Чтение онлайн

– И ты еще меня считаешь жестокой. – Каблуки ЛаЛы нервно застучали по полу, когда она направилась к двери.

Эванджелина на нетвердых ногах отступила подальше, а затем бросилась прочь, пока они ее не увидели.

Если камень, висящий у нее на шее, обладал хоть какой-то магией счастья, то она почему-то совсем не работала. Эванджелина чувствовала лишь невыносимую боль. Каждое их слово отзывалось агонией в груди. Она искреннее верила, что ЛаЛа стала ей хорошей подругой, искреннее считала, что та заботилась о ней. Но, как оказалось, ЛаЛа была не лучше Джекса. И ее волновало лишь одно. Арка.

В груди горело, когда Эванджелина добралась до бального зала замка Слотервуд. Слуги на входе предлагали всем гостям кубки с темно-красным вином и сладкой медовухой. В глубине души Эванджелина понимала, что ей не стоит пить, – она должна была найти камни правды и юности, прежде чем сюда нагрянут Тиберий с Аполлоном.

Тем не менее она хотела пить до тех пор, пока не почувствует себя лучше, или пока не забудет о боли, или пока ее не перестанет волновать то, что рядом нет никого, кому она могла бы всецело доверять.

Эванджелина схватила кубок и одним глотком осушила его. Потом взяла следующий и выпила до дна, надеясь, что теперь ей будет проще пережить вечер.

Напитки сегодня подавали в деревянных кубках на ножках, увитых бронзовой лозой с цветками жасмина, пахнущими яблоками и кровью.

Эванджелина замедлила шаг.

Запах напомнил ей о церкви Принца Сердец, но Джекс, к счастью, еще не появился в бальном зале. Ей совершенно не хотелось его видеть.

Конечно, ЛаЛа тоже больно ранила ее, но вспоминать слова Джекса было сродни пытке. «Я просто даю ей то, чего она хочет. Но не беспокойся, она – не то, чего желаю я. Мне лишь нужно, чтобы она нашла утраченные камни».

Эванджелина чувствовала себя непростительно наивной. Она ведь неустанно говорила себе не доверять ему, повторяла, что ему плевать на нее. Но какая-то часть ее начала верить, что он оберегает ее и заботится о ней не только из-за арки.

Даже сейчас, услышав, что ему нет до нее никакого дела, что она не нужна ему, что даже убивать ее не стоит риска, поскольку он только притворялся, что она ему небезразлична, Эванджелина все равно хотела верить, что его слова были ложью.

Она сделала большой глоток из кубка и влилась в толпу разодетых гостей, надеясь в ней затеряться.

К счастью, сегодняшним вечером Эванджелина была не единственной лисицей. Некоторые девушки тоже надели крестьянские платья светлых оттенков, а кто-то даже щеголял в ободках с лисьими ушами и пушистыми хвостами, пришитыми к подолу. Костюм Лучника на мужчинах тоже встречался весьма часто. Многих исторических личностей Эванджелина так и не узнала, но зато увидела множество девушек, одетых как Онора Доблестная или Глендора, и мужчин в образах Вульфрика и Венджинса. Были здесь и русалки, и тритоны, и даже пленные моряки в свободных рубахах, очень похожие на тех, что были вырезаны на арке у въезда на Великолепный Север. Какая-то девушка в наряде Солнца танцевала с другой девушкой, облаченной в Луну. В центре зала Эванджелина увидела красивого молодого мужчину в костюме дракона, который кружился в танце с девушкой, напоминавшей блестящее сокровище.

Возможно, все дело было в вине, но Эванджелине вдруг показалось, что она находится не в бальном зале, а в эпицентре сотен различных историй. Рассказах о любви, трагедиях и сказках с неизвестным концом. В какой-то момент все ее печали словно стерлись, сменившись ощущением того, что жизнь ее – всего лишь одна из сотен историй. Наверно, раньше она догадывалась об этом, но сейчас почувствовала это особенно остро.

Эванджелина вышла замуж за принца, стала частью пророчества, а теперь искала волшебные камни, которые могли изменить судьбу всего Севера. Безусловно, люди станут говорить о ней – они уже слагали истории о ней. Вот только до этих пор Эванджелина не осознавала, что истории эти будут чем-то большим – частью уже наступившего будущего.

Но, в отличие от некоторых обреченных героев, окружавших ее, она все еще могла найти свое «долго и счастливо».

Пусть сейчас чаша весов склонялась не в ее пользу из-за всяческих проклятий, предательств и принцев-лжецов, желающих ее убить, это еще не значило, что история Эванджелины обречена на ужасный конец. Она верила, что сказка может иметь бесчисленное множество финалов, и поэтому собиралась найти свой счастливый конец. Но прежде она найдет два оставшихся камня.

По бальному залу прокатился оживленный ропот.

– Смотрите, кто здесь, – шептались гости вокруг нее, а затем до Эванджелины донеслись слова «молодой», «привлекательный» и «свободный».

Вдруг кто-то громко позвал ее:

– Эва!

Спустя мгновение перед ней появился Люк в шляпе с пером. У него за спиной торчал колчан стрел с золотыми наконечниками.

– Я знал, что ты будешь Лисицей.

Эванджелина не сдержала улыбки. Люк, конечно же, нарядился Лучником, и в любое другое время она бы сочла его выбор весьма романтичным. Какая-то часть нее и сейчас подумала, что он выглядел довольно мило. Хотя Люк был проклят Марисоль, превращен в камень Джексом, а потом обращен в вампира, он все равно пытался держаться за остатки своей человечности. Чего не скажешь о Джексе.

– Полагаю, ты обещала мне танец, – сказал Люк.

– Не сегодня, вампир.

Услышав низкий голос Джекса, Эванджелина напряглась всем телом. Она вздрогнула, как только он появился в поле ее зрения, похожий на ангела смерти с мечами, пристегнутыми за спиной.

– Танец обещан другому.

– Да, мне, – прорычал Люк, оголив клыки.

Джекс только рассмеялся в ответ. И смех его звучал так мелодично и разительно отличался от голоса, который в этот момент раздался у нее в сознании:

«Выбирай: или ты танцуешь со мной, или наблюдаешь, как я снесу ему голову своим мечом».

Эванджелина стиснула челюсти до боли и мрачно посмотрела на него.

– Так вот как ты находишь партнера для танца? Угрожаешь убить других претендентов?

– Не испытывай мое терпение, Лисичка. – Рука Джекса дрогнула, как будто он собирался схватиться за рукоять меча. Но потом он собственническим жестом обхватил ее за талию и притянул ближе к себе.

В груди у нее сдавило, пульс участился, но Эванджелина знала, что дело не в близости Джекса. Всему виной было выпитое вино, камень счастья и злость, которую она испытывала каждый раз, когда он предавал ее. А он предавал ее постоянно, самыми разными способами.

– Отпусти меня.

– Неправильный ответ. – Он опустил на нее взгляд, будто совершенно случайно, будто хотел держать ее на расстоянии, но не сдержался и лишь сильнее прижал ее к себе. – Ты снова в опасности. Нам нужно уходить.

– Нет, Джекс… Я никуда с тобой не пойду. Я слышала вас с ЛаЛой. Слышала каждое ваше слово. Знаю, что она сделала с Аполлоном. А ты скрывал это от меня. Я также знаю… – Эванджелина собиралась сказать, что знает, как неприятно ему прикасаться к ней прямо сейчас, но ни одного звука ни сорвалось с ее губ. Вместо этого она уперлась ладонями ему в грудь и со всей силой толкнула.