Бастардорождённый
Шрифт:
Почти каждая девушка хочет быть красивой, и вне зависимости от эпохи знает тот или иной способ добиться этого. Иногда просто необходимо развеяться и отдохнуть от забот, вот они и принялись это делать, а формальный повод уже не имел особого значения.
Носить платье Мия отказалась наотрез, а вот против камзола ничего не имела. Девушки принялись работать над «подобающей высокому статусу одеждой». Алаяйа выбрала синий цвет, тот отлично подчеркнёт глаза, а дополнят его чёрный и золотой. Цвета родителя, как-никак.
Вечером леди Стоун предстала перед друзьями уже в новом облике. Синий камзол с вышитыми золотыми нитями узорами: олени, женщины с оружием, горы Долины. Дополняли его высокие кожаные сапоги со стальными пластинами, черные штаны и посеребрённый рыцарский пояс с кинжалом.
Перетянув грудь бинтами, Мия легко бы сошла за молодого знатного юношу с женственным лицом, и без всяких проблем вскружила бы голову почти любой служанке. Алаяйя, не удержавшись, присвистнула.
— Не будь у меня Уэймара… Ох уж эти долинники.
— Знаешь, в этом действительно что-то есть, — поделилась своим мнением Вель. — Ну, когда мучают не тебя. — Дейси засмеялась.
— Тебя-то понятно, а мне за что такая участь? — вопрошала Мия.
— Каждый член семьи лорда представляет его. В той или иной мере, — ответила Дейси, несколько более жестким тоном, чем планировала изначально.
— В том числе это делает и его ближайшее окружение, — мягко добавила Вель. — Джон доверяет тебе. Не опозорь его.
— Мне не нужно постоянно так наряжаться?
— Только в требующие официоза дни.
— Возблагодарим же богов за это! — воскликнула Вель.
— Чего это она? — повернула голову на бок Мия.
— Утром Джон заставил выбрать себе герб и новое платье.
— Покажи, — попросила Алаяйя.
Вель достала из кармана небольшой клочок ткани с первым изображением личного герба дома Уайтлинг, напоминавшего герб Солитьюда, с той лишь разницей, что этот волк в пасти держал стрелу.
— Может, и мне так сделать, — начала размышлять вслух Мия. — Взять оленью голову анфас[1].
— О, уже выбрала? — спросил Джон, войдя в комнату.
— Раздумываю, — ответила Стоун. — Что это у тебя? — Джон протянул Мие её кольчугу.
— Вот. Я поменял несколько колец и немного подогнал под твой рост и длину рук. Тебе ведь уже не четырнадцать.
— С-спасибо, Джон, — Мия заключила своего лорда в объятия.
Мия растерялась и поначалу даже не могла найти слов. Проведя ладонью по рукавам, девушка поняла, что её лорд даже плетение там поменял. Всё же лорд Дейн действительно сильно заботился о своих приближенных. Вместо того, чтобы просто дать Мие новую кольчугу, Джон починил и подогнал ту самую, которую ей купила Бесси. От мысли об этом на душе девушки становилось теплее, а от увиденных искорок ревности в глазах Дейси — даже немного забавно.
Вель же была спокойна. Она понимала, что Дейн не любит Мию, как её или Дейси с Маргери, не смотрит на неё со страстью и похотью, как на прекрасную Нимерию Сэнд. Нет, его отношение к девушке можно описать, как «солидарность к собрату-бастарду», но не более. Разве что одичалая что-то упустила и Стоун прячет где-то в комнате эбеновое оружие. Однако в переменившемся взгляде леди Стоун было всё труднее найти лишь дружественные нотки.
— Ладно, надевай кольчугу, и пойдём. Эдрика ещё надо в рыцари посвятить.
* * *
Красный Замок
— Ваше святейшество, не желаете вина? — спросил Джоффри у первого из слуг Семи.
— Арборское золотое? Разумеется, — согласился мужчина. — У вас хороший вкус на вина.
— Как и подобает королю, — Джоффри жестом приказал Тиене наполнить их бокалы, девушка повиновалась.
— Чем я могу послужить трону сегодня?
— Мне было интересно, как идут дела у ваших людей.
— Вашей волей и милостью, слугам Веры удалось почти полностью очистить город от мерзости мужеложеского порока.
— Но? — уточнил Джоффри, с интересом разглядывая стеклянный бокал. Король сидел откинувшись в кресле и почти что скучал.
— Но в городе осталось много «сторонников» принца Ренли.
— Мятежники в столице? Кажется, ваши люди не справляются.
— Отнюдь, ваше высочество. Они скорее друзья принца Ренли и люди сопереживающие, как им, так и самому принцу. Возмущённые торговцы, дельцы и дома разной степени влияния. Они не были уличены в прямой поддержке узурпатора или смертных грехах. Церкви до них не дотянуться.
— И вам наверняка известна действенная мера.
— Проскрипция[2], мой король. Зная, что верность короне будет достойно вознаграждена, ваши подданные сами выдадут нам её врагов. Церковь же сделает всё остальное. Пусть изменники принесут пользу королевской казне и верным слугам богов.
— Мне нравится ваше предложение, как только будет назначен Мастер над законом, я внесу его на рассмотрение Малого совета. А пока Вера может заняться искоренением другой столичной проблемы.
— И это?
— Плоды похоти и лжи, словом, люди подлого происхождения.
— Я правильно понял, мы говорим о…
— Мой король, вы хотели меня видеть? — в кабинет вошел лорд Киван.
— Мы продолжим наш разговор позже, — взглянул на верховного септона Джоффри.
— Милорд, — тот поклонился и поспешил откланяться.
— Дедушка, — поприветствовал Кивана король.
— Джофф, — кивнул Десница.
— Есть вести от моей матери?
— Наши агенты докладывают, что она и её сопровождение сейчас севернее Харренхолла, в течение недели она должна прибыть в Риверран и начать свою дипломатическую миссию.
— Миссию?
— Можете прочитать о ней из отчетов о заседании Малого совета. Я распорядился, чтобы вас информировали о решениях, которые вы подписываете.
— Да. Интересное чтиво. Моя мать отправилась к Талли, чтобы говорить от моего имени.
— И чтобы просить о их помощи.
— Король не просит, лорд Киван. Король приказывает.
Киван тяжело вздохнул. Миг и его уставшие зеленые глаза наполнились решимостью. Мужчина выпрямился и вздохнул полной грудью, словно став на голову выше. Сейчас Тайвина не было в городе, а значит именно его брату предстоит держать мальчишку в узде. Ланнистер сделал шаг на встречу королю, затем ещё один. От неожиданности Джоффри вжался в кресло и опустил голову.