Архаос
Шрифт:
Когда мы заняли свои места, мне сделалось дурно. Во влажной после недавнего дождя почве, в ряд было выкопано шесть продолговатых ям. Могилы. В каждой уже кто-то покоился. Взгляд скользнул дальше, и я вдруг поняла, что это самое настоящее кладбище. Поляну заполонили поросшие густой травой холмики. Вершину каждого венчал испещрённый надписями зазубренный обломок скальной породы, часть которого была погружена в землю.
С того места, где я стояла, можно было разглядеть лица бездыханных тел. В ближайшей яме уснула беспробудным сном молодая девушка. Рыжие пряди огненными языками лизали бледную шею и ключицы. Казалось, вот-вот, и она распахнёт свои глаза, но нет. От груди и до самых ног её укрывала полупрозрачная красная ткань. Живот возвышался едва заметным, но выделяющимся холмиком. Смерть забрала не одну жизнь, она прихватила с собой и дитя, которому было не суждено сделать первый вдох. В груди заныло. Всё происходящее казалось неправильным, жутким и несправедливым. Особенно абсурдным это воспринималось в окружающем нас очаровании леса, в ликующих птичьих трелях, в безоблачном небосклоне, в буйстве обступающей со всех сторон жизни.
Слух уловил придушенный всхлип – у Кира, устроившегося по левую руку от меня, тоненькие ручейки слёз скользили вниз по щекам, смуглым от жгучих поцелуев солнца. Лицо Рояла было непроницаемым, как и всегда, когда он был решительно настроен скрыть от окружающих свои истинные чувства. Я заметила рядом с ним симпатичную молодую женщину. Их пальцы крепко переплелись. Что-то кольнуло изнутри – чувство, название которого было мне известно, но ощутить мне его довелось только сейчас. Ревность. Я загнала её поглубже. Пожалуй, не время и не место.
В какой-то момент от общей массы отделилась грациозная фигура. Дио выступил вперёд и обернулся лицом ко всем собравшимся. Любое движение выдавало в нём особую породу, иное происхождение. Одеждой ему служили те же обноски, которые были на всех присутствующих, но даже в них он выделялся на общем фоне: выше любого мужчины, бледнолицый, как и все норды, прекрасный, как ни один человек в этом мире. Когда его тягучий голос разнёсся над толпой, тихие перешёптывания сошли на нет.
– Сегодня мы прощаемся с нашими дорогими друзьями. Их тела покинула жизнь, но их души – среди нас. Проводим в последний путь старину Норта и его верную спутницу жизни Сесилию, добродушного здоровяка Кея, – как только с его уст слетали имена, по толпе распространялся разъедающий плач. – Нашего кормильца, возделывателя здешних земель Нори, всеми любимую Мию и её малышку Лизи, отошедшую в мир иной вслед за матерью. – На последнем имени его речь задрожала. Желваки заходили под кожей его лица. Он поднял глаза к небу и часто заморгал, затем сглотнул и закончил свою речь. – Всем нам эти люди были дороги, но некоторым особенно. Прошу самых близких войти в круг и проститься.
Дио, понурив плечи, отошёл в сторону. Могилы стали окружать ближние умерших. Они опускались на колени у самого края, и не смея коснуться тел, произносили слова прощания. До меня долетали лишь их отголоски. Затем, тела стали укрывать ковром прекрасных алых цветов, которые я доселе не видела. Голоса утихали, сменяясь беззвучными рыданиями. Кто-то сам возвращался в общий строй, кого-то уводили под руки, шепча слова утешения. Взгляд прилип к одинокому цветку – капле багровой крови на траве между могилами, который избежал участи быть погребённым.
Мои мысли обволок густой туман. Один непрерывный кошмарный сон поглотил привычную реальность. Или наоборот – это и есть пробуждение после беспредельно долгой дрёмы? Такого просто не может быть. Наверное, я всё-таки умерла, там посреди леса в ловушке капкана, и оказалась в плену собственного ада в наказание за то, кем являлась. Но нет. Хуже всего было то, что всё вокруг происходило в самом деле. В этом не было никаких сомнений.
Мятежный Основатель, между тем, наблюдал за мной со своего места. Чего он хотел добиться моим присутствием здесь? Открыть глаза правде? Показать, как выглядит смерть, и что с ней рука об руку ступают скорбь, страдание и сожаление? Но какой в этом толк, если это не меняет ход истории, которой суждено случиться. Все эти люди – трупы рано или поздно.
Он подал знак шестерым крепко сложенным мужчинам, которые стояли чуть поодаль от остальных в тени обступающих со всех сторон деревьев. В руках копальщики сжимали старые ржавые лопаты. Они кивнули и принялись засыпать ямы землёй. Воцарившееся молчание нарушал разве что щебет птиц, доносившийся из густого леса.
Ещё совсем недавно живых укрывали неподъёмным одеялом мокрой земли. Я покосилась на траурное собрание, и мне стало их по-настоящему жаль. Всепоглощающая боль и тоска пропечатались на лицах этих людей. Их страдания от потери близких подвели меня к однозначному решению – никогда не привязываться к смертным. Это было непозволительной роскошью в мире, где мне предстояло прожить тысячелетия, а для них было непосильной задачей встретить следующий рассвет.
Когда горячие пальцы Кира коснулись моей руки, я всем телом содрогнулась, словно тронула раскалённое железо, и обхватила свои плечи, притворившись, будто не заметила сентиментального порыва мальчишки. Мне сделалось неуютно от его действий и своей реакции на это. Он искал поддержки, но я не могла ему дать её. Я вообще никому ничего не могла дать.
– Забудь, – в пустоту процедил он, и расстояние между нами заметно увеличилось.
Люди один за другим начали расходиться, и Кир мгновенно скрылся из виду, оставив за собой смятение в моей душе.
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
<p align="center">
XIII
После окончания похоронного обряда Роял велел мне ждать здесь – в каменном зеве, у самого входа в исполинских размеров пещеру, которая за несколько десятков лет стала для этих людей домом. Здесь они рождались, жили и умирали, чтобы затем вновь повторить этот замкнутый цикл. Эта тайная обитель дарила им чувство защищённости, надёжности и смутной уверенности в следующем дне. После случившегося оставаться здесь было опасной затеей.