Чтение онлайн

– Ну, ну?
– подогнал Хряк разом проявившей к рассказу повышенное внимание.

– Ну, когда Старый помер, я вспомнил про документ. Открыл конверт. Ничего там не понял толком, всё там не по нашему было написано. Только доллары, то есть сумму я разобрал. Шесть миллионов и сто с чем то тысяч долларов.

Хряк крепко ударил кулаком в стенку и заорал.

– Шесть миллионов баксов?! Да это же подохший гад мои деньги, мои восемнадцать миллионов рублей в доллары перекачал и в банк положил! Он их у меня ещё в Сибири украл! На мою фирму напал! Ах сволочь! Ну, Чухонец, где эти документы?

Чухонец понял, что овладел ситуацией и теперь надо было вести игру тонкую, чтобы козыри свои не растранжирить на мелкие взятки.

– Я решил проверить, то есть узнать, что это за документы. Взял английский словарь, но перевел только слово "Банк", "анонимный" и "депозит". А потом значит на меня наехал Флин...

– Флин? Это из банка "Паук"?

– Он самый. Он круто наехал, покрепче вашего, может быть. И я решил этим документом откупится. Мы с Флином встретились на Манеже, он просмотрел документы и выбросил их в мусорную урну. Сказал, что эти бумажки давно сгорели и цены им никакой нет. А когда ушел, я их из мусора вытащил на всякий случай - Так этот документ у тебя?!

– Дай же договорить. Я поехал на дачу папаши - она сгорела в эту же ночь. А по дороге на меня напала шпана. Грохнули палкой по голове, часы сняли и куртку. А в куртке были те документы. Вот и всё.

– Шпану не приметил?

– Да нет. Там у нас много таких волчат стаями бегают. То у баб сумку с продуктами выхватят, то в машину залезут или какой ларек гробанут.

– Ладно, Чухонец. Ты на кого сейчас работаешь?

– Так умер же папаша! Без команды я остался... Хряк, может к себе под крыло возьмешь?

– Возьму. Будешь в его бригаде - Хряк ткнул пальцем в Палача. Испытательный срок пройдешь. А там посмотрим.

Палач блудливо усмехнулся, а Чухонец решил, что отделался лишь испугом, а с тупым Палачом как-нибудь управиться.

Хряк был далеко не дурак, а воображение у него работало достаточно сильно. Он сразу понял, что в истории, рассказанной Чухонцем, половина вранье. Означенные документы он, конечно же, украл. И цена у них какая-то была. Быть может - отмеченные там шесть миллионов сто тысяч баксов лежали где-то и их можно получить. А Флин, лишь туман наводил, когда сбросил документ в урну. Наверняка хотел их потом взять. Болван Чухонец догадался покопаться в урне, что Флин, конечно, проследил. А потому на Чухонца напала никакая ни шпана, а Флин. Для вида отобрал у придурка пиджак и часа , хотя самому нужны были именно эти документы.

Так ли это было или по иному, но Хряк остановился и утвердился именно на этой версии. Шесть миллионов сто тысяч - он считал своими деньгами, поскольку месяца полтора назад именно на такую сумму (в перегоне с рублей) наколол его, Хряка, бывший в большой силе мерзавец Старый. Колька Флин это банк "Паук". Так что получалось именно там и следовало поискать эти бабки.

Следует отметить, что планы Хряка были многогранны. Он считал себя обиженным при дележке наследства Старого. Всё что обнаружилось, в основной своей массе отошло к Тарасу. Этот жмот схавал много больше того, что смог заглотить - так что вопрос "передела имущества" непременно ещё возникнет и к тому моменту у Хряка уже велась подготовка. Но Тарас - противник хитрый, опасный и сильный, тем более - Депутат! Так что торопиться с "наездом" на Тараса не следовало, если вообще следовало на такой "наезд" рисковать.

Хряк призвал к себе самого своего головастого бригадира Хрусталева Вадима и, когда тот предстал пред его очами, сказал, как приказал.

– Хрусталь, такое тебе будет задание, в натуре. Отследи хозяина банка "Паук". Где живет, как живет, охрана, режим дня, любовницы, дети и всё прочее. Надо будет на них немножко наехать.

Хрусталев - тонкий, рослый, интеллигентного вида парень двадцати восьми лет, - ответил тут же.

– Владелец "Паука" - Валентин Рагозин. Служба безопасности - Колька Флин. Я всё понял. Возьмем "Паука" под колпак.

Он, Хрусталев, работал так быстро и оперативно, что уже через два дня доложил Хряку:

– Хе-Хе, не мы одни пасем "Паука". Еще какая-то бригада отслеживает как банк, так и Рагозина.

– Тарас?
– тут же предположил Хряк.

– Не уточнял.

– Ну, нам это без разницы. В "Пауке" лежат мои законные бабки. Шесть миллионов баксов. Прикинь, как можно их получить.

– А что делать с конкурентами?

– Да мне ли тебя учить?
– брюзгливо спросил Хряк и загривок его заалел от раздражения на тупость самого умного бригадира.
– Пугни их как следует, да и всё.

...Режим жизни Владимира Ленского наладился с первых дней. Он оказался ненавязчивым, скромным человеком, полюбил уходить в дальние прогулки вместе с Маугли, а в роль двойника вошел столь быстро и органично, будто прошел для неё специальную подготовку. Правда, на второй день немножко закапризничал. Поэта не устроили его новые бытовые условия. Точнее - в выделенной светелке ему не хватало воздуха. Он пожелал, исходя их системы хатки йоги, спать на воздухе и ему устроили на веранде нечто вроде открытой спальни. Туда же перенесли его пишущую машинку, но у творца был период творческого кризиса, вдохновение не приходило и Ленский мирно спал от полуночи до семи, когда его подымали, умывали, завтракали и переодетого, как Валентин - везли в машине Флина на работу. А Валентин ехал позади на своем автомобиле.

Пред банковскими служащими Валентин в паре со своим двойником прошелся по коридорам только два раза, но этого хватило, чтоб среди банковских работников возникла легкая паника. Даже когда собирался Мозговой Центр, Валентин ловил на себе подозрительные взгляды - коллеги сомневались, кто сидит перед ними: Валентин Рагозин или его двойник.

Валентин не держал Ленского при себе постоянно. Вызывал лишь по надобности - вернее этим руководил Флин. А всё остальное время поэт, переодевшись в свои одежды проводил как ему вздумается, но с непременным телефоном сотовой связи в кармане.

Именно в своём обличие он и получил вовсе ему не предназначенную пулю в ляжку. История произошла глупейшей до невозможности.

Поэт, прибыв с Валентином и Флином в банк, был освобожден от своих обязанностей до обеда. Он переоделся в туалете Валентина, для верности подклеил усы и нацепил очки, после чего покинул банк и уверенно направился в издательство.

Обычно там его принимали плохо, поскольку и не скрывали , что авангардные (пусть и гениальные) стихи поэта не столько скверные, сколько категорически не коммерческие, издавать их не выгодно даже микро - тиражом, скажем в тысячу экземпляров.

Но на сей раз, когда Ленский вошел с высоко поднятой головой, опытный Издатель разом почуял, что вопрос будет рассматриваться уже в ином плане и проявил несвойственную ему, Издателю, вежливость. Даже кофе предложил. Ленский от кофе отказался, как то положено йогу, и разом взял быка за рога.

– Я издаюсь за свой счет. Десять тысяч экземпляров, на финской бумаге, печать высокая, офсетная, гарнитура "Таймс", в твердой обложке и с иллюстрациями.

– А это не слишком?
– осторожно спросил Издатель.