Чтение онлайн

Кассандра улыбнулась.

— Попробуй угадать.

— Ты думаешь, я не могу сам доехать домой?

— Слову — думать не место в этом предложении. Я отвезу тебя домой. Джина поедет за мной на своей машине. Я высажу тебя, а они заберут меня и отвезут домой. И мы все будем в целости и сохранности выполнять домашнюю работу. Дай мне ключи.

— Разве у меня нет права голоса?

— Ты уже сказал своё слово. Вот почему ты не можешь водить машину.

— Кассандра, почему ты…

— Заткнись, Ари. Это не подлежит обсуждению. Дай мне ключи.

— Ну, я…

— Ари, — сказала она, а потом склонила голову набок и изобразила что-то вроде — Я бык, который собирается забодать тебя.

— Я не могу достать ключи из кармана. Мои руки слишком распухли. Это то, что я пытался тебе сказать.

— Почему ты не сказал?

— Потому что ты помешала мне.

— Что ж, тебе нужно научиться быть более напористым.

Джина и Сьюзи, смеясь, ушли.

— Увидимся у Ари.

Она бросила на меня этот игриво-сексуальный взгляд.

— В каком кармане? Или ты хочешь, чтобы я поискала везде?

Я указал на свой карман с правой стороны.

Она потянулась за ними.

— Это щекотно.

— Серьёзно? Разве Данте никогда не трогал тебя?

— Прекрати.

— Тебя это смущает, не так ли? Тебя не должно это смущать.

Она рассмеялась.

— Просто помолчи, — сказал я. — Не разговаривай. Просто отвези меня домой.

КАССАНДРА ОСТАНОВИЛА ГРУЗОВИК НА подъездной дорожке.

— Как я тебе?

— Ты действительно собираешься заставить меня сказать, что ты хороший водитель?

— Только если это правда.

— Ты хороший водитель.

— Ты не думаешь, что девушки хорошие водители, не так ли?

— Это не то, о чём я когда-либо думал. Парни не ходят вокруг да около, думая о том, насколько хороши девушки в вождении или в чем-то ещё, если уж на то пошло.

— Они это делают.

— Ну, а я нет.

— Ну, это потому что ты…

— Позволь мне закончить твое предложение. Это потому, что я гей.

Я не знаю. Может быть, слишком много всего произошло за один день, но я просто сидел там, и чертовы слезы покатились по моему лицу.

— О, Ари. Мне жаль. Не надо… — а потом она тоже заплакала. — Я знаю, что я жесткая. Мне нужно быть немного мягче. Меня убивает мысль о том, что я причинила тебе боль.

— АРИ, ПОЧЕМУ ТЫ РЕШИЛ, что вернуться к подобному поведению — хорошая идея?

— Мам, почему ты не спрашиваешь меня, что случилось?

— Мне не нужно знать факты. Драка есть драка. И я никогда не сочту такое поведение приемлемым.

— Я знаю, — сказал я. — Но, мама, я не могу принимать все свои решения, основываясь на том, одобряешь ты это или нет. Я больше не ребёнок. Я заслужил право ошибаться.

— Никто не имеет права ошибаться намеренно.

— Мы можем поговорить о чем-нибудь другом?

— Солнце взошло сегодня в пять пятьдесят семь утра в Эль-Пасо, штат Техас.

— Мило, мам, мило.

— Я научилась у тебя этой хитроумной тактике.

— Я не учил тебя этой тактике намеренно.

— Ладно, нам не обязательно говорить об этом сейчас. Но мы собираемся закончить этот разговор.

— Ты имеешь в виду эту лекцию?

— Лекция. Есть такое слово. Ты можешь подумать, что этот термин имеет негативные коннотации, но обычно, когда кто-то посещает лекцию, он чему-то учится.

МЫ ТУСОВАЛИСЬ У Данте, и в кои-то веки в его комнате было чисто. Ну, более или менее.

— Ты думаешь, Кассандра слишком рано стала женщиной?

— Что значит — слишком рано, Данте? Я думаю, она решила не быть ничьей жертвой. Думаю, что эмоциональное насилие её отца отчасти объясняет это, но не полностью.

— Она тебе действительно нравится, не так ли?

— Нравится, Данте. Действительно нравится. У меня с ней такая связь, какой никогда ни с кем не было. И я думаю, она тоже это чувствует.

Данте молчал.

— Тебя это беспокоит, Данте?

— Нет, не очень. Хотя, это неправда. Это действительно беспокоит меня. У тебя с ней есть что-то, чего нет со мной.

— И чего же?

Данте ничего не сказал.

— Нет никаких причин чувствовать угрозу с её стороны, Данте.

— Могу я задать тебе вопрос?

— Да. Ты можешь спросить меня о чём угодно.

— Как думаешь, ты можешь быть бисексуалом?

— Я так не думаю.

— Я так не думаю — это не очень обнадеживает.

— То, что я чувствую к Кассандре, не является сексуальным. Меня не привлекают девушки в этом смысле. Но я обнаружил, что мне нравятся девушки. Что мне нравятся женщины. Они могут быть очень честными и ранимыми. И я думаю, что женщины чертовски приятнее парней.

Он кивнул.

— Думаю, ты прав. Просто дело в том, что… Ну… давай просто поговорим о чем-нибудь другом.

ИНОГДА Я ХОДИЛ К — Угольщику совсем один. Просто чтобы перекусить. Не знаю почему. Отчасти это была ностальгия по тому, что я там работал. И я по-прежнему там подрабатывал, когда они во мне нуждались. Но ностальгия была лишь одной из причин. Иногда у меня была глубокая потребность побыть одному. И у меня не всегда было время выезжать в пустыню. Поэтому я подошел к — Угольщику и купил бургер, несколько луковых колец и — Доктор Пеппер, а потом сидел в грузовике, ел и слушал радио.

В тот воскресный день, когда я подъехал к окошку, чтобы получить свой заказ, я заметил синий фольксваген Джины Наварро, припаркованный на стоянке. Поэтому я подъехал к ней и сказал:

— Эй, ты!

И она сказала:

— Ари! Что ты здесь делаешь?

— То же самое, что и ты. Пришёл съесть бургер.

— Ты один? — спросила она.

— О, да. Ну, я тоже точно не вижу у тебя полную машину людей.

Джина рассмеялась.

— На самом деле это одно из моих любимых занятий. Приезжать сюда, быть одной и слушать музыку. Я не всегда хочу быть рядом с другими людьми. Иногда я просто хочу быть собой. Просто быть. Понимаешь?

— Да, я действительно понимаю.

Мы оба улыбались.

— Я никому не скажу, — сказала она.

— Я тоже никому не скажу.

Мы замолчали. Я оставил её в покое. И она оставила меня в покое.

Я был погружен в свои мысли и наслаждался вкусом луковых колец, когда услышал гудок — Фольксвагена Джины. Отъезжая, она помахала мне рукой. Я помахал в ответ.

И мы оба улыбались.

Вот в чём фишка друзей. Каждый из них индивидуален. И каждый друг знает о вас что-то такое, чего не знают другие ваши друзья. Я думаю, часть того, чтобы быть друзьями, заключается в том, что ты делишься секретом с каждым из них. Секрет не обязательно должен быть большим секретом. Он может быть маленьким. Но делиться этим секретом — одна из тех вещей, которые делают вас друзьями. Я подумал, что это было довольно удивительно.