Арсенал Регрессора. Трилогия
Шрифт:
Реакция была мгновенной.
Тали отскочила назад, её рука метнулась к статуэтке Тота. Роман шагнул вперёд, и воздух вокруг него загустел, готовый превратиться в барьер. Лиза выхватила меч, клинок вспыхнул золотистым светом.
– Стоять, – моя команда прозвучала негромко, но все замерли.
Артём стоял неподвижно, руки разведены в стороны, демонстрируя отсутствие оружия. Его лицо было спокойным, почти безразличным, но я видел напряжение в линии плеч.
– Это тот парень, – Роман первым нарушил молчание, его голос звучал обвиняюще. – Тот, который был с «Магистралью» в Гробнице!
– Был, – подтвердил я. – Теперь он с нами.
Роман не опустил готовый к активации барьер.
– Он помогал тем, кто пытался нас убить.
– Он выполнял приказы людей, которые его предали. Виктор перенаправил на него смертельный удар, чтобы спасти свою шкуру.
Лиза сделала шаг вперёд, её меч всё ещё горел священным огнём.
– Я помогла спасти его только потому, что ты попросил, – её голос был холодным. – Это не означает, что я ему доверяю.
Артём молчал. Он стоял под перекрёстным огнём враждебных взглядов и ждал, не пытаясь оправдаться или защититься. Это было правильно. Слова сейчас ничего не значили.
– Я ручаюсь за него, – сказал я, и мой голос прозвучал окончательно, как приговор. – Этого достаточно.
Несколько секунд никто не двигался. Потом Роман медленно расслабился, позволяя энергии барьера рассеяться. Тали убрала руку от статуэтки, хотя продолжала коситься на Артёма с подозрением.
Лиза опустила меч, но не убрала его в ножны.
– Посмотрим, как он покажет себя внутри, – её слова упали в тишину тяжёлыми камнями.
Артём кивнул, принимая условия. Он понимал правила игры.
Внезапно туман, который до этого лениво стелился между деревьями, вдруг ожил, закручиваясь в тугую спираль в центре поляны. Воздух загустел, и каждый вдох давался с трудом, словно мы пытались дышать под водой.
Разрыв открылся иначе, чем все порталы, которые я видел раньше. Он прорастал из земли, как живое существо, меняя реальность вокруг себя. Знакомый пригородный лес исказился, деревья вытянулись, потемнели, и обросли незнакомым мхом. Тропинка, которой здесь никогда не было, зазмеилась вперёд, теряясь в сумраке между искривлёнными стволами.
Тот же лес и одновременно совсем другой мир.
– Красиво, – прошептала Тали, и в её голосе не было иронии.
Око вспыхнуло перед моими глазами.
[Искажение обнаружено]
[Ранг: S]
[Название: Остров Буян – Тропа Мёртвых]
Следом за данными от Ока, перекрывая сумрачный лес, всплыло окно задания. Искажения всегда генерируют свои собственные интерфейсы, отличные от того что показывает Око.
[Основной Сценарий: Тайные Тропы Буяна]
[Ранг: S]
[Категория: Мифологическое испытание]
[Три дороги ведут к Алатырь-камню, но лишь одна – истинная.
Первая – из памяти живых.
Вторая – из забвения мёртвых.
Третья – путь, которого никогда не существовало.
Найдите Камень до заката пятого дня. Ошибка или промедление сделают вас частью острова навеки.]
Тали присвистнула.
– Загадки. Обожаю загадки. Особенно когда за неправильный ответ смерть, вечное заточение и отсутствие возможности принять нормальный душ.
– Пять дней, – Роман нахмурился. – Это много или мало?
– Зависит от того, что нас ждёт внутри, – я смотрел на изменённый лес, чувствуя, как знакомое напряжение стягивает мышцы. – Слушайте внимательно. Информации у меня насчет этого места почти нет. Знаю только, что оно должно было открыться именно здесь и именно сейчас.
Лиза повернулась ко мне, и в её взгляде я прочитал удивление.
– Ты всегда знал, что нас ждёт. Каждый раз.
– Не в этот раз.
Тамамо чуть склонила голову, принюхиваясь к изменённому воздуху.
– Старая магия, – произнесла она тихо. – Очень старая. Пахнет кровью и забытыми клятвами.
Где-то впереди, в глубине искажённого леса, раздался звук. Низкий, протяжный вой, от которого по спине побежали мурашки. За ним последовал другой, ближе, потом третий. Целый хор голосов, которые не принадлежали ничему живому.
– Нас уже ждут, – Артём шагнул к границе Искажения, его глаза сканировали пространство впереди.
Я положил руку на рукоять Грани Равновесия.
– Тогда не будем заставлять их ждать долго.
Лес за границей Искажения не имел ничего общего с тем пригородным массивом, который мы оставили позади.
Деревья здесь росли неправильно. Стволы изгибались под невозможными углами, словно что-то заставило их корчиться от невыносимой боли и застыть в этой агонии навечно. Кора, покрывавшая их, была испещрена чем-то вроде лиц, вдавленных в древесину изнутри. Искажённые черты с разинутыми ртами, пустые глазницы, из которых сочилась чёрная смола. Некоторые лица моргали, когда я проходил мимо, и их беззвучные крики отдавались в висках тупой болью.
Под ногами не было земли в привычном понимании. Мы шли по сплетению корней толщиной с человеческую руку, между которыми хлюпала густая чёрная жижа. Она поднималась почти до щиколоток в низинах, и иногда в ней что-то шевелилось, оставляя на поверхности маслянистые разводы.
Тали наступила на особенно тонкий корень, и тот хрустнул, как сломанная кость. Из разлома потекла тёмная субстанция, пахнущая гнилью и чем-то сладковатым, от чего сводило желудок.
– Место как из дурного сна, – прошептала она, и её голос прозвучал глухо, словно сам воздух поглощал звуки.
Где-то в глубине леса раздался протяжный вой, больше похожий на человеческий плач, растянутый и искажённый до неузнаваемости. За ним последовал треск ветвей, хотя ни малейшего дуновения ветра я не ощущал. Шёпот скользил между деревьями на языке, который казался почти понятным, как будто кто-то говорил на старославянском, пережёванном и выплюнутым чем-то нечеловеческим.
Тамамо принюхалась, и её ноздри раздулись.
– Древняя хтонь, – произнесла она тихо. – Здесь обитает нечто, что было старым, даже когда мои предки ещё не приняли свою первую форму.