Чтение онлайн

Некоторые успехи были сделаны в производстве шёлка, полотна, кожи и кожевенных изделий, замков, ножей, скобяных товаров, стекла и мыла, но мануфактуры в этих производствах были еще редки, преобладало ремесленничество. На судоходных реках и во многих портах побережья в XVI веке строилось большое количество современных судов различного типа, грузоподъемностью 100, 200 и более тонн. Жители побережья занимались ловлей сельди и китобойным промыслом. Выросло производство свинца и олова, которые были известны в Англии с древнейших времён. Началась выплавка меди и были построены казенные мануфактуры, отливавшие медные пушки. Вместе с тем выплавка чугуна и производство железа оставались примитивными, несмотря на богатые залежи руды и каменного угля в переделе железа использовался в основном древесный уголь. Каменный уголь шел главным образом на отопление домов. В результате железо было низкосортным, его производилось гораздо меньше, чем требовалось, и недостаток покрывался ввозом из других стран, прежде всего из Швеции и Германии, где выплавка железа производилась из качественных руд с использованием каменноугольного кокса. Следует подчеркнуть, что способность производить собственное качественное железо, по сути главный стратегический товар того времени, следовало рассматривать как важнейший критерий оценки уровня развития государства.

Развитию производства в Англии XVI века оказывали помощь опытные мастера – эмигранты из других стран Европы. Много фламандских ткачей, спасаясь от произвола испанских властей во время Нидерландской революции, переселилось в Англию. Они принесли с собой секреты производства лучших сортов сукон, их отделки и окраски. Французские гугеноты-иммигранты занялись производством шёлка и трикотажных изделий. Во второй половине XVI столетия в Англию была приглашена из Южной Германии большая группа рудокопов и специалистов по выплавке и обработке качественного железа и цветных металлов. Тем не менее прогресс английской промышленности оказался под угрозой – на континенте резко сократился спрос на английское сукно, как результат – упали доходы от внешней торговли. Англия остро нуждалась в расширении рынков сбыта своего сукна.

Себастьян Кабот, сын венецианского мореплавателя и картографа Джона Кабота, перебравшийся в 1547 году вслед за многими венецианскими семьями в Англию, вспомнил, что его отец давным-давно предсказывал, что до Китая и Индии можно добраться северным путем. Такого же мнения придерживался и флорентиец Паоло Джовио. На основании рассказов московского посла Дмитрия Герасимова, побывавшего в Риме в 1525 году, он написал книгу, в которой высказал предположение о возможности обогнуть Сибирь: «…море там имеет такое огромное протяжение, что, по весьма вероятному предположению, держась правого берега, оттуда можно добраться на кораблях до страны Китая, если в промежутке не встретится какая-нибудь земля» 4 . Дело пошло быстрее, когда к поискам путей в Китай подключилась гильдия купцов-путешественников.

Как установила историк Л.Ю. Таймасова 5 , английская гильдия купцов-путешественников, в ведении которой находилась торговля шерстяными тканями, была образована во второй половине XIV века. К концу столетия купцы-путешественники прочно завоевали рынки Норвегии, Испании, Пруссии и Нидерландов. В 1391 году представительство гильдии в Пруссии получило статус дипломатической неприкосновенности. Такие же привилегии купцы-путешественники получили в 1408 году в Норвегии, Швеции и Германии. К тому времени гильдия объединяла торговцев шелком, драпировочными тканями, галантерейным товаром, кожевников, а также торговцев рыбой, скобяными изделиями и портных. Позднее к гильдии присоединились купцы, торговавшие бакалейным товаром. Торговцы шелком занимали лидирующее положение, из их числа выбирались говерноры компании. Гильдия имела собственный флот для доставки товаров в другие страны.

Генрих VII пожаловал купцов-путешественников особыми привилегиями. Согласно королевскому патенту, два выборных представителя компании осуществляли контроль над деятельностью мэра Лондона. Впоследствии мэра Лондона стали избирать из числа наиболее уважаемых членов гильдии. Со временем гильдия приобрела черты сложного с административной точки зрения института, наделенного широкими полномочиями, в ведении которого находились вопросы международной торговли Англии. Многие богатые и уважаемые купцы гильдии являлись представителями палаты общин или входили в состав Тайного королевского совета. Гильдия купцов-путешественников представляла собой симбиоз правительственной и коммерческой структур, так повелось в Англии: торговля и политика были тесно связаны между собой. Купцы-путешественники выполняли некоторые дипломатические функции, а также располагали сетью негласных информаторов. Важная политическая информация докладывалась Тайному совету.

Гильдия купцов-путешественников не только экспортировала английские товары, но также осуществляла закупки сырья, необходимого для компаний-участниц: квасцы для протравки шерстяных тканей и выделки кож, соль для засолки рыбы и мяса, железо и медь для производства оружия и скобяных изделий. Импортное сырье использовалось в военных целях: квасцы и натриевая селитра – для производства калийной селитры, а затем и пороха, железо и медь – для отливки пушек и изготовления ружей. Часть продукции шла на экипировку конвойных кораблей, сопровождавших купеческие суда, а также вооруженных отрядов, прообразов современных частных военных компаний, остальное отправлялось на экспорт.

Кабот несколько раз обращался к английскому правительству с предложением организовать экспедицию на поиски северного маршрута в Китай, но финансовые проблемы каждый раз вынуждали откладывать предприятие. В конце 1551 года гильдия купцов-путешественников взяла на себя финансирование расходов по подготовке экспедиции. Двести сорок купцов-пайщиков вложили по 25 фунтов в капитал компании, которая получила сложное название: «Общество купцов, искателей открытия стран, земель, островов, государств и владений неизвестных и доселе не посещаемых морским путем» 6 , а Кабот стал ее почетным президентом. На собранный капитал в 6000 фунтов были куплены, перестроены и полностью снаряжены три судна – «Благая Надежда», водоизмещением в 120 т, «Эдуард – Благое Предприятие» – в 160 т и «Доброе Доверие» – 90 т. Возглавил экспедицию адмирал Хью Уиллоуби, который прославился своими военными похождениями, не всегда, впрочем, добропорядочными. Свой адмиральский чин он получил буквально накануне отплытия. К слову сказать, адмирал на флоте никогда не служил. Как полагают некоторые историки 7 , в этом был определенный расчет. Главным кормчим экспедиции по предложению Генри Сиднея, воспитателя малолетнего короля Эдуарда VI, был назначен Ричард Ченслор.

В мае 1553 года английский король Эдуард VI вручил Уиллоби и Ченслору верительные грамоты, а также «Устав, инструкции и постановления для руководства предположенным путешествием в Катай…», которые подробнейшим образом регламентировали все действия членов экспедиции и команды. Плавание началось неудачно. Во время бури корабли потеряли друг друга. Хью Уиллоуби и его товарищи, как считалось, дошли до окрестностей Новой Земли и во время зимовки погибли. Ричарду Ченслору повезло. Ему удалось найти проход в Белое море и бросить якорь в бухте св. Николая, недалеко от Николо-Корельского монастыря. Англичане сообщили местным властям, что хотят завести с русскими торговлю и имеют грамоту к московскому князю. Только в конце 1553 года Ченслор получил приглашение пожаловать в Москву.

Город оказался гораздо больше Лондона, но его постройки были выполнены из дерева и разбросаны по городской территории практически бессистемно. Дворец же Ивана Васильевича поразил Ченслора своим великолепием. Иностранцы были приняты царем радушно. Англичане передали королевскую грамоту и несмотря на то, что она была составлена в предельно безличных выражениях в расчете на любого встреченного правителя, были приглашен к царскому столу. Миссия оказалось успешной. Россия сама искала новые торговые пути. Балтийская торговля была монополизирована Ганзой, сухопутные дороги в Европу были блокированы враждебными Польшей и Литвой, поэтому торговые связи с западными странами могли осуществляться исключительно через северные гавани, неподконтрольные врагам. Англичане привезли образцы товаров английского производства, в том числе сукна различных сортов и расцветок, шерстяные и шёлковые чулки, обувь из различных сортов кожи и бархата, стекло, зеркала, очки, оружие, ножи, иголки, замки, ключи, пружины, болты, железную и медную проволоку, свинец, железо и чугун. Следует отметить, что большая часть металлических изделий производилась из импортных металлов, и англичане это тщательно скрывали. Сукно – было их главным экспортным товаром. В Москве по достоинству оценили привезенные товары. В феврале 1554 года Ченслора отправили обратно с ответным царским посланием, которым Иван Васильевич приглашал английских купцов в Россию, обещая содействие и безопасность, свободу передвижения и самоуправление английским поселениям, если такие возникнут 8 .

В 1555 году в Лондоне старая компания со сложным названием была переучреждена указом королевы Марии Тюдор и получила название Московской торговой компании. Венецианец Себастьян Кабот стал ее первым и пожизненным говернором. Сохранился список из 201 члена новой компании. Его открывают фамилии семи главных учредителей, в том числе: сэр Вильям, герцог Винчестерский, он же главный казначей короны; сэр Генри герцог Арундельский, королевский камергер; сэр Джон герцог Бэдфордский, хранитель государственной печати и другие высокопоставленные лица. Восьмым по счету упомянут государственный секретарь Уильям Сесил, лорд Бёрли 9 .

Как отмечают исследователи, «нельзя сказать, чтобы перечень членов компании был типичным для XVI века. Среди учредителей Московской компании насчитывалось необычно большое количество представителей высшей знати. Ее административный штат представлялся необычайно раздутым. Компанию возглавляли 2 президента, 4 консула, при которых состояли 24 ассистента. Это была первая из целого ряда хартейных компаний 10 , которые на несколько столетий стали основным инструментом английских колониальных завоеваний. Главная особенность этих компаний состояла в том, что им по уставу-хартии было позволено держать частные армии и военные корабли.