Чтение онлайн

знаю тебя, да. Но ты так и не выслушал меня, хоть сам же и торопил. Ты слишком

привык слушать лишь себя, советник Пилата по еврейским делам.

– Ах, да! Ты пришел о чем-то просить меня, Ицхак. Я слушаю и постараюсь не

перебивать тебя. Говори.

– Ты хочешь уничтожить Ешуа и его апостолов, я прав, Йоханан?

– Место Бога на небесах, Ицхак. Чувствую я, что скоро призовет Сына

человеческого Отец его небесный. А апостолы его пусть ходят по Земле и разносят

благую весть о приближении Царствия небесного. Мне не нужна жизнь твоего

племянника, Ицхак.

– Не губи и Ешуа, Йоханан!

– Как понимать эту просьбу, Ицхак? Уж не появился ли у Христа тринадцатый

апостол - апостол Ицхак?
– Йоханан мрачно рассмеялся.
– Или ты просто от

доброты сердечной просишь? Я сказал - племянника твоего не трону, а Ешуа уже

подошел к пределу своему. Все, что мог, он для нас уже сделал, больше незачем

ему мутить народ. Его жизнь теперь уже наше достояние, и мы будем писать, и

переписывать ее заново!
– Йоханан показал на кипу листов на столе.
– Впрочем, тут я лишь придал некий порядок тем слухам и легендам, что собрали мои люди.

Надеюсь, конечно, что старый раби понимает: ни одно слово, сказанное мной в

этих стенах, не должно повториться нигде и никогда. Я не хочу, чтобы мудрый

Ицхак заплатил жизнью за мою откровенность.

– Не губи Ешуа, Йоханан!

– Он должен исчезнуть! Ему пора!

– Он исчезнет. Но если это сделаю я, то ты сможешь пытаться продолжить свою

игру, сказав, что Иисус Христос вместе со своими двенадцатью апостолами

вознесся, и все они исчезли в далях небесных. Сделай так, чтобы он смог выйти

из городских ворот. Дальше все сделаю я. А тебе останется лишь последним

великим чудом закончить книгу жития Христова, да.

– А если я скажу “нет”?

– Тогда ты будешь проклят религией, которую сам создаешь, или будешь предан

забвению. А ведь это ужасно для любого держателя власти, я прав, Йоханан? Да и

кто знает, что все-таки ждет нас за гробом, Йоханан, скоро ждет. Может, если

послушаешь меня и не свершишь этой злой казни, тебе легче будет там, Йоханан, душе твоей будет легче, да.

– Согласен, Ицхак! Но и ты исчезни вместе с ними. Завтра к полудню, чтобы

никого из вас уже не было в городе!
– с этими словами Йоханан вынул из-за

пазухи мешочек с деньгами.
– Держи, Ицхак. Передай их Ешуа через своего

племянника. Пусть приоденет свое стадо - уж очень примелькались их лохмотья в

Иудее. Прощай навсегда, старик. Ступай!

Ицхак взял деньги и пошел к выходу. Уже в дверях он, обернувшись, произнес: - Я возьму у тебя эти деньги, Йоханан. Ты до сих пор не отдал мне то

серебро, что я дал тебе, когда ты собрался ехать в Рим без гроша за душой.

– Стой!
– словно вспомнив о чем-то главном, вскричал Йоханан.
– Твой

племянник такой же остолоп, как и все остальные ловцы человеков? Он верит в

божественность своего пастыря, как и прочие апостолы? А, Ицхак?

– Он умный человек, он друг Ешуа, он не придумывает себе никаких глупостей.

Ему это не нужно, Йоханан.

– Иди!
– Йоханан тяжелым взглядом проводил бывшего друга и закрыл глаза.

Минуту спустя стражник почему-то без доклада пропустил в комнату тучного

бородатого человека. Это был муж той несчастной, которую хотели по его же

наущению побить камнями на площади. Запыхавшийся толстяк немедля повалился ниц

перед одром Йоханана:

– В чем дело, Анания?
– раздраженно спросил Йоханан.

– Я выследил Ешуа, того, что бунтовал в храме!

– И,помнится, перевернул стол с твоим говенным товаром?
– иронично отозвался

Йоханан.
– Ты жаждешь мщения, убогий ублюдок?

– Ты же сам велел мне найти его, о, господин! И я два дня назад его

выследил…

– Он отобрал у тебя жену, которую ты хотел убить за то, что сам перестал

быть мужчиной, впрочем, ты никогда им, наверное, и не был, жалкий придаток

собственных гениталий.

– От тебя ничего не скрыть, о, господин!

– И не пытайся, Анания!

– Он поселился со всеми своими учениками у моего знакомого - его зовут Осия, он тоже служит тебе.

– И баба твоя тоже там, а?
– грубо засмеялся Йоханан.
– Почему ты только

сегодня пришел ко мне?

– Раньше к тебе не пускали. Говорили, что ты болен и не примешь меня. А

вчера вечером мой сын проследил - Ешуа с Юдой ходили вдвоем к некоему Ицхаку, известному как…

– Знаю! И что из этого?

– Осия говорит, что Ешуа после этого сошел с ума. Вернулись они поздно, а

перед тем пришел туда последний ученик - Фома, и собралось их тринадцать, вместе с Ешуа, и четырнадцатая - моя жена, чтоб ей пусто было, о, господин мой, Йоханан! Ешуа попросил Осию освободить им до утра одну комнату в доме и

оставить его с учениками. Комнату Осия освободил, а сам из другой комнаты

слышал весь разговор. “Втолковывайте людям, - требовал Ешуа от апостолов, - что

не Бог я вовсе, а те из вас, кто называет меня Сыном Божьим, чтобы, сославшись

на Высшего Судию, призвать народ к добру, понять должны, что такая ложь - во

зло”. Плакал он, у всех учеников за что-то прощения просил, а Юда Искариот

утешал его, а ученикам говорил, что это он, Юда, во всем повинен, еще говорил, что теперь надо возвращаться к своим делам - сеять хлеб, растить детей и в

простой жизни светить людям добром, учить их своим примером. Вот так, Йоханан, господин мой…

– И что теперь?

– Ешуа бродит повсюду, как помешанный, бормочет что-то про себя, решает, наверное, что делать дальше. Юда почти все время рядом с ним. Апостолы