Чтение онлайн

Задумался Иван III об изменении принципов великокняжеской службы. Как полагают историки 20 , великий князь взял за основу организацию службы Османской Порты. Именно с этого времени в Московии начали вводить поместную систему. Теперь примерная воинская служба давала право получить в пользование земельный надел с крестьянскими душами, но право собственности на землю оставалось за великим князем. Он давал, но мог и отобрать землю. В Судебнике 1497 года появилось понятие «поместья», которым закреплялись новые правила ненаследуемого землепользования.

Одновременно шла ревизия боярского землевладения (наследуемых вотчин). При отсутствии бумаг, подтверждающих право на земли, вотчины переходили в собственность казны, пополняя земельный фонд для последующей раздачи служилым людям – дворянам. Следует, однако, отметить, что в старомосковских землях, крупное вотчинное землевладение не было сильно поколеблено, значительная масса земель по-прежнему сосредотачивалась в руках светских и духовных вотчинников, бояр и крупных монастырей.

Однако самым сильным ударом по положению боярства стала утрата права не служить или откупаться от службы, как тогда говорили, право «отъехать» от Москвы. Бояре и дворяне ставились как бы на одну доску. Некоторым утешением для бояр стало введение института местничества. По местнической системе боярские фамилии выстраивались по родовитости и заслугам и все воинские и гражданские назначения могли производиться только в соответствии со старшинством. Все назначения тщательно фиксировались в разрядных книгах.

Практически непрерывные войны, которые вел Иван III, а также широкое распространение огнестрельного оружия, пушек, изменения в тактике ведения боя потребовали серьезных преобразований в военном деле. Феодальное ополчение, составленное из холопов, было не способно воспринимать новые веяния, что потребовало перейти к формированию постоянной, общерусской армии. Основой ее стали «государевы служилые люди» и дворянская поместная конница. Дворяне были обязаны являться регулярно на военную службу «конно и оружно». Дворянская конница была обязана иметь защитные доспехи, сабли единого образца, даже легкое огнестрельное оружие – «ручницы». Следует особо отметить, что практически все вооружение завозилось из-за рубежа, либо ковалось из крайне дорого импортного металла. В России производилось только примитивное, так называемое кричное железо, годное для изготовления простейших металлических изделий, да и его было крайне мало. Поэтому доспехи русских воинов, матерчатые «тегиляи» представляли собой простеганные пенькой и набитые конским волосом кафтаны 21 . Проблема дефицита качественного железа стала едва ли не главным ограничителем русской военной активности вплоть до XVIII века.

Отряды объединялись в полки под командованием великокняжеских воевод. На протяжении XV века пятиполковая организация армии (большой полк, передний полк, полки правой и левой руки, сторожевой полк) стала обычной. К концу XV века численность армии достигла почти 200 тысяч человек. Появились новые военные формирования – отряды «огненных стрельцов» или «пищальников» и «наряд» (артиллерия). Тогда же появились и первые штабные документы. Перед походом «большим воеводам» вручался великокняжеский «наказ», которым определялись задачи каждого полка, диспозиция на бой, но инициатива не сковывалась. В наказе ясно говорилось: полки следует ставить «где пригоже», поступать «посмотря по делу».

Военные успехи Иван III дополнил дипломатическими победами. Следует отметить, что за время раздробленности Руси и прекратившихся внешних контактов искусство дипломатии было утрачено, перевелись толмачи и знатоки дипломатического этикета. Контакты с Европой стали эпизодическими, в основном осуществлялись через крымские торговые колонии итальянских морских государств.

Возрождение Руси как единого мощного государства пробудило к ней интерес со стороны европейцев. К этому их подталкивала и новая угроза в лице Оттоманской империи. В 1453 году турки-османы взяли Константинополь, захватили территории, населенные греками и славянами. На европейском континенте образовался плацдарм для дальнейших турецких завоеваний в Европе. К тому времени турецкий флот уже плотно контролировал восточное средиземноморье и путь через Аравийский полуостров в Индию и Китай. Именно тогда венецианская торговля с Востоком стала увядать, и в Венеции лихорадочно искали средства, способные сковать турецкие завоевательные устремления. Далекая Московия при определенных обстоятельствах могла стать важным союзником в борьбе с турками. Первым шагом к сближению с русским двором стал венецианский проект женитьбы великого князя московского на наследнице византийского престола Зое (Софии) Палеолог 22 , с детства находившейся под покровительством Римского папы. В Ватикане с энтузиазмом восприняли это предложение, поскольку помимо вовлечения Московии в антитурецкую лигу, брак католички (Софью в детстве перекрестили) давал надежду в перспективе заключить унию с русской православной церковью.

Перспектива породниться с Палеологами показалась Ивану III одновременно и заманчивой, и опасной. Турки-османы истребили почти всех потомков Палеологов. Появление Софии на московском престоле могло иметь неоднозначные последствия для отношений Московии с Османской империей. Нельзя исключать, что в Москве стало также известно о перекрещивании Софьи по латинскому обряду, хотя папский посол Юрий Траханиот официально не сообщил об этом. Совещались в Кремле очень долго, переговоры продолжались три года. Только в ноябре 1472 Софья Палеолог прибыла в Москву. Венчание проходило в Успенском соборе. На Руси ее прозвали Софьей Фоминишной.

Одновременно с невестой в Москву прибыл полномочный папский «легат» и заодно посланник Венецианского тайного совета – Антонио Бонумбре. Ему предстояло «разъяснить» великому князю московскому его права на наследие византийских императоров, захваченное «общим врагом всех христиан». Иван Васильевич, однако, не позволил увлечь себя туманными перспективами. Более того, оказалось, что Москва заметно активизировала черноморскую торговлю с Оттоманской Портой и была заинтересована в мирных отношениях с турками. Не оправдались надежды Ватикана и на сближение с русской православной церковью. Новая супруга московского князя с самого начала продемонстрировала возвращение к вере предков и при вступлении в Москву не позволила Бонумбре возглавить процессию с латинским крестом в руках.

Уже в следующем году Ватикану пришлось заступаться за Джованни Баттиста Тревизано, секретаря сената Венецианской республики. Тревизано был послан в Москву для поиска контактов с ханом Большой Орды Ахматом. Поводом для этого неофициального посольства послужило сообщение Ивана Фрязина, венецианского авантюриста на русской службе Джованни-Батисты делла Вольпы, о способности Орды выставить до 200 тысяч воинов против турецкого султана Мехмеда II. В Москве посольство Тревизано истолковали по-своему и приговорили венецианца к казни за интриги и тайные сношения с татарами. В Риме заволновались. Из Ватикана было направлено приглашение принять участие в крестовом походе на Константинополь – «удел московского князя» в силу его брака с Софьей Палеолог и отсутствия наследников мужского пола у византийской династии. Ивану III пришлось искать поводы для отказа от такого предложения. В общей сложности на спасение Тревизано ушло три года, и хотя он все-таки побывал в Орде и в целом договорился с ханом Ахматом о совместном выступлении против турок, поход по разным причинам не состоялся.

В Ватикане несмотря на подобные конфликты и недоразумения не теряли надежды укрепить свое влияние на Московское царство. Помимо подарков от Папы Сикста IV папский банкир Лоренцо ди Медичи выдал Софье Палеолог в качестве приданого шесть тысяч дукатов, которые, как утверждают некоторые историки 23 , пошли на закупку артиллерии, боеприпасов и пороха для русского воинства. Использование артиллерии на Руси упоминают с 1382 года, когда Москва отражала нашествие ордынского хана Тохтамыша, но массового распространения она не получила. В те времена артиллеристы представляли собой замкнутую касту, как правило, немецких наемников 24 , которые оказывали свои услуги любому европейскому монарху, который был способен заплатить требуемую сумму. «Приданое» пришлось Ивану III по душе, а Ватикан пошел навстречу русскому царю и прислал в Москву искусного литейщика уже упоминавшегося Аристотеля Фиораванти, который создал целую школу русских пушкарей. Проблема заключалась в том, что пороха на Руси производили мало, не было основного сырья – калийной селитры, точнее еще не были обнаружены ее месторождения, а секрет ее производства из натриевой или кальциевой селитры с использованием азотной кислоты, получаемой за счет нагревания смеси натриевой селитры, медного или железного купороса и квасцов, не был освоен. Таким образом, Россия оказалась в тяжелейшей зависимости от поставок необходимого сырья из Италии, которая на тот период времени обладала уникальными месторождениями квасцов и выступала крупнейшим производителем калийной селитры и пороха в Европе. Зависимость от импортного пороха была тяжела, но еще больше Иван III опасался зависимости финансовой от итальянских ростовщиков, и прежде всего от банка Медичи, представители которого стремились вовлечь северного соседа в систему международных займов. Москва платила за все золотом и серебром, и надо сказать для этого появились определенные возможности.

В 1478 году Новгород выплатил Москве огромную контрибуцию. По некоторым данным, великий князь вывез из разоренного города триста телег золота и серебра 25 . Тогда же Заволочье и Двинская земля были обложены данью, а с 1480 года, после знаменитого стояния на Угре, Иван III прекратил платить дань Орде. Копившиеся девять лет деньги стали большим подспорьем для великокняжеской казны. К концу века стала приносить свои плоды и налоговая реформа, появились дополнительные возможности для проведения независимой внешней политики 26 . Весной 1500 года русские послы в Ватикане позволили себе проигнорировать призывы папы Александра VI к новому крестовому походу против «общего врага всех христиан», явно не опасаясь проблем с поставками калийной селитры и пороха 27 . В Москве к тому времени уже заработало «Алевизово пороховое производство», но самое главное – у Ватикана появился сильный конкурент в лице Якова Фуггера из Аугсбурга и его финансовой и промышленной империи. Фуггер скупил в Европе все важнейшие рудники, на которых добывались золото, серебро, медь, свинец, ртуть, но самое главное – он стал крупнейшим оружейным торговцем, поставщиком лучших пушек, мортир, пищалей, производимых в Германии. Непосредственную торговлю с Московским государством наладил партнер Фуггера Янош Турзо 28 .

Брачный союз с Палеологиней, наследницей Византийского трона, придал вес титулу русского царя и великого князя. В 1486 году Фридрих Третий, император Священной римской империи германской нации, предлагал Ивану Васильевичу через своего посла Николая Поппеля принять от него титул короля, но получил отказ. Иван III заявил, что не считает себя ниже германского императора по статусу, и титул царя устраивает его больше, чем королевский. Как полагают, именно тогда была изготовлена печать Ивана III с двуглавым орлом, одним из символов Византийской империи, доставшимся Московскому княжеству вместе с Софьей Палеолог.