Чтение онлайн

Мартышка бестрепетно шла прямо в толпу мужчин, даже не намереваясь обогнуть её стороной. По своему опыту она знала, что когда подобные разговоры затягиваются - то драки не закручивается.. Побазлают и разойдутся, пообещав другу другу, что "еще как-нибудь встретятся". Но агрессивная атмосфера компании неожиданно захватила Мартышку и она вдруг ощутила свою причастность к этому скандалу и даже замедлила шаги.

Из толпы выдернулся рослый, широкоплечий парень, схватил какую-то ярко одетую девушку за руку и сказал раздраженно.

– Пойдем, Ольга, я со всяким дерьмо разбираться не хочу.

Он скользнул по Мартышке рассеянным взглядом, обернулся к девушке, но - снова глянул на Мартышку. Для неё этого было достаточно. Мартышка остановилась. Парень был тонок, жилист и строен. Глаза - в поллица, опушенные девичьими ресницами, пятидневная щетина (она уже выходила из моды) которая обычно придавала мужчинам неряшливый вид - удивительно шла ему. Короче - сердце Мартышки ухнуло и приостановилось, потом гулко ударило в затылок, провалилось между ног и там забилось, как рыба на льду.

Мартышка метнула взгляд на названную Ольгу - стандарт: очень правильное и очень резкое лицо было не столько красивым, сколько казалось мертвым. А может это объяснялось грубым макияжем. И голос Ольги был хрипловат, когда она капризно сказала.

– Но не спускать же хамства всякой сволочи, Алексей.

Следующую минуту Мартышка прожила в сознание контрастной реальности, когда она все видела предельно ясно, все четко понимала, но вместо нее, Мартышки, действовала неподвластная её воле сила. Они ринулась к Ольге и диким голосом закричала.

– А ну отстань от моего парня, задрыга! Алешка, ты с какой это стати такую лахудру себе завел, пока я сессию сдавала?!

Нелепость её слов заставила обоих на мгновение застыть, но Ольга оказалась тоже не робкого десятка, старше Мартышки и при изрядном опыте в баталиях на асфальте.

– Пошла вон, обезьяна!
– крикнула она - Ты откуда свалилась?!

В глазах Алексея засветилось недоумение, но что более существенно некоторый интерес, когда он взглянул на Мартышку. Это - довершило дело. С крутого разворота Мартышка ударила соперницу кулаком в лицо, попала в лоб, чуть не сломала себе пальцы и дико закричала от злости и боли. Ольга не осталась в долгу и пнула нападающую коленом в живот, тоже сопровождая свой боевой прием звонким воплем.

Неожиданность женской схватки - спровоцировала мужчин. Агрессивность, словно искра по соломе, переметнулась на сильную половину рода человеческого и через секунду кто-то уже полетел от сильного удара спиной на полуподвальное окно. Зазвенели стекла, раздались хрипы, визг и яростные ругательства.

В довершение всего гулко грохнул выстрел и тот час протяжно завизжала срикошетившая от каменной стены пуля. Драка завихрилась с неудержимой силой, кто с кем сводил счеты понять было невозможно и все закончилось бы общим бегством в разные стороны секунд через пятнадцать-двадцать, не более, если б на ристалище с феереческой непостижимостью не ворвалась милиция. То ли они стояли за углом, фиксируя закрытие "Кормчего", то ли машина ехала мимо, но "волга" с синим проблеском маячка на крыше, издавая истошный вой сирены, влетела на тротуар прямо в толпу гладиаторов и из машины выскочило столько милиционеров разом, сколько в неё и теоретически не могло уместиться. И каждый - при дубине, а один вскинул и с лязгом передернул затвор короткого автомата.

– Все стоять! Ложись! Мордой в землю! Ложись!

Самые опытные (около трети бойцов) тут же выполнили команду и рухнули оземь. Самые нерасторопные - застыли, пораженные ненужным поворотом нормальных событии. Самые умные и реактивные ударились в бега, в рассыпную, промежь плечей и между ног милиционеров. Кто-то схватил Мартышку за руку и помимо её воли выдернул из светового круга в темноту, поволок, набирая ускорение мимо милицейского автомобиля.

Через десяток шагов Мартышка увидела, как Ольга отпустила её руку, на бегу скинули туфли с высоким каблуком, оглянулась и словно просвистела.

– Держись за мной, там разберутся!

Мартышка сообразила, что маневр незнакомки не лишен тактического смысла и тоже скинула туфли. Обе дамы босиком ринулись в ближайшую подворотню, не обращая внимания на угрожающие крики в спину.

Милицию в данном случае, естественно, более интересовал мужской состав компании.

Тем не менее, смекнув, что у Ольга опыта в подобного рода упражнениях побольше - Мартышка благоразумно придерживалась её маршрута.

Они проскочили мимо гаражей, вбежали в открытые ворота, миновали школьную спортивную площадку и выскочили сквозь противоположные ворота. Потом резко приняли между домами и Ольга сбавила ход, оглянулась.

– Сейчас начнет шерстить весь квартал, ментура поганая. Иди за мной.

– Почему?
– Мартышка перевела дыхание.

– Что почему? Что лягавые облаву нарисуют? Так там одному кенту перо в бок вставили.

– Зарезали?
– сообразила Мартышка.

– Да вроде бы брюхо пропороли. Идем.

Все так же босиком они полавировали между домов и вышли на бульвар. Плохо освещенный, но просторный, он стоял тихим и темным, деревья с опавшей листвой казались мертвыми.

– Нам на ту сторону кантоваться. Лучше опять галопом.

Не дожидаясь согласия Мартышки, Ольга побежала через бульвар и Мартышка решила, что коль скоро именно так сложились отношения, то резонно будет завершить их хоть с какой-то логикой событий - покидать новую знакомую было бы неразумно. Бегство от милиции разом делает союзниками совершенно незнакомых людей.

Они благополучно пересекли бульвар и влетели под арку четырехэтажного кирпичного дома. Точнее сказать - строения, которое уже не было домом: выбитые окна, сорванные двери, сломанная крыша. И в таком виде эта конструкция стояла более года, дожидаясь своего сноса. Внутри уже так было нагажено, что даже бомжи брезговали здесь распивать свои увеселительные напитки. Все здание стояло темным, холодным и мерзким, до нестерпимости.

Мартышка споткнулась, ойкнула и услышала из темноты свистящий шепот.

– Ну что, подруга, здесь тебя уконтрапупить, или толковище устроим?

– Что?
– не поняла Мартышка.

– А то! Разукрашу вот сейчас бривой твой хлебальник и будешь знать!

Но фраза прозвучала уже миролюбиво и Мартышка не испугалась, ответила в манере собеседницы - Да не базарь, ладно тебе. Я же керная была.

– Давно Леху знаешь?

– Давно.
– соврала Мартышка из соображений безопасности.

– Ну, тогда потолкуем.

Ориентируясь в почти полной тьме на светлую кофточку Ольги, Мартышка прошла по какой то лестнице вниз, проводница её остановилась, зазвенела ключами, потом раздался скрип железной двери и в нос Мартышки ударил тяжелый гнилостный запах.

– Входи.
– прозвучало из темноты.

Мартышка сделала несколько шагов, дверь за ней закрылась, почти тот час над головой вспыхнул свет лампочки, болтавшейся на шнуре.

Оказалось - полуподвал, грязный и запущенный. Все тот же тяжелый запах вызывал тошноту.