Чтение онлайн

— Не хочу тебя расстраивать, Мирун, но из вас двоих она не спала именно с тобой, — несмотря на весь сюр ситуации, я почувствовал где-то глубоко внутри какое-то удовлетворение. Слова Вижена пришлись как нельзя в тему.

— Что?!

— У нас с Виламой простое предложение для тебя, Тиглат. И условие для тебя, Мирун. Ты был главным по праву силу. Вилама создала это место. Без неё мы бы так и руководили небольшой сектой. Так уж получилось, что Тиглат привел сюда целую армию. И возникает вопрос, какой же трон отдать ему? Трон Снов, которым управляет настоящая мастерица, либо Трон Морей…

— Ты выжил из ума, слизняк?! — За спиной мужчины заколыхалась вода во множестве луж. Мы были не так уж далеко от побережья — не больше полусотни метров. И я только сейчас обратил внимание, что за спиной сына Дагона разлита вода. Обычно я чувствую воду, особенно морскую. Но эта не подчиняется Энки. Она чужая этому миру. И её хозяин мне известен.

— О нет. Все просто. Право силы. Единственное право легитимности. Трон Морей Тиглату подходит больше. Ты думал, мы станем сражаться? Но ты лидер. А он пришел сюда занять твое место, не так ли? Было бы справедливо, если бы вы сразились честно. Один на один.

— Он не бросал мне вызов!

— А мне показалось — бросил?.. — Вижен выжидающе посмотрел на меня.

Я уже понял расклад. Хитрая бестия, которая весьма активно намекала мне, что присесть она хочет не только на трон, смещать свою задницу с одного из трех престолов Бахры не пожелала. Оно и понятно. Вижен, судя по всему, сын Йог-Сотхотха. Во всяком случае настолько, насколько Темному Властелину Лэнга вообще можно приходиться сыном. Мируннаследует Дагону. А кому наследует Вилама? Дьяволице Лэнга? В обычной ситуации дьяволица — это серьезно. Одна из демонов-господ, как-никак. Но в табели о рангах она от двух перечисленных титанов где-то настолько же ниже, насколько я в Шумере уступаю Верховному магу. Это просто несерьезно. Было бы. Но фокус в том, что они, судя по всему, равны. Во всяком случае сопоставимы по силам и возможностям. Вижен полудемон. Вилама, скорее, дитя смертного и бессмертного. У неё тело смертной. Душа тоже. Можно сказать, она колдунья с рядом природных особенностей и хорошей наследственностью. Остается Мирун, который, несмотря на то, что он наследует Дагону, вообще темная лошадка. И Вижен, и Мирун хоть и называются детьми Йог-Сотхотха и Дагона, вряд ли являются ими в полном смысле этого слова. Шаб-Нигуррат, демон ранга куда более низкого, порождает детей-двурогих. Настоящих чудовищ, способных вступить в схватку с архимагом и победить. Что могут породить настоящие темные боги — вопрос. С тем же успехом сыном Дагона мог бы называться кусок его волоса, решивший пойти пожить отдельной жизнью. Это, кстати, вполне реально возможный сценарий. Так что дети-то они, наверное, дети. Но не совсем. Наследуют не напрямую. И если в Виламе течет капля демонической крови дьяволиц как вида, то Мирун, на удивление, имеет ауру человек. Не совсем человека, конечно. Его звук похож на мертвое гудение глубин. Так его можно охарактеризовать. Он явно не чужд тьме, имеет множество возможностей. И наверняка опасен. Но вот сильнее ли он меня — это вопрос. Тем более, у меня такое чувство, что он самый младший из всех.

— Я бросаю тебе вызов за Морской Трон, Мирун, — я усмехнулся. — Тебе хоть сколько лет? Такое чувство, что общаюсь с ребенком.

— Не твое дело, смертный!

— Ему пятнадцать, — насмешливо бросила Вилама. — Первым был Вижен. Потом пришла я. Мирун явился лишь четыре года назад.

— Заткнись! Ты думаешь, я пощажу тебя после боя?!

— А ты думаешь, что победишь? — Она игриво стрельнула в меня глазами.

Кажется, это было последней каплей его самообладания, потому что дальше он безрассудно бросился на меня. Правда, безрассудно — не значит глупо. Все лужицы за его спиной взвились вверх. На мощную волну их не хватало, так что одновременно с ударом двузуба из-за спины Мируна полетели сотни водяных лезвий и игл. В Шумере иглы были нераспространенной формой атакующих заклинаний, но известной. Эффективны только на ближней дистанции. У Мируна они выглядели подобно тончайшим струйкам воды, линиям, менявшим постоянно направление течения в пространстве. Но конец однозначно был острый и стремился вонзиться в мое тело. И что с этим делать?..

Будь на моем месте подмастерье — он бы умер. Мастер, вероятно, тоже. Потомок темного бога обладал поистине дьявольской силой, скоростью и гибкостью. Уж не знаю, откуда он явился в Бахру, но обучали его на совесть: сражаться своим оружием мой нынешний соперник умел бесподобно. Собственно, двузуб мне по глупости приходилось время от времени отбивать жезлом. А двигаться помогало только предвидение и опыт. Кто бы знал, что бои с Шак’Чи, которые с таким упорством проводил для меня Абтармахан, будут иметь столь полезные последствия? Фактически, двузуб мало отличался от посоха обезьяна. Разве что колющий удар мог насадить меня на острие или острия, а Шак’Чи максимум ребро или руку ломал. Сложнее было с иглами и лезвиями. Личные Защиты были бесполезны концептуально в такой обстановке. Водяной доспех, который я держал на себе, безусловно, был лучше. Как и доспех Ану. Вместе они хорошо сдерживали водные заклятия. Лучшим против воды считается, как ни странно, огненный доспех. Водяным доспехом защищаться от воды — идея так себе. Но у него есть свои преимущества. Он держит давление. И ослабляет напор точечных атак, отводит их. А доспех Ану неплохо держит множественные, но слабые удары. Когти те же, легкие стрелы… Сейчас тоже помогает.

— Ещё не устал?! — Он на секунду остановился.

— Если ты думаешь, что я дам тебе выиграть время, пока к тебе идет морская вода… — Я покачал головой. Смысл в том, что это специфичное движение завершило позу «быстро», а сформированное недозаклятие я мгновенно наполнил маной и сделал шаг. Мой кулак врезался в живот не успевшему среагировать Мируну. Но самое главное было не в этом. — … Не дам, — отдышавшись и бросив на руку заклинание малого исцеления, я поморщился от множественных болей, проходящих по суставу. — Эй, ты там жив? — Заклятие Звукового Резонанса — это великолепное заклинание ближнего боя. Изначально его придумали не для этого, а чтобы дробить каменные глыбы. С расстоянием до цели оно крайне быстро теряет эффективность, но в нескольких метрах все ещё отлично работает. Я же врезал по противнику с кулака в упор. После такого редко выживают, но чёрт его знает…

— Хргх… — Впереди медленно поднимался потомок Дагона. Он влетел спиной в каменную стенку какого-то одноэтажного дома. Та сломалась, крыша сложилась… Но обломки он растаскивал.

— Понятно, — я хмуро посмотрел на морскую воду. Тонким слоем неестественного прилива она пришла от берега и расползалась по телу противника, словно пленка. — Так нечестно, кстати… — Я думал, что делать. Специализированные чары против демонов мне известны. Против нежити — да. Но Мирун скорее человек. Очень-очень крепкий человек со стихией тьмы и гидромантией. И, судя по всему, хорошим Ме, позволяющим управлять водой и излечиваться от неё. Что самое эффективное против такого?.. Священный огонь кого-то из богов. Но Лучший из ближайших вариантов, Шива, мне не покровительствует. Тогда что? Просто огонь? Логично… А у меня в запасе как раз есть кое-что подходящее. Опасно использовать, конечно, но лучше, чем ничего. Кингу побери Шак’Чи! Ну где этот обезьян, когда он так нужен?!

Метнувшись вперед, я даже не обращал внимания на град водяных снарядов, обрушившийся на меня. Я специально вихлял и петлял, чтобы успеть скороговоркой начитать заклинание огненной ауры. Мне нужен был огонь. И, откровенно говоря, если сейчас я не справлюсь, то лучше будет ретироваться. Отступать — плохо. Но тут не та ситуация, когда нужно бороться до конца. Наконец, губы прочли последнее слово. Остался только ключ. И оставалось только самое опасное. Точнее, тут все было опасным… Но именно этого фокуса я опасался больше.

— Да сдохни ты уже! — Настолько восстановился, что даже заговорил? Это после звукового резонанса-то?..

«Быстро» позволило мне отправить себя почти напрямик к Мируну. Доспехи перестали на таких скоростях нормально держать лезвия и иглы, но все ещё их ослабляли, так что кожа покрылась множеством мелких ран. Это было не особо важно. В тот момент, когда он уже готовился нанести удар своим двузубом с очевидным намерением насадить крайне положительного и хорошего шумерского мага на двузубую пику, я телепортировался. И не как-нибудь, а блинком. Чувство было такое, что отталкиваться, возвращаясь в реальность, пришлось не от твердой поверхности, а от дырявой упругой ткани. Я на секунду даже «провалился» в этот процесс, успев увидеть образ, похожий на зеркального карлика. Ещё бы немного, и я упал бы куда-то в место по ту сторону яви. Но большое количество маны и четкое направление сделали свое дело: я оказался прямо за спиной противника. Конечно, это было очень некрасиво, но другого варианта я не видел. Извлеченная из инвентаря последняя из печатей Гибила должна была как-то прикрепиться к Мируну. В рот её запихать вряд ли получилось бы — он стискивал зубы и держал рот закрытым большую часть времени. Да ещё и вода покрывала немалую часть поверхности тела. Оставалось только сунуть эту дрянь юноше за пояс. И активировать огненную ауру, влив максимум доступной маны. Стоять по щиколотку в воде, которая являлась едва ли не продолжением тела моего противника, было как-то… Опасно.

Вой, который раздался следом, сложно было с чем-то сравнить. Он начал оборачиваться, хотя скорее — метаться. Тут уже сложно было удержаться, так что местный «эн» получил по челюсти моим жезлом. Это, конечно, не колокол учителя Халая, но все же. Лезвие ветра, которое я создал на автомате, перерезало противнику шею. К сожалению, вся кровь запекалась огненной аурой. Хотя передо мной даже не полубог. Вряд ли его кровь будет так уж полезна…

— Эй! Ты куда это!?

Я побежал за телом, которое начала утаскивать собравшаяся под ним и не выжженая мной морская вода. Попытка снова использовать знак «быстро» натолкнулась на то, что жидкость впереди обратилась в ледяные кристаллы-лезвия. Огненная аура все ещё действовала, сжигая заодно и оставляемую мной кровь, но я буквально оставил после себя кровавые следы, из-за чего вынужден был исцелять ноги с матами. Боль была очень сильной.

— Ушёл?.. — Издалека подходили Вижен и Вилама.

— Я думаю, он уже умер. С такими ранами не живут. Вода просто имела остаточную волю.

— Ты не так опытна в делах таинств, как думаешь, госпожа Вилама.

— А ты так и не пожелал учить меня, господин Вижен.

— Что поделать, ты отказалась стать моей, а я ведь тоже конкурировал за твоё сердце…

— Скорее — за мое чрево. В котором ты до сих пор мечтаешь поселить хотя бы пару сотен своих червей.

— Не скрою, эта картина все ещё соблазняет меня, — мерзкий тип гнусно захихикал.