялъ мою тетушку, равно увщевалъ ее и меня предувдомить, чтобъ не показывать какого принужденія и притворства. Сиръ Карлъ не возъимлъ бы о насъ хорошаго мннія, естьлибъ мы сказали какую грубость. Наконецъ обьявилъ онъ свое мнніе, что не надлежитъ его выпускать изъ замка, и чтобъ онъ остановился въ какой гостинниц, сколько изъ чести для всей фамиліи, столько и изъ уваженія къ его собственному желанію насъ навстить. Моя тетушка возразила, что Сиръ Карлъ самъ ожидаетъ разборчивости въ нашихъ поступкахъ; что изъ приказа даннаго отъ него служителямъ, дабы не выпрягали лошадей изъ кареты, видно что онъ не намренъ препроводить у насъ сію ночь; что онъ даже и не намренъ былъ въ сей денъ къ намъ хать, но хать на ночлегъ въ Нортгамптонъ, такъ какъ признался онъ моему дядюшк, повстрчавшись съ нимъ и съ Г. Диномъ. Словомъ, сказала мн тетушка, я столь же ревностно желаю вперить о себ надлежащее мнніе въ Сир Карл, какъ и во всхъ людяхъ; однако вы знаете, что наши сосди ожидаютъ примра отъ васъ. Ежели Сиръ Карлъ не будетъ здсь жить, то чаще станетъ къ намъ здить, и его посщенія будутъ казаться гораздо почтительнйшими. Я надюсь, что мы всякой день будемъ съ нимъ видться, и цлые дни съ нимъ просиживать: но его частые прізды не будутъ простыми учтивостями гостя, и должны почитаться обыкновенными посщеніями.

Мой дядюшка съ трудомъ на сіе согласился. Когда онъ съ тетушкою возвратился, то нашелъ меня въ важномъ разговор съ Сиромъ Карломъ и Т. Диномъ. Содержаніе нашего разговора было благополучіе Милорда и Милади В… съ коими Г. Динъ, начавшій сію рчь, очень тсную дружбу имеиъ. Сиръ Карлъ увидя мою тетушку всталъ и говорилъ ей; ночь наступаетъ. Естьли вы позволите, то я завтра буду имть честь съ вами завтракать. Онъ каждому поклонился, а мн гораздо ниже и поцловалъ мою руку; и не сказавъ ни слова возвратился къ своей карете. Между тмъ какъ мы за нимъ шли до самыхъ дверей, изъ коихъ выходъ на дворъ, дядюшка мой еще предложилъ его остановить. Проклятая разборчивость! Слышала я, какъ онъ весьма тихо сказалъ моей тетушк. Она призналася намъ; что чувствовала въ себ нкое понужденіе говорить съ Сиромъ Карломъ, но не знала что ему сказать. Я съ нею была въ нкоемъ замшательств, которое доходило даже до безпокойства. Что ни будь было тутъ не хорошо, какъ намъ казалось, но мы не могли сказать, что такое было худое. Но по отъзд Сира Карла, и когда мы сли на свои стулья въ ожиданіи ужина, ни кто не мотъ скрыть своего неудовольствія. Особливо дядюшка казался въ великой досад. Онъ бы охотно далъ, говорилъ онъ намъ тысячу гвиней за то, когда узнаетъ что Сиръ Карлъ вмсто того, чтобъ завтра сюда пріхать, поворотилъ въ Лондонъ.

Я съ своей стороны не могла сносить такихъ намтокъ и просила, чтобъ меня уволили отъ ужина. Я была не здорова, а сіе странное обстоятельство пріумножало еще безпокойства въ моемъ нездоровь. Такое смшеніе, какъ я начинала испытывать, чрезмрно много отравляетъ наши лучшіе удовольствія. Общество оставленное мною, не было щастливе. Въ разсужденіяхъ своихъ дошли они до такой вспыльчивости, что ужинъ кончился очень поздо и изъ за стола встали не вши ни чего.

Я вопрошаю васъ, любезная Милади, что бы должно было намъ длать?

Хорошо ли мы поступили или нтъ? Излишняя разборчивость, какъ я слышала, такое замчаніе, заслуживаетъ со всемъ противнаго названія. Васъ, моя любезная, супруга вашего, нашу Емилію и Доктора Барлета кои столь великое участіе пріемлютъ во всемъ до Сира Карла касающемся, приняли мы съ истинною откровенностію. Такъ не ужели мене должны мы быть искренни къ братцу вашему? О нтъ, но кажется что обычай, сей тираннъ, и опасеніе о людскихъ рчахъ, особливо посл тхъ произшествій, кои случились со мною отъ нкоторыхъ дерскихъ и наглыхъ людей, обязывалъ насъ показать ему… что же, моя дорогая? Показать ему самымъ дломъ, что мы отъ него ожидаемъ того, чего не можемъ ожидать отъ его сестры и зятя: слдственно чемъ боле желали мы его видть при себ, тмъ боле должны были держать его отъ себя въ отдаленіи. Какое бы неправильное обьясненіе было въ пользу его, естьлибъ онъ о чемъ нибудь имлъ хотя малйшее сумнніе? Чего бы я не заплатила въ сію минуту, сказала мн тетушка, чтобъ только узнать его мысли.

Но моя бабушка и об двоюродныя мои сестрицы будутъ сюда къ обду. Я получила отъ нихъ три поздравительныя письмца, въ коихъ радость господствуетъ со всею нжностію ихъ дружелюбія. Мы теперь остаемся въ ожиданіи. Вс нын стали рано, чтобы каждую вещь прибрать съ наилучшимъ порядкомъ. Моя тетушка увряетъ, что естьлибъ и самому Королю надлежало насъ навстить; то и тогда неимла бы она большаго желанія ему нравиться. Я сойду въ низъ, дабы избжать всякаго вида притворства, когда онъ прідетъ.

Наша бдная Генріетта вошла опять въ свой кабинетъ. Истинно, нтъ щастливйшаго состоянія, какъ двическая жизнь для такихъ молодыхъ особъ, кои столь великую душу имютъ, что не взираютъ на удивленіе, и ласкательства другаго пола.

Какое смущеніе, какія разнообразныя страсти колеблятъ такую женщину, которая единожды предастъ сердце свое любви? Еще нтъ Сиа Карла Грандисона, моя любезная! Однако ужъ десять часовъ. Какъ уменъ вашъ братецъ! Онъ и не заботится, что его ожидаютъ. Прекрасное спокойствіе духа! По крайней мр для него прекрасное, но очень не равнодушно оно для женщины, когда она видитъ человка такого гордаго. Можетъ быть взявши еще меня за руку при десяти свидтеляхъ, спросить меня, не причинялоли мн его отсудствіе много печали? Но я хочу поискать для него извиненія. Не могъ ли онъ забыть своего обязательства? не могъ ли онъ заспаться? Какой нибудь пріятной сонъ, которой представилъ ему Болонію… право, л обижена. Не въ Италіи ли онъ привыкъ быть такъ спокоенъ? О нтъ, моя любезная.

Въ сіе самое время я не могла удержаться, чтобъ не обратиться назадъ и не осмотрть другихъ проступковъ, въ кои, какъ думаю, могу его укорить относительно ко мн. Однако память моя не столько будетъ для него вредна, сколько бы я желала. Но думаете ли вы, чтобъ другіе люди въ подобномъ положеніи остановлялсь въ Стратфорд съ тмъ, чтобъ имъ тамъ однимъ обдать? Одинъ только вашъ братецъ можетъ быть щастливъ самъ собою. Естьли онъ не можетъ быть щастливымъ, то ктожъ другой можетъ! Но статься можетъ, что его лошадямъ должно было отдохнуть. Мы не знаемъ, во сколько времени столь далеко онъ прохалъ. Тотъ, кто не хочетъ, чтобъ благороднйшія животныя лишены бывали какого либо убранства, долженъ по своему нраву поступать съ ними съ кротостію. Онъ говоритъ, что не можетъ отъ своихъ вышшихъ сносишь недостойныхъ поступокъ, мы тоже самое думаемъ, и въ семъ то самомъ мы его разсматриваемъ. Но для чегожъ, скажите пожалуйте? Мое сердце, любезная Милади, начинаетъ подниматься; я васъ увряю, что оно чаю вдвое больше стало нежели каково было вчера въ вечеру.